Путь избранной (СИ) - Дема Александра Александровна - Страница 8

— Ви до? (Кто ты?) — обратился к ней любитель чёрного цвета, отвлекая от размышлений.

Офицер МакВарран осуждающе глянула на него, ведь никто так и не удосужился убрать невидимый кляп из её рта. И хотя она не поняла, о чём её только что спросили, по интонации могла предположить, что интересовались либо её именем, либо кто она вообще такая.

— Ке до цуру вароужень? (Что ты здесь делаешь?) — продолжил он задавать вопросы.

— Да вир ге биньюрум, Одар? Шая цуру, зо их леру шае армадег сулар. Йаши толар, ке шая ттагэ намир у корвасов. У гег шае пьиур гросор и зама миу. Тсанек, ке мане вилар бау шае ту чивзэр главиего. Понтур, каз рребидум шае оведум, (Да кому это интересно, Одар? Она здесь, значит я могу её выгодно продать. Ищейки рассказывали, что она сумела уйти от корвасов. От этого её цена возрастёт в несколько раз. Думаю, что многие захотят купить её для боёв валькирий. Главное, как следует её приручить.) — ехидно улыбаясь, проговорил главарь.

Но мужчина в балахоне, очевидно, не оценил сказанного, потому что покачал головой и окинул её пристальным взглядом, словно оценивая. В нём светилось восхищение вперемешку с недоумением. Да уж, Рэйс тоже недоумевала "что такое место, как она, делает в такой девушке, как это". Это была её любимая фраза, когда‑либо сказанная пьяной Тиной. В тот вечер она пыталась объяснить старшему офицеру их группы, что она делает на вечеринке у выпускников, когда на самом деле должна была готовиться к экзаменам у себя в каюте.

— Деми явилир ранер увжак и бранарус Шангидар! (Такая женщина заслуживает место в цветнике Великолепного!)

— Деми явилир ранер увжак и кремар на лаонс! (Такая женщина заслуживает место в клетке с тиграми!) — гневно ответил первый и дернул на себя ту самую, невидимую невооружённому глазу голубоватую нитку, которой, как показалось Рэйс, она и была обмотана.

Девушку сразу же швырнуло на землю, больно приложив виском о камень. В голове тут же начало шуметь, не давая возможности расслышать слова мужчин, а перед глазами поплыло. Ранэис выругалась и попыталась встать, но странные путы не дали ей такой возможности. Вместо этого её вновь приподняло в воздух и в таком виде доставило на какую‑то кушетку. К ней подбежали три женщины в ошейниках и начали прикладывать какие‑то тряпочки к вискам. Оказывается, она ударилась слишком сильно, до крови. Но это не слишком волновало Рэйс, потому что регенератор знал своё дело. Главное, чтобы в рану не занесли никакой инфекции, что как раз с успехом можно сделать с помощью грязной воды. Да, её наниты вылечат и это, вот только вдвое дольше.

А вот что бесило её, так это то, что она продолжала просто лежать, без единой возможности пошевелиться. Остатки хорошего настроения быстро и решительно покидали её, сменяемые абсолютно несвойственными ей чувствами — злостью, жаждой мщения и убийства. Офицер МакВарран отличалась добрым и дружелюбным нравом, действуя, как стерва только в крайних случаях, например, когда очередной парень начинал переходить рамки дозволенного. Но здесь и сейчас она впервые испытала чувство, которое Дастин называла "ярость".

Степень её ненависти к этому мужику достигла своего апогея! И в этот момент она пообещала самой себе, что сделает всё от неё зависящее, лишь бы отплатить ему за все свои невзгоды.

Так началась её жизнь в этом странном месте, оказавшемся на деле каким‑то тренировочным лагерем для бойцов — тех самых мужчин в минимальных одеждах. К изумлению девушки, она была не единственной, с кем обращались подобным образом. Но все остальные были мужчинами. Женщины здесь выступали лишь в двух ролях — служанок и постельных игрушек для надзирателей и их главного. А чаще всего и в обеих сразу.

Днём к ней постоянно приходили разные люди, выводили на плац, как его про себя называла Рэйс, и заставляли драться с теми или иными воинами. Иногда они были из числа рабов, иногда — из надзирателей. И если первых она старалась вообще практически не трогать, потому что видела, что им приходится так же несладко, как и ей, то на вторых отрывалась с огромным удовольствием. И чем хуже он вёл себя с невольниками, тем сильнее ему доставалось от теперь вечно злой Рэйс. Она уже поняла, что для выживания ей потребуются все её силы и умения, а также — полное изменение линии поведения. Она должна быть сильной и необязательно доброй! Но, невзирая на завидное постоянство таких спаррингов, она так и не поняла, почему тот "начальник" решил использовать её в качестве научного пособия для отработки разной степени тяжести ударов. Да, его план не удался, потому что в большинстве случаев она сама всех укладывала на лопатки и отправляла в нокауты, но сам факт… Глядя на неё, никто в здравом уме не скажет, что перед ним солдат. Неужели всё дело было в том, как она повела себя в первые минуты знакомства? Рэйс, конечно, не жаловалась на столь странный выбор, но продолжала недоумевать.

Она никогда не была сильным воином, как Дастин, но все нормативы и проверки проходила спокойно и без лишней суеты, раз за разом подтверждая своё мастерство. Наверное, её можно было назвать среднестатистическим бойцом. Но по сравнению с местными, её умения оказались на самом высшем уровне, зря только в тот первый день убегала от драки. Как выяснилось, конкретно в случае этих громил действовало древнее правило — сила есть, ума не надо.

К сожалению, древней техникой боя алидонцев*, в отличие от Тины, она владела весьма скудно, поскольку данный вид борьбы был лишь факультативом, но и её небольших знаний хватало для того, чтобы в несколько приёмов уложить противника на лопатки. Хотя к данному стилю она прибегала крайне редко, используя стандартный вид борьбы.

*** Техника боя алидонцев — основана на изучении стиля боя противника, нахождении в нём недостатков и использования этих недостатков против них же самих. Данный вид борьбы считается весьма сложным, поскольку является больше интуитивным, нежели системным. В первой книге воинов, владеющих этим стилем, называли "отражения".***

Так что, против подобной разминки она не возражала. Её бесило лишь то, что каждый раз, когда она начинала побеждать, этот хмырь дёргал за свою чёртову ниточку, прицепленную к ней, и она сразу же лишалась подвижности, становясь лёгкой добычей для разъярённых мужчин. Но радовало то, что к моменту, когда такое происходило, она уже успевала хорошенько с ними поработать и у них не всегда хватало сил на наказание.

Однако, главного это не отменяло — ей было тяжело. Причём, очень. Она не была неженкой, нет, на флоте быстро учишься не только уметь постоять за себя, особенно с её внешностью, но и колоссальной выдержке. Бывали дни, когда она приползала в свою каюту, проклиная всё на свете и мечтая умереть, но то были тренировки, её готовили к службе, поэтому терпеть подобное было проще. Здесь же всё было наоборот. Все прекрасно видели, что уровень подготовки у неё высокий, но всё равно продолжали издеваться. И это порой сильнее всего ранило девушку. Как бы она не возмущалась и не шипела на очередного парня, ни один из них не позволял себе поднимать на неё руку. Не потому, что боялись мести, как это было с Дастни, а потому что у них просто рука на неё не поднималось. И Рэйс привыкла к такому, привыкла к восхищению в глазах мужчин, привыкла быть рядом с ними хрупкой и ранимой. А тут приходилось выживать и терпеть побои. Если бы не повышенная регенерация и стойкий иммунитет, она бы умерла от ран, так и не дожив до торгов, которыми вечно угрожал ей Ливей, тот самый "начальник". А ночи она коротала в местном аналоге темницы, отказываясь разделить постель с кем‑нибудь из надзирателей или же с самим начальником. Пару раз в самом начале они делали попытки взять её силой, но быстро отказались от подобной идеи, потому что в такие моменты её не могла сдержать даже сила ненавистного камушка. Девушка превращалась в дикую, опасную и разъярённую тигрицу. Поэтому и сидела она в клетке. Ни тебе душа, ни кровати, ни даже элементарных удобств. Только небольшой горшок, который она сама же и выносила за собой, не желая унижать и так несчастных женщин, тазик с водой и скудное питание два раза в день.