Урок любви (СИ) - "Mouse" - Страница 117

— Я тогда сказал ему, что ты не изменишься никогда, — устало признался Майкл.

— И в этом ты был абсолютно прав, — Брайан отпустил Майклу его грех.

— Нет, я не был прав. Ты тогда уже изменился. Это он изменил тебя, — заспорил Майкл.

— Один человек не может изменить другого, — покачал головой Брайан. — Ты просто…

— Да, я знаю. Я просто жалок, — улыбнулся в ответ Майкл. — Я знаю это, но также, я знаю, что я прав. Тебе следует поехать к нему.

— Ему будет лучше без меня. Ему давно пора начать жить своей жизнью, а мне пора вернуться к своей, — Брайан вытащил из кармана пачку сигарет.

— Ты сам-то в эту хрень веришь? — спросил Майкл.

Его невероятно разозлил вывод, к которому пришёл друг. Брайан быстро глянул на него, а потом, закусив губу, опустил взгляд. Мимо них прошёл поджарый брюнет, кинув на Брайана весьма заинтересованный взгляд.

— Я спешу, Майки. Есть сотни мест, где нужно побывать, и толпы парней, которых нужно перетрахать, — Брайан улыбнулся, но в глазах улыбки не было.

Брайан испытывал боль. Он знал, что самое лучшее, что когда-либо было в его жизни, покинуло её. Он знал, что теперь ничто не будет столь ярко, он знал, что цвета теперь станут тусклее, что смех станет тише, что секс будет удовлетворять меньше. Казалось, за одну секунду вся его жизнь стала менее радостной и яркой. Ему казалось, что он до сих пор слышит грохот захлопываемой двери, эхо этого звука снова и снова звучало в ушах.

Факт заключается в том, что Джастин ушёл. И Джастин больше не вернётся. Второй шанс человеку даётся редко, но, всё-таки, иногда это случается. К сожалению, им с Джастином давался уже и третий, и четвёртый шанс*. Так что, ещё одного у них не будет. Всё кончено. Брайану было безумно больно, он чувствовал себя пустым, но, самое главное, он чувствовал, что в этот раз всё действительно кончено.

Это был конец истории о ёбанном мудаке, которого воспитали ёбанные мудаки-родители в ёбанно-мудацком доме, родители, которые считали своим долгом каждый день напоминать своему ребенку о том, до какой степени он недостоин любви и до какой степени он ёбанный мудак. Брайан, покинув Майкла, словно против воли, последовал за тем парнем, который перед этим бросал на него заинтересованные взгляды, но, пройдя пару шагов, развернулся и направился к Джипу. Особого желания трахать кого бы то ни было у него сегодня не имелось. Он, можно сказать, оттрахал себя сам, и этого ему на сегодня было более чем достаточно.

Поднимаясь по лестнице к лофту, он ничего не мог с собой поделать и думал только о блондине, который больше не вернётся. Сколько раз Джастин возвращался? Сколько раз он отметал попытки Брайана не допустить его к своему сердцу, сколько раз он отказывался верить в то, что любовь — иллюзия и долго не длится? Устало опустившись на диван, Брайан почувствовал, что ему безумно не хватает того, что давал ему только Джастин, и что он никогда не получал ни от кого другого. Того единственного, что он никогда не верил, что может получить. Ему не хватало ощущения, что в этом мире есть человек, который его любит.

Примечание к части

* Что-то с памятью моей стало. Один — после Итана, а остальные?

20.3.

Брайан долго сидел на диване. Треск догорающих поленьев напоминал ему, что огонь медленно затухает. Брайан находился в такой меланхолии*, что провёл параллель между угасающим огнём в очаге и тем огнём, который вспыхнул в его жизни в ту далекую ночь, когда он встретил Джастина.

Глядя на знакомые образы на пожелтевших мятых листках на столе, он вспоминал те невинные дни, когда они только начали свой путь по дороге, по которой мало кому доводится пройти.

Тогда он был уверен, что их первая ночь была всего лишь одноразовым ничего не значащим сексом. Так было до того момента, когда парнишка, которого он трахнул, вернулся на следующий вечер. Брайану было тяжело смотреть в эти залитые слезами голубые глаза и разъяснять молодому гею, по каким принципам живут педики. Видеть, как отъезжает машина, оказалась куда больнее, чем он ожидал. Он стоял на улице босиком и чувствовал себя не просто босым, а даже голым или, возможно, с содранной заживо кожей.

По правде говоря, при виде Джастина в Вуди несколько дней спустя, а потом и в Вавилоне, он испытал восторг. От того, что он увидел, ему стало немного смешно, и на него даже произвело впечатление, когда два потенциальных траха один за другим покинули его и пристроились к миниатюрному поблескивавшему мишурой телу на танцполе Вавилона. Странно, но Брайан не испытывал зависти из-за того, что оба этих парня предпочли ему более молодого мальчишку. Нет, вместо этого он испытал что-то вроде чувства собственника по отношению к этому блондину. Ему казалось, что он и сейчас испытывает примерно то же самое.

Чуть повернув голову, он снова посмотрел себе двадцатидевятилетнему в глаза. Тогда он был совсем другим человеком. Он был отстранённым, вечно начеку, грубым и честным до жестокости. Он не верил в любовь, только в трах, и всегда при каждом удобном и неудобном случае доводил твою точку зрения до сведения каждого. Во многих смыслах он занимался саморазрушением. Правда, тогда это казалось ему стилем жизни. Только сейчас он начал осознавать, что продолжай он идти той же дорогой, скорее всего, он бы умер задолго до своего тридцатипятилетия. Теперь же он приближался к сороковнику. Почему-то мысль, встретить сорокалетие в обществе Джастина, делала мысли о собственном возрасте более терпимыми, но, с другой стороны, когда Джастин вводился в уравнение, всё в его жизни становилось более терпимым.

В комнате ощутимо похолодало, и Брайан обратил внимание, что в камине осталсь одни угли, изредка посверкивающие красными огоньками. Еще несколько минут, и огонь окончательно потухнет, если в него прямо сейчас не подбросить дров. Он бы мог оторвать задницу от дивана и добавить парочку полешек. Если он не сделает этого, огонь уже не разгорится по новой. Взяв в руку пожелтевший измятый листок, Брайан долго смотрел на него. Положив рисунок на стол, Брайан встал, подбросил в очаг полено и принялся ворочать угли кочергой, разжигая огонь заново. Огонь не потухнет, только не сейчас. Если у него есть шанс сделать хоть что-нибудь, огонь не потухнет никогда.

Примечание к части

* Видимо, понятие «меланхолия» для меня и автора разнятся

20.4.

Дождь на улице лил стеной. Казалось, начинается второй всемирный потоп. Джастин вышел из вокзала и по пустынной улице направился домой. Войдя в парадную, он постарался стряхнуть капли воды с куртки и из волос. Он вымок насквозь, и его немного потряхивало от холода. Поднимаясь по лестнице, он испытывал что-то наподобие ужаса. Это ощущение не уходило в течение последней пары недель. Каждый день он спрашивал Энди, позвонил ли тот, чтобы узнать результаты, и каждый день Энди предлагал новое объяснение, почему он не смог сделать этот звонок.