Огневой бой. Воевода из будущего (сборник) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 56

– Так ведь не все погибнут!

– А мы на что? Добьем сами, а золото поделим.

– Опасно! Это тебе не купцов грабить. Золото-то государево.

– На нем не написано, чье оно! Возьмем – наше будет!

Ого, да тут, похоже, решили казну государеву ограбить, вернее – не саму казну, а «золотой обоз». Самое уязвимое место – перевозка. Сама казна – под укрытием мощных стен, пушек и многих стражей. Вот только где и когда они грабить станут? Черт, где зеркало? Надо посмотреть на себя, не дай бог – действие порошка закончится, и я стану виден.

Я увидел в углу небольшое зеркало и двинулся к нему. Видимо, пошел неосторожно – каблуком стукнул или еще чего зацепил, потому что оба мужика сразу насторожились и замолчали.

– Иване, у стен уши тоже бывают. У меня ощущение, что мы в комнате не одни.

– У меня, Серафим, тоже. Вроде как ветерком обдало, да и запах чужой.

Вот! Запах их насторожил. Всяк человек по-своему пахнет, и я этого совсем не учел. Пора мне убираться отсюда, а за мужиками проследить. Злодейство задумали.

Я прошел сквозь стену в свою комнату – и вовремя. Сразу подойдя к зеркалу, увидел, как в нем на глазах стало проявляться мое изображение. Сначала – призрачные очертания, потом оно стало более четким, приобрело краски.

В двери заскрежетал ключ, и вошел Федор.

– Боярин, ты здесь уже – что-то я тебя просмотрел.

– Бывает.

– Ты голову кому другому дури, а я с тобой уже не один год. То с руки огонь пускаешь – думаешь, сеча была, так я не увидел? То, как сегодня – это другие поверили, что нечистая сила была. Я-то почуял, как меня ровно ветерком обдало, а потом стрелец в стену влип. Понял я сразу – твоих рук дело!

– И что теперь? В церковь пойдешь или серой окуриваться станешь?

– Как ты, боярин, подумать такое мог? Ты мне жизнь спас, и я тебе до смерти своей должен. А то, что бывают у тебя… – Федька подбирал слово, – … странности, так мы все не без них.

– Вот что, Федор. За стеной два мужика договариваются, как обоз с государевым золотом ограбить. Что думаешь?

– А чего думать – порешить их обоих, и все дела.

– Порешить несложно, только, похоже, за ними люди из их банды есть. Один вроде – главарь, второй – наводчик. Плохо, что не знаю – где, в каком месте и когда злодеяние замышляют исполнить.

Федор ответ выдал сразу:

– Тоже мне загвоздка. Проследить за ними, вот и все.

Я задумался, а Федор запер дверь, разделся и лег в постель.

– Боярин, давай спать, до утра уже немного осталось. А утро вечера мудренее, завтра чего-нибудь и решим.

Так я и сделал.

Едва проснувшись, мы оделись и спустились вниз.

Хозяин стоял за стойкой с распухшим носом и отекшей верхней губой. В трапезной было пусто. Довольно необычно: в это время народ завтракает поплотнее – и в путь.

– Чего у тебя так тихо, постояльцев не видно?

– Съехали все спозаранку, даже откушать не изволили.

– Что случилось?

– Так ночью стрелец бузил.

– Видели, знаем.

Хозяин оглянулся по сторонам, вроде боясь, что его кто-то подслушает.

– Так нечистая сила, не иначе, помогла. Стрелец-то об стену как шарахнулся, чуть дух не испустил. Все то диво видели. Вот и решили – нечистая сила, да и разъехались чуть свет, испугавшись ее.

– И стрелец?

– Да выпустил я его, – махнул рукой хозяин. – Он в подвале холодном посидел – живо очухался, еле назад по ступенькам выбрался, аж посинел. У меня в подвале лед чуть ли не до осени не тает.

– Что, и мужики из соседней с нами комнаты съехали?

– И они, – подтвердил хозяин.

– Твою мать! – огорчился я. – Называется – проследили. Ладно, хозяин. Давай-нито поесть, да поплотнее. Может, следующий раз покушать только вечером удастся.

– Сейчас, сейчас! – засуетился хозяин. – Глашка, ты чего телишься, гости есть хотят!

Глашка заполошно заметалась, выставляя на стол горшочки с кашей, обильно заправленной мясом и луком, пряженцы на блюде, пиво.

– Э нет, пиво не надо, вина дай. От пива на морозе только замерзаешь, а вином немного согреешься.

– Хозяин, а ты не видел, в которую сторону соседи наши направились?

Хозяин огорченно развел руками:

– Нет, не видал. Как-то все сразу разъехались. Да и не мое дело смотреть, куда кто поехал.

– Верно, – вздохнул я.

Почему-то мне подумалось, что один из гостей – Иван – отправился в Москву. Иначе откуда бы он знал о «золотом обозе»? Наверняка он не из простых, скорее всего, в Казенном приказе кружится, возможно, даже – мелкой сошкой, вроде писаря. Это только на первый взгляд кажется, что слуги да мелкие служилые люди мало знают. Умеющий слушать да наблюдательный может знать много. Наверняка идея – его. Узнав об обозе, он план захвата разработал да друзей старых нашел, чтобы разбой осуществить. Не зря же он этого Серафима уговаривал.

А Серафим, скорее всего, в провинции живет, на пути следования обоза или просто недалеко. А где государева казна хранится? В Вологде или Белозере. И оба хранилища – на одной дороге, на торговом пути к Соловкам. Аккурат из первопрестольной через Дмитров, Ростов, Ярославль на Вологду, а далее на Белозеро. Так что если они и направятся куда, то непременно в ту сторону. Только больной на голову засаду устроит рядом с Москвой. Нет, если и задумают они обоз перехватить, так подальше от первопрестольной и, вероятнее всего, – между Ярославлем и Вологдой. Там и городков-то нет, изредка деревни да постоялые дворы. Помощи обозу в случае чего ждать неоткуда, а в лесах местных армию укрыть можно, не то что разбойников. Единственное, что мешать будет, – зима. В лесу без костра долго не усидишь, замерзнешь. Костры же разводить побоятся. Так что перед появлением обоза сообщник их предупредит.

Что делать? В Москву вернуться, к Федору Кучецкому? А если его на месте не окажется? К другому кому? Могут и не поверить. В Вологду ехать? Плещеев точно поверит и ополчение соберет. Да ратью мы разбойников только напугаем, разбегутся по лесам – ищи-свищи их. Знать бы место засады и самим ударить по банде.

Мои размышления прервал Федька.

– Боярин, ты чего сиднем сидишь, не кушаешь? Если ехать надо, то ешь, не на голодный ведь желудок по морозу скакать.

– Верно, Федор. Задумался.

– Я даже догадываюсь, о чем.

– Скажи, какой умный! И о чем же?

– Где и как разбойников перехватить.

– Тихо! Хозяину это слышать совсем ни к чему.

Федор наклонился ко мне.

– Мыслю – между Ярославлем и Вологдой нападут. Леса там глухие, да и стрельцы устанут – самое место!

– И я так же думаю. Тогда давай есть – и в дорогу.

Есть пришлось в одиночку. Пока я раздумывал, Федька уже успел покончить с завтраком – просто мне мешать не хотел.

Вещей у нас почти не было, так что мы собрались быстро, а слуги вывели уже оседланных коней.

И погнали мы направо, по торговому пути. Считай, с разбойником Серафимом нам было пока по дороге. Хорошо бы за ним проследить, если, конечно, удастся догнать.

Ехали мы до вечера, так никого и не нагнав. Тракт был оживленный, саней и всадников много, но, как я ни вглядывался, знакомого лица не увидел.

Периодически мы давали лошадям возможность отдохнуть, переходя с галопа на шаг или рысь.

За день удалось проехать не меньше пятидесяти верст. Вконец вымотанные зимней гонкой, мы остановились на ночевку на постоялом дворе, что так зазывно светил огоньком в ночи.

Мы плотно поужинали – ведь ели-то еще утром, часов десять назад.

Я подступил к хозяину с расспросами, описав Сера– фима.

– Ага, есть такой. Часом ранее появился. Как откушал, так из комнаты и не выходил.

Я сунул ему полушку – за молчание. Медная монета мгновенно исчезла в широкой ладони трактирщика. Уф, догнали! Теперь не упустить бы.

Я отсыпал Федору немного медных монет:

– Пойди на конюшню, дай прислуге. Как запрягать Серафим станет, так пусть они нас немедля известят.

– Сделаю, боярин.

Я прошел в отведенную нам комнату, разделся. Как только Федор вернулся и запер дверь, меня сморил сон.