Пудреница для мозгов - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 29

– Просто цирк какой-то… – пробубнил следователь, представившийся странным именем – Лазарь Олегович Марков. Имя, отчество и фамилия прозвучали как странный набор слов, не связанных друг с другом.

– А вы проверьте! Этот Гоша точно должен лежать в психушке! – посоветовала Лена. – Он абсолютно неадекватен! – повторила она слова Никиты.

– Поговорю с пострадавшим и, будьте уверены, приму соответствующие меры.

В операционной Никита провел около двух часов, а после был отвезен в реанимацию.

– Допущу вас к больному максимум на пятнадцать минут, – строго обратилась к следователю медсестра, – а вы, девушка, шли бы лучше домой. Завтра, если все будет хорошо, сможете навестить больного, когда его уже перевезут в палату.

– Я вас тоже больше не задерживаю, – кивнул головой Лазарь Олегович. – Если мне что-то понадобится, я знаю, где вас найти.

– Как это романтически звучит! – закатила глаза Лена. – Я буду ждать, товарищ следователь.

Домой она приехала опустошенная, смертельно уставшая, оставив «Мицубиси» Никиты с измазанными кровью сиденьями на стоянке рядом с больницей. Она приняла душ и легла спать, не имея даже сил зайти на кухню.

Глава 12

Утром Лена обнаружила свое бренное тело в банном халате и пушистых тапочках на диване в своей новой маленькой, однокомнатной и все еще захламленной квартирке. Грива ее рыжих волос превратилась в сплошной колтун.

– Черт! – выругалась Лена, посмотрев на часы и обнаружив, что по времени вот уже полчаса, как она должна была быть на работе. – Опять проспала! Да, я совсем не создана для работы!

Она судорожно нацепила одежду, туфли и, наспех расчесав волосы, без макияжа понеслась в офис «Эйфории». Секретарша Галина встретила ее недовольным взглядом и сухим «добрый день».

«Подчеркнула, что не утро», – заметила Лена и улыбнулась самой располагающей улыбкой, на какую была способна.

– Надеюсь, мы не будем портить отношения, и ты не донесешь шефу, что я опоздала? – спросила она. – Тем более что Никиты Георгиевича нет, он в больнице.

– Как только у тебя язык поворачивается говорить такое! – с чувством воскликнула Галя. – Мы тут все с ума сходим, переживая за шефа!

– А я тоже переживаю! По-своему! – тряхнула Лена рыжими волосами.

– Вот именно, по-своему. А по-моему, ты вообще ни за кого переживать не можешь, – надулась Галя.

– Почему ты так думаешь? И вообще, с чего вдруг воспринимаешь меня в штыки? Не даешь ни одного шанса, чтобы сработаться в новом коллективе!

– Ты плохо влияешь на Никиту Георгиевича. Он стал раздражителен, и сейчас именно ты привела его в то плачевное состояние, в котором он оказался, – пояснила Галина, нервно перебирая на своем столе канцелярские принадлежности.

– Интересное дело! Он сам послал меня на встречу с клиентом, и я прямиком попала в руки его сумасшедшего друга. Кто, как не он, должен был вытаскивать меня из плена? – возмутилась Лена. – Он просто обязан был спасти меня сам!

– Ничего он тебе не должен! – взвилась Галя. – Зачем он вообще привел тебя к нам!

– Здрасте, приехали! – рассердилась Лена и ушла к себе за рабочий стол, думая про себя: «Никогда больше не поеду одна на встречу с клиентом! У меня теперь нервный стресс! Если посреди белого дня, в толпе людей меня могли спокойно запихнуть в багажник автомобиля, что тогда говорить о каких-то интимных встречах в ресторанчиках. Нет уж, дудки! Пусть сам проверяет своих психов и маньяков, эта работа не для меня».

Размышления Лены были прерваны телефонным звонком у нее на столе.

– Алло? – подняла она трубку.

– Моя злая фея уже на работе? – раздался голос Никиты.

– И ты туда же! Одной ногой, можно сказать, на том свете, а все о том же! Проверяешь, явилась ли я на работу? Это была первая мысль, которая пришла тебе в голову после того, как очнулся от наркоза? Да у вас паранойя, Никита Георгиевич! В больнице нет специального врача?

– Ну и скандальная же ты, Лена! Целую речь произнесла! Мне передали, что ты хотела меня навестить.

– Да, а что? Мы все-таки вместе попали в серьезную переделку и вместе выжили. Думаю, это надо отметить.

– А я хочу сказать, что этого делать не стоит. Я был не в себе от боли, когда говорил о какой-то симпатии к тебе. Бредил я, понимаешь? Хочу, чтобы между нами существовали только деловые отношения и ничего лишнего. Нечего тебе делать в больнице! У меня есть девушка, которая может твое появление здесь не понять и обидеться. Не приходи ко мне, занимайся иностранными переводами потенциальных женихов, – сказал Никита и распрощался.

Лена, выслушав слова шефа, почувствовала себя так, словно ее окатили ледяной водой. Она положила трубку, глядя на нее, как на гремучую змею, и покрылась холодным потом. «Какое унижение! – со скоростью метеоритного дождя неслись ее мысли. – Что он себе позволяет? Я впервые в своей жизни призналась в симпатии мужчине, а он так грубо оттолкнул меня! Да что он о себе возомнил? Я никогда ни перед кем не унижалась и не собираюсь этого делать!»

Лена решительным шагом направилась к Гале.

– Никиты нет, но кто-то должен его замещать?

– Главный бухгалтер Егор Владимирович, – буркнула Галя, не поднимая глаз от бумаг.

Лена взяла с ее стола несколько листков чистой бумаги и направилась в кабинет бухгалтера.

– Я занят, – сказал вошедшей Лене Егор Владимирович.

Она проигнорировала его реплику, уселась напротив него за стол и начала писать, как всегда старательно, высунув язык.

– Что вы делаете, Тихомирова?

– Пишу заявление об уходе, то есть увольняюсь, – невозмутимо ответила она.

– Что? Почему? Я не могу… дождитесь Никиту Георгиевича… – растерялся бухгалтер.

– Я увольняюсь сегодня! Вы не имеете права мне отказывать, и вы сейчас здесь за начальника. Подписывайте заявление!

– Держать силой я вас, конечно, не имею права, но… может быть, все-таки передумаете? Никита говорил, что вы темпераментный работник с развитым воображением…

– Очень приятно такое слышать, но я тем не менее ухожу, – Лена решительно стукнула ручкой по столу.

Егор Владимирович, вздохнув, подписал заявление и позвонил, чтобы Лену рассчитали и вернули ей трудовую книжку.

– Ох, чувствую я, что достанется мне от шефа, – сокрушался он.

– Наоборот, все вздохнут спокойно без такой язвы, как я, – возразила Лена и пошла собирать свои вещи с рабочего стола.

Лена в сердцах стала отправлять бумаги в мусорную корзину, предварительно разрывая на мелкие клочки. Пудра, помада, расческа, крем для рук полетели в ее сумочку, Лену душили слезы обиды. «Пусть сам занимается сватовством и устройством чужих свадеб! “У меня есть девушка, поэтому не приходи ко мне!”» Да не очень-то к нему и надо ходить! Только… Кто его вывез из ангара и тем самым спас? А? Ведь Гоша встретился нам по дороге, и если бы я поехала за помощью, как предлагал сделать Никита, то было бы некого спасать! Заметив мой побег, Гоша непременно бы разделался с ним!» – кричала в ней обида. А между тем внутренний голос возражал: – «Если бы он не приехал и не подставил свою шкуру, то что бы ты делала? Именно Никита развязал тебя и потом спас от преследователя, сама бы ты ни за что в жизни не спаслась от погони». – «Ну, уж дудки! – возмутилась Лена. – А кто послал меня на встречу с этим чокнутым типом?! Интересное дело! “Прости, ты пострадала ни за что, просто у меня друг – маньяк! У нас с ним старые счеты…” Прелестно! Я тронута до глубины души!»

Дверь открылась, и вошла Розалия. Выглядела она, как всегда, подтянуто, к лицу была прицеплена приветливая улыбка, только в глазах отражалось беспокойство.

– Мне бухгалтер сказал, что ты бежишь…

– Не бегу, а просто увольняюсь.

– Сейчас это, честно говоря, не совсем вовремя, нашей фирме тяжело без шефа, а ты, вместо того чтобы поддержать фирму, убегаешь…

– Мне не нравится здесь работать! – ответила Лена, застегнула громко сумку и прошла мимо Розалии.