Память героя (СИ) - "химера-читатель" - Страница 151

- Вот нет в тебе, Герм, творческого подхода, - обворожительно улыбнулся девушке один из рыжих парней, чем вызвал у слизеринца мысли, далекие от гуманистических.

- Зато у вас его, судя по вчерашнему, хоть отбавляй, - сухо произнесла староста.

Нотт, внимательно наблюдавший за известными весельчаками ало-золотого факультета, был просто поражен переменой, произошедшей с парнями во время произнесения этих слов. С рыжих словно сорвали маски, под которыми находились лица серьезных и весьма опасных магов. Смотря на преобразившихся Уизли, слизеринец понимал, что именно этим двум хватило решительности и умения поставить на место зарвавшегося преподавателя и при этом даже не попасть под подозрение. Приходилось признать, что, если бы не вчерашняя фраза Поттера о близнецах, связать эту парочку с произошедшим с министерским инспектором никто бы не смог.

- Гермиона, - спокойно, но в то же время жестко произнес один из братьев, - мы уже все сказали и все объяснили. Эта… угрожала Полумне. А ты не хуже нас знаешь, что бы произошло, если бы она применила к ней свои обычные методы.

- К тому же, - поддержал говорившего второй гриффиндорец, - речь шла о наших партнерах. И ты на нашем месте поступила бы точно так же.

- Возможно. Но это сейчас не главное, - ответила девушка. - И если мы уж заговорили о партнерах… - староста резко развернулась к слизеринцу и спросила: - Ты знаешь, что произошло на поле для квиддича, и где сейчас находится Гарри Поттер?

часть 2 (107)

Едва осознав, что в комнате присутствует посторонний, маги попытались выхватить палочки, однако им это не удалось - чары обездвиживания были наложены просто виртуозно. Недаром стоящий рядом со спящим гриффиндорцем Филиус Флитвик уже столько лет преподавал чары в Хогвартсе. Сейчас же застывшие маги лихорадочно обдумывали, когда здесь появился Флитвик, и что он успел услышать. Снейп прекрасно знал, что попасть в его покои можно было или через дверь в тот момент, когда выходили слизеринцы, или через камин вместе с Люциусом. Однако второй вариант профессор отбросил как невозможный. Никто не смог бы с точностью угадать время перемещения по каминной сети. Так что незамеченный гость, находясь в комнате ещё до появления Малфоя, слышал все, о чем говорилось. Поэтому декану слизеринцев оставалось только с тревогой ожидать дальнейших действий своего коллеги.

Тем временем преподаватель чар несколько мгновений посмотрел на своего спящего студента, а потом заговорил:

- Маги семьи Поттер всегда имели одну весьма специфическую особенность: в условиях сражений могли мгновенно создавать необходимые для спасения пострадавшего чары. То заклятье, которым ты, Северус, сегодня воспользовался, тоже было создано на поле боя одним из предков нашего Гарри. Оно впервые было применено, чтобы ребра, раздробленные заклинанием, не пробили легкое пострадавшему.

Маленький преподаватель замолчал и, отойдя от кушетки, наколдовал себе ещё одно кресло, в которое и опустился, собираясь продолжить свой рассказ. Однако заговоривший Малфой не дал ему этого сделать:

- Профессор, все это весьма интересно, и мы с удовольствием дослушаем вас. Но прежде, чем продолжите, не могли бы вы освободить нас? Как я понимаю, вы не собираетесь причинять нам вред.

- О, конечно, господа, конечно, - спохватился Флитвик и быстро взмахнул палочкой, отменяя собственное заклятье. - У меня и в мыслях не было причинять вам вред.

- Тогда зачем вы обездвижили нас? - спросил Люциус у своего старого учителя.

- А это, чтобы вы не успели причинить вред мне. Или вы думаете, что я не помню, с какой скоростью вы умеете вытаскивать палочки? - улыбнулся маленький преподаватель и продолжил рассказ в своей привычной манере, которую мужчины помнили ещё по годам своего обучения в этой школе. - Но этот уникальный дар, возможность лечить, проявляется только в условиях, максимально приближенных к боевым. Ни один Поттер не сможет лечить в стерильной операционной с набором инструментов и штатом ассистентов. Нет, лучшие результаты будут достигнуты в момент опасности, когда над головой у представителя данного семейства мелькают вспышки проклятий. Именно в такие моменты дар семьи Поттер и раскрывается полностью.

- Обучение колдомедицине, как я понимаю, приносит только вред. Обучаясь стандартным схемам, Поттеры будут терять свою способность нестандартно применять старые заклинания или придумывать новые, необходимые в данном конкретном случае, - задумчиво проговорил зельедел. - Отсюда и Аврорат, как самая подходящая профессия: задействованы и весьма неслабые навыки боевого мага, а в случае, если кто-то будет ранен, активизируется дар целителя.

По тому, как Флитвик улыбнулся зельеделу, тот понял, что его предположение оказалось истинным. Эту улыбку знали и ценили все, кто изучал чары у маленького преподавателя. Именно так он улыбался, когда кто-то из его студентов самостоятельно находил ответ на какой-то сложный вопрос. К тому же профессор чар всегда одинаково относился ко всем своим ученикам независимо от того, на каком факультете они учились или какой статус имели. Заработать положительную оценку можно было лишь с помощью знаний и умений. Даже он, бедный полукровка с презираемого всеми факультета, не ценимый даже собственным деканом, на этом предмете мог рассчитывать на помощь и поддержку.

- Интересно, а какие еще заклятья были созданы этим семейством? – поинтересовался Люциус.

- Многие, - проговорил маленький маг. - Однако самое известное из них - это Круциатус…

- Что? - изумился Люциус. - Пыточное заклятье придумал целитель?

- Оно создавалось не как пыточное, - оскорбился профессор чар. - Пыточным оно стало с легкой руки последнего Темного Лорда. А создавалось оно для помощи одному парализованному магу. Именно благодаря этим болезненным импульсам человеку удалось вернуть чувствительность. С помощью этого заклятья были излечены очень многие безнадежные больные с таким же диагнозом.

На несколько мгновений маги замолчали, размышляя над полученной информацией. Каждому из упивающихся доводилось испытывать на себе действие этого проклятья, так что они понимали, как именно оно действовало на организм парализованного волшебника. Было ясно, что для обычных нервных окончаний импульсы, которые возникали из-за проклятья, были пыткой, но для пораженных окончаний это было едва заметное покалывание.

- А почему вы нам этого не рассказывали на своих уроках? – спросил зельевар, внимательно смотря на своего бывшего преподавателя.