Сатгуру - Раджниш Бхагаван Шри "Ошо" - Страница 132

В традиции сиддхов известны истории, когда многие достигали Просветления только благодаря этим способам. К примеру, если брахман обучался у сиддхи, и сиддха был из низшей касты, то сиддха давал брахману задания штукатурить стены или выполнять работу, несоответствующую его касте. Сам он не нуждался, чтобы брахман занимался таким служением ему, однако такая работа была крайне нужна брахману для устранения из его ума двойственных иллюзий, связанных с отождествлением, с кастовыми различиями, гордостью и т.д. Либо сиддха, обучая ученика-царя, мог продать его как раба какой-либо семье вайшьей, для того, чтобы тот полностью стер все накопленные впечатления, связанные со своей старой личностью, мысли о себе, как о царе, избавился, таким образом, от цепляний за старое «я». Либо, если брахман просил Учение, то сиддха просил его придти ночью на кладбище с мясом и вином, зная, что подобное поведение является ритуальным осквернением для брахмана. Тем не менее, если брахман мог это сделать, это означало, что он мог опустошить себя и отпустить свои представления о чистом и нечистом и застывшие идеи, тем самым раскрыться для понимания более высокого Учения. Либо святой-авадхута мог дать ученику поесть из чаши с черепом, из которого ела собака. Если тот не мог преодолеть отвращения, это было знаком, что такой человек не может отпустить себя, а значит, не является достойным сосудом для получения Учения.

Отпускание себя полностью устраняет нашу навязчивую фиксацию на индивидуальном «я», которое питается старыми представлениями и застывшими идеями, полученными как в этой, так и в прошлых жизнях. Лелеемые из жизни в жизнь, эти идеи являются ограничивающими стенками в нашем восприятии, и вместо того, чтобы парить вне всяких ограничений, мы связаны различными понятиями и идеями, замыкая свою энергию в маленьком коконе индивидуального «я». Иногда, чтобы разломать такой кокон, простой медитации созерцания недостаточно, наше эго пустило слишком глубокие корни, а ментальные отпечатки имеют длину в несколько жизней. Поэтому сиддхи-авадхуты применяют иногда весьма радикальные, даже жесткие средства для того, чтобы помочь ученикам освободиться от пут таких связанных идей и застывших представлений.

В истории были известны случаи, когда мастера вели себя преднамеренно грубо для того, чтобы освободить ум учеников от различных фиксаций скованными идеями. Святой Нардева (Наропа) проходил многочисленным испытаниям, иногда с риском для жизни, которым его подвергал его Учитель Тилопа. После двенадцати лет прохождения различных испытаний, он, наконец, смог получить передачу Учения, однако, можно сказать, что передача Учения была кульминационным этапом, а Учение передавалось задолго до того, как Наропа получил передачу: все испытания и были уже, собственно, непосредственной практикой Учения, прямым благословением Тилопы. Для того чтобы ученик мог следовать высокому Учению, Учитель обязательно проверяет ученика на способность его отпустить себя и только тот, кто имеет безграничную веру и способен всегда видеть своего Учителя Абсолютом, а все его действия – чистыми, способен пройти эти испытания.

Пройдя испытания и получив полную передачу Учения, ученик внезапно обнаруживает, что он полностью изменился, груз индивидуального «я», который удерживал его подобно цепи в этом мире иллюзий, больше не сковывает его, и он способен парить в единстве внутреннего и внешнего. Субъект полностью исчез, а когда исчезает субъект, то и объекты не могут причинить страданий. Когда нет ни субъекта, ни объекта, йогин находится в непостижимом переживании медитации единства двух в одном, наслаждаясь безграничной свободой вне всяких ограничений, подобно тому, как пространство освобождается внутри кувшина, когда кувшин разбит, или как птица вылетает из клетки.