De Aenigmate / О Тайне - Фурсов Андрей Ильич - Страница 132

После войны Панъевропейское движение активно развернуло свою деятельность. Однако в силу выхода Восточной Европы из-под контроля англо-американцев всё внимание было сконцентрировано на объединении стран Западной Европы и в первую очередь на обеспечении примирения Франции и Германии. Это возможно было только путём закрепление у власти в обеих странах проатлантистских элит, мыслящих не национальными, а общеевропейскими категориями. В этом смысле речь шла действительно о перестройке сознания немецкого и французского правящего класса. Прошла эра «французской Европы», закончилось время «германской Европы», пришло время шестой Европы Куденхове-Калерги — «пан-Европы», состоящей из «европейской Германии», «европейской Франции», «европейской Италии» и т. д. под контролем международных финансовых элит.

В Германии, где национальная идея была полностью дискредитирована, а народу с помощью идеологии холокоста был навязан комплекс национальной неполноценности, лишавший его какого-либо права на немецкое будущее, правящий класс стал крайне сговорчив. Его финансово-экономическая мощь оказалась под контролем, а военно-политический потенциал — полностью нейтрализован. Политическим лидером новой Германии сделали последовательного панъевропеиста Конрада Аденауэра, призванного мобилизовать национальную энергию немецкой элиты в проатлантистское русло. Недаром Шумахер говорил про Аденауэра, что это не немецкий канцлер, а канцлер США.

Что же касается Франции, то положение жертвы нацизма, подъём национально-патриотических чувств и присутствие сильного национального лидера в лице генерала де Голля крайне затрудняли процесс «панъевропеизации» сознания французов.

В целях формирования «новой элиты» и была создана одна из самых секретных во Франции организаций, о деятельности которого французскому обществу стало известно благодаря недавно вышедшей книге французского журналиста Эмманюэля Ратье «В сердце власти. Расследование о самом могущественном клубе Франции»[652].

Речь идёт об организации «Век» (Siecle), созданной в 1944 г. после освобождения Парижа и объединяющей представителей правящего класса Конрад Аденауэр (1876–1967) в единое сообщество, независимо от их идейно-политических взглядов — тут присутствуют как сторонники коллаборационизма, так и участники Сопротивления, синархии, технократии, франк-масонства пр.[653] Основал его один из самых влиятельных и таинственных французских деятелей, журналист, член Радикальной партии Жорж Берар-Келен, работавший во время войны на оба враждующих лагеря. Основанное им печатное агентство «Корреспонданс де пресс», делившее рынок с «Интер-Франс», снабжало всю коллаборационистскую прессу и на оккупированной, и на свободной территории. В то же время он участвовал в сети Сопротивления «Надежда Франции». После освобождения Берар-Келен был задержан, но избежал суда, что, видимо, связано с его членством в ложе «Великий Восток Франции». Одновременно с «Веком» он создал печатное агентство «Сосьете женераль де пресс», выпускающее еженедельные и ежедневные бюллетени для элиты и СМИ. Это агентство, известное только влиятельным кругам, занимается сбором информации о французских деятелях, имеет свои архивы, картотеку на миллионы журналистов и политических деятелей, хозяев, профсоюзных активистов, членов церкви и т. д., т. е. обладает всей информацией о реальной власти во Франции (архивы разведки и других полицейских служб не идут с ним ни в какое сравнение)[654].

«Век» стал формой консолидации носителей реальной власти во Франции, в чьих руках находятся ведущие банки, предприятия и все крупные средства массовой информации. Он представляет собой закрытый немногочисленный клуб, принимающий указания от транснациональных правящих элит, выносящий решения по ключевым вопросам развития, определяющий состав правительства, назначающий на важные государственные посты и пр. Отбор в клуб очень жёсткий и сложный, в него не входят, а кооптируются люди, связанные друг с другом широкой системой отношений через брак, деловые связи, членство в административных советах и пр. Для того чтобы туда попасть, необходимо иметь двух родственников-членов, один из которых входит в административный совет (12 человек). Порядок работы исключает какую-либо демократию и воспроизводит систему масонской ложи. Участники делятся на «полноценных» членов и на «приглашённых». Последние могут оставаться таковыми в течение многих лет, пока руководство не сочтёт, что кто-то из них достаточно надежён и полезен, чтобы продвинуть его выше.

В этой закрытой от гражданского общества среде исповедуется только одна идеология, являющаяся истинной для всех её членов вне зависимости от партийной принадлежности и обязательная для глобализированного «сверхкласса», «французским отделением» которого является «Век», — идеология власти и денег. Благодаря этому во французском обществе сохраняется полная преемственность власти финансового капитала, обеспечивающая её переход от одной группы к другой в соответствии с перестройкой капитала во Франции, Европе и в мире в целом. В итоге в течение 60 лет власть в стране, последовательно переходя от политиков (Четвёртая республика) к промышленникам (правление Ж. Помпиду), затем — к технократам (эпохи Ж. д’Эстена и Ф. Миттерана) и, наконец, к банкирам (правление Ж. Ширака и Н. Саркози), оставалась в руках невидимого фактического правительства финансовых элит. Сегодня, например, наиболее известные фигуры, представленные в клубе, из сферы финансов и бизнеса — это Э. де Ротшильд, Ж.-К. Трише, О. Дассо, из сферы политики — Ж. Аттали, В. Жискар д’Эстен, Н. Саркози, Л. Жоспен, нынешний президент Ф. Олланд и т. д. (при этом Н. Саркози, например, так и остался «приглашённым»). Показательно, что де Голль, единственный французский политик, «восставший» против атлантизма, в «Век» не входил, так что его отсутствие в Четвёртой республике было закономерным.

Итак, сформировав соответствующий «кадровый резерв», англо-американский истеблишмент приступил к реализации своих планов. В 1946 г. идея создания федеральной Европы была одобрена Советом по международным отношениям США (возглавляемым тогда Алленом Даллесом), который включил её в список рекомендаций Госдепартаменту. Тогда же У. Черчилль произносит свою знаменитую Цюрихскую речь, посвящённую необходимости формирования Соединённых штатов Европы, текст которой был подготовлен совместно с Куденхове-Калерги, вернувшимся к тому времени во Францию. Презентация этого проекта была приурочена по решению Королевского института международных отношений (RIIA) к первой годовщине капитуляции Рейха[655]. Наконец, для оказания давления на политическую элиту и объединения её в пользу Европейского союза по инициативе Дж. Ретингера, соперника Куденхове-Калерги, в сентябре того же года создается Европейская лига экономического сотрудничества, которую он и возглавил.

Следующим шагом стала встреча в Монтрё (Швейцария) в августе 1947 г. американских и европейских представителей панъевропеизма, на которой было принято решение создать две структуры — «Всемирное федералистское движение» (ВФД) и «Европейский союз федералистов» (ЕСФ), средства на которые были выделены американцами. В ходе встречи ВФД разработало декларацию, содержавшую ключевые принципы формирования «всемирной конфедерации», которая определялась как главная проблема нашего времени: «ограничение национальных суверенитетов» с «передачей Конфедерации законодательной, исполнительной и правовой власти», «создание наднациональной армии», формирование региональных союзов в качестве опор Конфедерации, избегая превращения их в замкнутые враждебные блоки. В заключении предлагалось способствовать созданию Всемирной конституциональной ассамблеи.