Путь избранной (СИ) - Дема Александра Александровна - Страница 14

Всю ночь девушка не отходила от Лики скрупулёзно отслеживая ход лечения, иногда ещё раз промывая некоторые раны. И когда взошло солнце, всё уже было завершено. Но девушка продолжала спать, впервые за всё это время не испытывая боли.

Входная дверь тихонько отворилась и помещение вошёл один из вчерашних стражников. Его глаза изумлённо распахнулись, когда он взглянул на чистую кожу девушки, в то время как отчётливо помнил, что вчера вместо неё видел разодранные мышцы, а местами и кости. Потом его взгляд переместился на Рэйс. Она ждала этого, поэтому тут же поднялась и подошла к решётке. Чего она не ожидала, так это того, что здоровый и сильный мужчина сделает испуганный шаг назад, подальше от неё.

— Не бойся, — измученно улыбнулась она. — Ты хороший, тебя не трону. Мне нужна твоя помощь.

Но мужчина молчал, замерев около двери. Хотя и попыток уйти тоже не предпринимал, поэтому девушка решила продолжить.

— Ты сам вчера видел, в каком Лика была состоянии. Если сегодня её увидят такой, то повторят порку, только с удвоенной силой. Я прошу тебя увезти её отсюда, куда‑нибудь в безопасное место. Остальным скажешь, что она не пережила ночь и ты её куда‑нибудь отволок.

— Как… кхм! Как ты это сделала, Огонёк? — впервые подал он голос, продолжая во все глаза рассматривать девушку.

— Отдала частичку себя, — ответила она уклончиво. Это было чистой правдой, только не всей. А чтобы её не считали какой‑нибудь местной всесильной целительницей, добавила: — Но повторить такое уже не смогу. Я отдала всё, что было. Она умирала.

— Тогда зачем же ты это сделала? Ради простой рабыни…

— Я такая же простая рабыня! — рявкнула она, а потом глубоко вздохнула, пытаясь вновь успокоиться, ведь он был не виноват. — И она помогала мне, когда ранена была я. Это простой долг, который был уплачен.

— Ты даже не представляешь, что он сделает, если узнает, — сказал надзиратель, но, тем не менее, подошёл ближе и отпер клетку.

— Но он, ведь, не узнает? — не терпящим возражения тоном спросила Рэйс.

— Не от меня, — отозвался он, пристально глядя в глаза девушке.

— Что ж, мне этого будет достаточно, — она кивнула и сделала шаг в сторону, чтобы пропустить мужчину к бессознательной Лике.

Тот осторожно закутал её в кровавые тряпки и вынес наружу. Но перед выходом из помещения, в котором стояли клетки, остановился и обернулся.

— А ведь это был твой реальный шанс сбежать отсюда. Её кровью разит так, что ни один эльран не сможет учуять твой запах.

— Ничего, я найду способ сбежать, а вот у неё шансов нет, — устало улыбнулась Рэйс. — Иди.

А спустя час за ней пришли. На этот раз это были не обычные надзиратели, а элита — самые жестокие из них, которым была неведома ни жалость, ни честь. Их глаза пылали от предвкушения кровавого зрелища, а злорадные ухмылки не сходили с увенчанных шрамами жестоких лиц. Её грубо выволокли на плац, привязали к столбу, специально установленному в самом его центре, и замахнулись хлыстом. Вокруг, на песке, отчётливо виднелись пятна, а местами и лужи Ликиной крови. Девушка в бессильной ярости сжала кулаки, но даже не сопротивлялась — слишком вымоталась за эту ночь. Она уже приготовилась к первому удару, поскольку кожей чувствовала, как один из надзирателей замахнулся хлыстом — мурашки табуном прошлись по позвоночнику, доставляя массу неприятных ощущений. Как вдруг, откуда‑то сбоку раздался властный окрик:

— Назад!

Рэйс обернулась, чтобы увидеть, как к ним идёт высокий, судя по голосу — мужчина, полностью замотанный в коричневый плащ. Если бы не его голос, она бы даже не смогла сказать, к какому полу принадлежит её заступник: походка могла быть, как мужской, так и женской; по сравнению с её маленьким ростом, все окружающие казались высокими, а некоторые вообще гигантами, которым она едва доставала макушкой до середины грудной клетки. При чём, на Зельме хватало и высоких женщин. Так что, незнакомец мог вполне оказаться и женщиной. И не понятно было, это мастерская маскировка, или же просто особенности скрывавшего его плаща. Хотя, судя по тому, как выстроились по струнке собравшиеся её избить надзиратели, незнакомец был очень важной и опасной личностью.

— Отойдите от неё и немедленно позовите мне Ливея.

Его не посмели ослушаться. Девушку тут же отвязали и бросились исполнять поручения. А спустя какую‑то минуту из своего дома выскочил взлохмаченный Ливей, на ходу натягивая рубаху и пытаясь одновременно застегнуть штаны. Ни у кого, кто сейчас наблюдал эту сцену, не возникло сомнений, чем же только что был занят местный "царь".

Рэйс брезгливо поморщилась и растёрла запястья, на которых, хоть и за такой короткий срок, но уже успели появиться отметины. У неё всегда была слишком нежная и чувствительная кожа, что не очень‑то помогало девушке на службе в КФ. Чтобы свести синяки и ссадины ей постоянно приходилось пользоваться дополнительными кремами и мазями. В то время как Дастин могла целый день провести на тренировочных матах и вернуться без единой отметины. Но офицер МакВарран уже смирилась с данной особенностью своего организма. Что поделать? Такова участь рыжих!

А тем временем к таинственному незнакомцу подлетел Ливей и согнулся в подобострастном поклоне.

— Добро пожаловать к нам, сарин*! Я так рад, что…

*** Сарин — учтивое обращение к мужчине эльран.***

— Хватит! — резко оборвал его незнакомец в плаще, а потом махнул рукой в сторону Ранэис и сказал: — Я забираю её. Назови цену.

— Но…

Присутствующие при этом разговоре были удивлены, при чём, все без исключения. Ливей так вообще растерялся и теперь пытался осмыслить сказанное, постоянно, то открывая, то закрывая рот, словно рыба, вытянутая на сушу. Элита надзирателей скромно жалась в сторонке, не решаясь привлекать к себе внимания, сторонние зеваки о чём‑то шептались, переводя взгляды с мужчин на девушку и обратно. Хотя не составит особого труда предположить, в каком направлении текли их мыли, ведь все здесь знали, какую участь для Рэйс приготовила эта сволочь. А тут — на тебе!

Девушка молчала, хотя сдержаться и не влезть в разговор стоило ей огромных усилий. Внутри всё кипело от злости, даже ярости. Да как они смеют вот так открыто, да ещё и при ней, обсуждать её же покупку?! Её сущность, то, кем она была, требовали немедленной расправы, но Рэйс сдерживалась, потому что понимала, стоит ей только замахнуться на таинственного сарина, и её тут же убьют. Не поможет даже её уникальность в этом мире и те деньги, которые Ливею удастся за неё получить.

Эта выдержка удивила её саму. Раньше за собой такой способности офицер МакВарран не наблюдала. Ну, разве что во время исследований, да и то через раз. Её называли взбалмошной, потому что она всегда шла на поводу у своих желаний, но не многие знали, что не последнюю роль в принятии очередного решения играла хорошо развитая интуиция. И именно она сейчас подсказывала девушке, что время для мести найдётся, главное немного выждать. Ранэис вообще заметила, что с момента попадания на эту планету, стала меняться. Причём, кардинально. И не понятно, то ли это так на неё заточение повлияло, или же сама атмосфера этого мира, но легкомыслие и непринуждённая весёлость были отодвинуты в дальний ящик. Зато на первый план были выдвинуты все самые сильные её стороны — ум, решительность и, как оказалось, выдержка.

— Мне очень жаль, сарин, но она не продаётся, — ответил Ливей, чем вызвал два совершенно идентичных недоумённых взгляда в свою сторону и слаженный вздох на общем фоне.

Первый принадлежал самой девушке. Признаться, она ожидала чего угодно, но только не такого ответа. И он не мог не пугать своей не радостной перспективой. Неужели, он решил оставить её себе, чтобы от всей души отыграться за своё унижение?

Второй, хотя этого и не было видно, но ощущалось довольно отчётливо, принадлежал незнакомцу — сарину.

— Ты, видимо, меня не понял, Ливей, — тихим голосом, сквозь которое Рэйс слышалось звериное угрожающее рычание, проговорил он. — Я. Её. Забираю. И тебе же будет лучше, если это произойдёт по — хорошему и на твоих условиях.