Хронос и Деймос (СИ) - "TsissiBlack" - Страница 69

- Я не о том. Наверняка, у нас это уже было, и не раз, - чуть раздраженно отозвался тот. – Я хотел спросить, когда ты стал моим мужем? Сколько тебе было?

- Ммм… - Деймос лизнул длинную шею и отозвался: - Не скажу. Займись лучше растлением великолепного меня, пока я не умер от перевозбуждения и страха.

- Грозный победитель Темного Лорда боится…

- Ну, в первый раз всегда страшно, разве нет? Ты, вот, не боя…

- Что? - Северус стремительно оказался сверху, а его глаза буквально прожигали насквозь. – Ты хочешь сказать, что при такой разнице в возрасте, я с самого начала позволил тебе… Дейм?

- Я хочу сказать, что у меня это будет впервые, больше ничего, - Блэк уже и сам был не рад, что признался, Снейп мог быть удивительно проницательным.

- Так, - Северус поднялся и призвал из гардероба халат. – Пока ты не объяснишься, я с места не сдвинусь. – Он решительно сел в кресло, стараясь не смотреть на потрясающее тело, которое так опрометчиво отказался любить.

Деймос вздохнул и снова натянул штаны. Разговор ему предстоял не из легких.

Глава 28

Деймос не спеша натянул свитер, потом носки, разжег камин, закурил и, придвинув диван вплотную к креслу, в котором сидел Снейп, заставил того положить свои холодные ноги ему на колени. Медленно растирая их, чтобы согреть, обдумывал, что и как скажет. Врать он не любил, да и не умел особо, предпочитая в спорных и сложных случаях отмалчиваться или уводить разговор от опасной темы. Северус же всегда отличался пытливостью ума и манерой упрямо закусывать удила, несмотря на то, что информация, на получении которой он так страстно настаивал, могла причинить ему боль.

- Северус, ты уверен, что хочешь это знать? – наконец спросил он. – Прошлое не подлежит изменению. То есть наше с тобой будущее предопределено. Оно совершенно точно случилось и привело к нашему браку.

- Предпочитаю знать наперед, если уж представилась такая возможность, - чуть язвительнее, чем следовало бы, отозвался Северус, но ног не отнял.

- Хорошо. Я расскажу тебе. Не все, конечно, а лишь то, что на мой взгляд никак не повлияет на важные решения, принятые тобой, ведь никто иной, как Северус Снейп, выиграл грядущую войну. Практически в одиночку.

Северус посмотрел на него, как на умалишенного, а потом хрипло невесело расхохотался.

- А ты, Поттер, оказывается, скромник у нас, да? – отсмеявшись, бросил он. – Ну-ну, с удовольствием послушаю о своих подвигах.

- О них я как раз рассказывать и не собираюсь – многие знания, многие печали, а вот о нас…

- И что о нас? – нетерпеливо переспросил Северус, когда пауза затянулась.

- Скажи, - Деймос очень серьезно посмотрел на него, - только честно. Ты меня… как ты ко мне относишься?

- Как к неразумному существу, очертя голову прыгнувшему в прошлое, даже не подумав о том, что неплохо бы просчитать последствия своей идиотской выходки. Ты же Поттер. Мерлин! Да что с тебя взять? Правила не для героев, верно?

- Петля. Временная петля, Сев. Я бы не прыгнул в прошлое, тебя бы разорвал Люпин, мир бы захватил Волдеморт. Тогда, когда я его развоплотил, он уже был одержим этой идеей, не так ли? Так что не надо мне говорить о том, чего не следовало бы делать. Будь у меня выбор, я бы поступил так же. Ответь на мой вопрос, я тоже умею упрямиться.

Северус высвободил ноги, поднялся, подошел к небольшому бару и налил им обоим коньяку. Ситуация была патовой. Он знал, что влип во все это по уши, что, как бы он сейчас ни изворачивался, что бы ни предпринимал, результат будет тот же – Поттер убьет Лорда, а он, Северус Снейп, сделает все, чтобы этому поспособствовать. Если Деймос не лжет, а он не лжет, ведь правда все равно рано или поздно всплывет, так как все прочитанные трактаты о времени твердили одно: прошлое неизменно. И не важно, что для него это пока будущее. Деймос уже прожил эти годы, пришел оттуда, из мифического, невозможного, казалось бы, не существующего будущего, и тоже понимает, что ложь не имеет смысла. Но только в одном случае. Если он дорожит их отношениями, если боится все разрушить, солгав и утратив доверие. Если они действительно состоят в браке, то Блэк не может не знать – его супруг ненавидит, когда его водят за нос. Не важно, по какой причине. Чтобы выстроить теорию, нужны аксиомы. Неоспоримые принципы, не требующие доказательств. Данность. Что ж. Пусть так.

- Я тебя люблю, Дейм. Один Мерлин знает, как так случилось, - после долгой паузы выговорил он, подавая Блэку его бокал. - Это единственное, в чем я на данный момент твердо уверен.

- Сев...

- Я все еще жду объяснений. Ты мне солгал.

- Нет, - спокойно парировал Деймос, сделав глоток коньяку и устроив узкие ступни Северуса, снова ставшие ледяными, на своем теплом животе под свитером. – Ни разу.

- То есть, ты тоже меня любишь, и мы в будущем состоим в счастливом браке. Надеюсь, друг с другом?

- Конечно.

- Тогда как так вышло, что ты девственник? Ты хоть понимаешь, что при нашей разнице в возрасте и моем характере это практически невозможно?

- Не замечал, чтобы тебе не нравилась пассивная роль, - усмехнулся Деймос. - Впрочем, ты спрашиваешь не о том. Прежде, чем я расскажу тебе нашу историю, хочу чтобы ты понял. Ты – самое дорогое, что у меня есть. Да, звучит пафосно и неправдоподобно, но я знаю, о чем говорю. Слишком долго я жил, не имея ничего такого, чем мне совершенно не хотелось бы делиться, чего-то, что я готов был защищать до последнего вздоха, чего не отдал бы, не выдал под пытками, не променял бы ни на что. У меня были друзья, работа, пустой дом с Критчером и такая же пустая, внешне благополучная жизнь. Впрочем, обо всем по порядку.

Он сделал глубокую затяжку, глотнул замечательного коньяка и, собравшись с мыслями, начал:

- Мы победили весной девяносто восьмого. Многие погибли, но тех, кто был мне дорог, Госпожа обошла стороной. Мне было семнадцать, жизнь казалась длинной и радостной, я был жив, почти здоров (спасибо доктору Сметвику), влюблен и… слеп, как крот. Моя невеста казалась мне сотканной из солнечного света феей, я не видел вокруг ничего, кроме ее глаз цвета гречишного меда и не ощущал ничего, кроме ничем не омраченной жажды жизни. Мне казалось, что так будет вечно.