Словоплёт (СИ) - Полынь Мара Леонидовна - Страница 66

- Тогда скажи, что любишь меня, - она не верила сама себе. Он отказался говорить вслух, что не любит её! - Что любишь меня хотя бы чуть-чуть. Самую малость.

Даже если его чувства к ней крохотные, как огонёк свечи - ей будет достаточно. Для всегда спокойного, уравновешенного и всё контролирующего шанаши даже столько, наверное, - слишком много.

Но Шанаран неожиданно сделал шаг вперёд и крепко обнял её. Он пах лошадьми, горькими степными травами, потом, кожей и совсем немного металлом. Сантинали закрыла глаза пытаясь впитать как можно больше его тепла. Кто знает, что будет дальше. Кто знает удастся ли ей когда-нибудь прикоснуться к нему ещё раз. И к тварям то, что он сейчас, возможно, читает её мысли или воспоминания. Без разницы.

- Я люблю тебя больше жизни.

Горячее дыхание в её волосах. Биение сердца под её ладонью.

- Тогда почему?.. - Не в силах совладать с дрожью в голосе Сантинали замолчала.

- Ты - минья. Минья не может быть вместе с Хранителем. Уж слишком разного полёта мы птицы.

- Но ты сам назвал меня миньей! Я ведь - ненастоящая...

- Это неважно. Теперь, когда остальные Хранители вернутся - назад пути нет. Я - Чёрная Черепаха. Ты - минья. И даже если бы это было не так - какое будущее может нас ждать? Ты - королевна, теперь воевода Страйхи. Твой отец хочет для тебя достойную пару. Я - пусть и сильный колдун - пришёл из ниоткуда и уйду в никуда.

- Но...

- Тссс... - Шанаран слегка отстранился и приложил палец к её губам. - Пусть у меня есть всего несколько минут, не отбирай у меня даже их, - и дождавшись её кивка опять обнял.

Сколько они так стояли посреди шатра - Сантинали потеряла счёт времени. Может, всего несколько минут, а может - целую вечность.

Где-то неподалёку фыркнул конь. Кто-то прошёл мимо шатра бряцая оружием. Волшебство момента развеялось.

- Шанаран, я...

- Не нужно, - колдун опять приложил палец к её губам. - Я хочу, чтобы ты сначала увидела кто я есть на самом деле, и только потом принимала решения. Легко любить образ. Сложно смириться с собственной опрометчивостью.

- И когда по-твоему я всё пойму?

- Если - когда - мы справимся с Леборойской порчей. Тогда и решишь как быть с нашими жизнями.

- А ты с себя ответственность, значит, снимаешь? - То ли в шутку, то ли всерьёз поинтересовалась королевна.

- Ты моя госпожа, - Шанаран улыбнулся своей жутковатой ухмылкой. Его внешность и мысленная речь никак не вязались друг с другом. - Я снял с себя ответственность ещё в подземельях Белой Твердыни принеся клятву верности.

- Ах ты негод... - Сантинали попыталась ткнуть его кулаком в рёбра, но ничего не получилось: колдун перехватил её руки и завёл себе за спину, заставив податься вперёд обнимая его. Поцелуй остановил шутливое возмущение.

- И это ты просишь меня не торопиться? - С сожалением в голосе произнесла королевна, когда ша, наконец, отстранился.

- Прости. Больше не повторится, - колдун отпустил её руки и отошёл к входу в шатёр. - Я должен идти. Пожалуйста, не торопись.

Хакар встретил их шумом, вонью и суетой. Огромный торговый город, стоящий на пересечении нескольких крупных трактов, не мог быть другим. Встречающий их воевода - генерал Дадат - то ли не знал о нападении, то ли был слишком хорошим актёром, но Сантинали показалось, что он искренне рад, что его наконец-то освободят от обязанности заниматься Страйхой. Дадат был хорошим полевым командиром, но бюрократическими делами страшно тяготился и уже давно слал просьбы королю О'Рилиэлю освободить его от унылой по его мнению обязанности, тем более что управлять разрозненными и разорёнными степными племенами под боком Леборойской порчи удовольствие было то ещё. Передача дел прошла быстро и безболезненно: Сантинали уже знала на что стоит обращать внимание, а с чем можно разобраться и позже. К двойной досаде вождей и старейшин королевна отменила все торжества по случаю её утверждения в новой должности и обязанностях, и уже через двадцать дней донельзя счастливый генерал отбыл в сторону столицы.

На нового воеводу последовало ещё три неудачных покушения - капитан Танарин и его люди не зря ели свой хлеб. Оба шаны развернули бурную деятельность по обеспечению Хакара - и резиденции воеводы в первую очередь - защитой от иных сущностей, а заодно и устранением колдовских ловушек, оставшихся со времён войны. Даже здесь, в многолюдном и обжитом городе было ещё много тёмных опасных закоулков - что уж говорить о местах сражений в степях. Регулярно королевне приходилось откладывать бумажные дела и браться за старое - расколдовывать поля. В Ясеневой Роще был момент, когда она опасалась, что заржавеет, забудет все навыки, но в Страйхе заботиться об этом не приходилось. Зачастую наоборот, единственное, на что вечером была способна колдунья по возвращению домой - это упасть на кровать и забыться беспробудным сном. За заботами время летело незаметно, и Сантинали не успела даже оглянуться, как наступила осень.

И ни разу за это время Шанаран не изменил своему образу холодного отстранённого шанаши. 'Да, Санти'. 'Хорошо, Санти'. 'Готово, Санти'. Спокойный, сдержанный, идеальный. И где же 'Я люблю тебя больше жизни'? Уж не привиделось ли ей?

Хакар накрыли дожди. Сантинали откинулась в кресле и потёрла затёкшую шею. Место у камина пустовало: даже на юге колдун не приходил составить ей молчаливую компанию во время часов нудной работы. Конечно, в этом не было чего-то особенного: у него с Шанасаннаном дел теперь тоже было невпроворот, и вряд ли им, как и ей, хватало сна. Удивительно, как раньше со всем этим справлялся генерал Дадат. Хотя по тому, в каком состоянии ей досталась Страйха - справлялся он не очень.

Как хорошо, что страда закончилась. Летние дела подходили к логическому завершению. Ещё немного и - королевна верила - можно будет немного расслабиться и отдохнуть. А заодно заняться Леборойской порчей. Но как же она устала! Может, из-за постоянно висящей на ней ответственности (хотя в Белой Скале она так не уставала), а может из-за неприятных воспоминаний, связанных с этим местом? Интересно, удастся ли ей в этой жизни теперь выспаться?

Но ещё не отгремели все свадьбы, справлявшиеся обычно в это время года, как пришло письмо от князя Карлая - теперь соседа королевны. Дядя Герен ненавязчиво интересовался её здоровьем, здоровьем Шанарана и Шанасаннана, рассказывал о погоде и успехах в сборе урожая (эта тема была Сантинали теперь близка как никогда), а также сообщал, что хотел бы обсудить различные дела, и не хотела бы она по этому поводу пригласить его в гости.

Официальный визит от дружественного соседа - обычное дело, особенно если вас объединяет одна беда. Написать ответ с приглашением было делом нескольких минут. Уже утром гонец отправится в Левон. Но прежде чем положить письмо в стопку для отправки, Сантинали закрыла глаза:

- Шанаран.

И только через пять долгих вдохов в её голове прозвучал ответ:

- Я здесь, Санти.

Его голос казался немного тягучим, как сироп.

- С тобой всё в порядке?

Опять неестественно длинная пауза:

- Нет. Я спал. Что случилось, Санти?

- Дядя Герен хочет приехать. Я собираюсь отправить ему приглашение.

- Хорошо.

- Хотела уточнить у тебя как вы отнесётесь к его приезду.

- Странно, что он так долго терпел и хочет приехать только сейчас. Я ждал его раньше.

- То есть, я его приглашаю.

- Да.

Королевна вздохнула.

- Шанаран?

- Я здесь.

- А почему ты так рано спишь? Ещё небо на западе не потемнело.

- Я устал.

- Устал?

Такое объяснение звучало неправдоподобно: после адонала Шанаран буквально расцвёл.  Мебель в его комнатах больше не стояла вкривь и вкось, он быстро набрал вес перестав походить на ходячий скелет, и сколько Сантинали помнила, больше не валился с ног после походов в город, где они с Шанасаннаном ставили печати. Почему же он устал сейчас? Может, это из-за дождей? Ведь она тоже в последние дни ходила разбитая и невыспавшаяся.