Странствия Шута (ЛП) - Хобб Робин - Страница 150

Я ходил по комнате, как волк, исследующий пределы своей клетки. В комнате для слуг стояла узкая кровать, небольшой сундучок для одежды, чаша и кувшин. Сундук для одежды был пуст. Несомненно, Эшу и Спарк будет удобнее оставаться с Шутом.

Там была и небольшая приятная гостиная, однако гораздо больше размером, чем я помнил. Безусловно, башни мусора Пейшенс уменьшали размер комнаты в моем восприятии. Беглое исследование стен не обнаружило следов потайных дверей. Я заметил маленький вырез в штукатурке, где мог скрываться глазок. Я сел на стул и выглянул в окно. Но там не было ничего, чтобы занять мой разум или руки, ничего, что бы отвлекло меня от пустоты в сердце, в месте, где раньше была Пчелка. Что было мне делать с пустыми часами, оставшимися в моей жизни? Я покинул свое безликое жилище, дошел до покоев Шута и постучал.

Пришлось подождать, прежде чем я услышал, что дверь отпирают. Сначала она приоткрылась лишь чуть-чуть, затем, с видимым облегчением, Эш распахнул ее, впуская меня.

– Я так рад, что вы пришли, – вырвалось у него вместо приветствия. – Он в таком состоянии, а я не знаю, что делать.

 – Что случилось?

Как только я вошел вовнутрь, Эш закрыл дверь и запер ее за мной.

– Он в ужасе, – просто ответил он. – Он не хотел покидать скрытые покои, но леди Розмари настояла. Она … я больше не ученик там. Я рад просто работать здесь, в замке Баккип, как слуга. Я знаю, что лорд Чейд … но сейчас не время мне беспокоить вас моим положением. Его перевезли сюда с максимальной заботой, но он все еще трясется от страха. И я не знаю, как успокоить его.

Парень поднял на меня глаза и отступил назад, увидев ярость на моем лице.

– Да как она смеет?! – взорвался я. – Где Шут?

 – Он в спальне. Я привел его тайными ходами и приложил все усилия, чтобы принести все знакомое ему сюда. Физически ему гораздо лучше, но этот переезд так сильно его расстроил…

Я знал, как пройти через эти покои. Когда Шут был лордом Голденом, я жил здесь в качестве его слуги Тома Баджерлока. Теперь покои были убраны значительно проще, чем в экстравагантные дни лорда Голдена. Я подошел к двери в спальню, громко постучал и произнес:

– Это я, Фитц. Я вхожу.

Ответа не было. Я медленно открыл дверь и увидел комнату, погруженную в полумрак. Ставни на окнах были плотно закрыты, только свет огня в камине освещал комнату. Шут сидел в кресле лицом к двери. В руке он сжимал нож.

– Ты один? – спросил он дрожащим голосом.

 – Сейчас да. Эш прямо за дверью, если нам что-то понадобится, – я заставил свой голос звучать как можно ровнее и спокойнее.

 – Я знаю, ты думаешь, я глуплю. Но, Фитц, уверяю тебя, опасность реальна.

 – Не имеет значения, что я думаю. Для меня важно, чтобы ты чувствовал себя в безопасности, чтобы твое тело могло продолжать выздоравливать. Так. Теперь мы здесь. Наша ситуация изменилась. Никто не действовал из злого умысла, но я вижу, что ты сильно встревожен, – мои слова лились потоком, пока я приближался к нему. Я хотел, чтобы он знал, где я, пока я подходил к нему. – Я также сильно удивился, как и ты, когда меня переселили из моих старых комнат. И сегодня король Дьютифул объявил мне, довольно формально, что я принц, а не убийца. Перемены коснулись и меня, как видишь. Но лишь одно имеет значение, как я начал говорить, я хочу, чтобы ты чувствовал себя в безопасности. Поэтому расскажи мне. Что я могу для этого сделать?

Его хватка на ноже слегка ослабла.

– Ты не раздражен из-за меня? Не сердишься на мою слабость?

Я был изумлен.

– Конечно, нет!

 – Ты ушел так внезапно. Когда ты не пришел рассказать мне сам, я подумал … Я подумал, что ты устал оттого, что я во всем от тебя завишу.

 – Нет. Вовсе не поэтому. Я думал, у меня есть шанс спасти Пчелку. Я должен был немедленно им воспользоваться. Если бы только я начал действовать на день раньше…

 – Не надо. Ты сведешь себя с ума, – он покачал головой. – Она не могла исчезнуть, Фитц! Просто не могла!

Она могла, и мы оба это знали. Я свернул свои мысли с этого пути.

– Что бы дало тебе ощущение большей безопасности?

 – Ты. Когда ты здесь, – почти конвульсивным жестом он резко бросил нож на стол. – Вот.

 – Я не могу быть здесь все время, но постараюсь бывать тут часто. Что еще?

 – Эш вооружен? Его научили драться?

 – Я не знаю. Но это можно поправить. Теперь он будет твоим слугой, как я понимаю. Я так же могу выучить его охранять твою дверь.

 – Это могло бы меня … успокоить.

 – Что еще?

 – Фитц, мне нужно видеть. Больше, чем что-либо другое, мне нужна способность видеть! Мог бы ты использовать Скилл, чтобы восстановить мне зрение?

 – Я не могу. Боюсь, не сейчас. Шут, я выпил эльфовую кору, ты же знаешь об этом. Ты был при моем первом докладе Дьютифулу.

 – Но эффект пройдет, разве нет? Как прошел на Аслевджале.

 – Думаю, да. Я уже говорил тебе, – не время рассказывать ему, чем такое лечение обернется для меня. – С тех пор, как Эш дал тебе драконью кровь, тебе стало гораздо лучше. Может быть, твое зрение вернется само по себе. Как боль?

 – Гораздо меньше. Я все еще ощущаю в своем теле … перемены. Оно исцеляется, но в той же мере и изменяется. Эш уверяет, что мои глаза выглядят иначе. И кожа.

 – Ты становишься похож на Элдерлинга, – честно ответил я. – Нельзя назвать это непривлекательным.

Изумление осветило его черты. Он поднял руки к лицу и затем коснулся разглаженной кожи.

– Тщеславие, – упрекнул он себя, и, я думаю, мы оба удивились нашему смеху.

 – Вот что я предлагаю тебе сделать, – сказал я. – Мне бы хотелось, чтобы ты ел, отдыхал и продолжал поправляться. А когда ты почувствуешь, что готов, и только тогда, уверяю тебя, я был бы рад видеть, как ты гуляешь по замку. Заново открываешь удовольствие жизни. Ешь хорошую еду, слушаешь музыку. Даже выходишь наружу.

 – Нет, – он ответил мягко, но настойчиво.

Я смягчил свой тон.

– Я сказал, когда ты будешь готов. И я буду рядом с тобой…

 – Нет, – ответил он жестче. Он сел ровнее, а когда заговорил, голос звучал осуждающе, почти холодно. – Нет, Фитц. Не надо нянчиться со мной. Они забрали нашего ребенка. И уничтожили ее. А я съеживаюсь и плачу из-за смены комнаты. У меня не осталось ни капли мужества, но это не важно. Слепота не важна. Я пришел сюда слепым, и если мне придется пойти слепым, чтобы убить их, значит таков мой долг. Фитц. Мы должны поехать в Клеррес, и мы должны убить их всех.

Он ровно и спокойно сложил ладони на столе перед собой. Я стиснул зубы.

– Да, – пообещал я ему вполголоса. Я обнаружил, что был так же спокоен, как он. – Да. Я убью их. За всех нас, – я наклонился ближе и постучал по столу, пока моя рука двигалась к нему. Я взял его худую руку в свою. Он поморщился, но не отдернул ее. – Но я не возьмусь за такое дело с тупым лезвием. Нет смысла браться за такое дело с человеком, все еще выздоравливающим от ужасных ран. Поэтому прислушайся ко мне. Мы подготовимся. Мне есть, чем заняться, и тебе тоже. Восстанови свое здоровье, и твоя смелость вернется к тебе. Начни передвигаться по замку. Подумай, кем ты будешь. Снова лордом Голденом?

Замаячила слабая улыбка.

– Интересно, его кредиторы все также злы, как когда я сбежал?

 – У меня нет ни малейшего представления. Хочешь, я узнаю?

 – Нет. Нет, я думаю, мне нужно будет придумать для себя новую роль, – он сделал паузу. – О, Фитц. Как Чейд? Что с ним случилось, что ты будешь делать без него? Я знаю, ты рассчитывал на его помощь. По правде говоря, и я на нее рассчитывал в нашем деле.

 – Я надеюсь, он поправится, и нам не придется справляться без него, – я старался, чтобы это звучало сердечно и оптимистично. Огорчение на лице Шута только усилилось.

 – Я бы хотел пойти навестить его.

Я удивился.

– Ты можешь. Тебе стоит это сделать. Может быть, завтра мы можем пойти вместе.

Он затряс головой. Его светлые волосы немного подросли, но недостаточно, чтобы можно было их уложить, и малейшее движение заставляло их колыхаться.