Око Силы. Трилогия. 1937 -1938 годы - Валентинов Андрей - Страница 196

– Прошу, товарищ майор!

Пустельга вышел из машины и огляделся. Прямо перед ним темнело забранное толстой решеткой отверстие водостока, справа стоял черный автомобиль с занавешенными окнами, а перед самой решеткой нетерпеливо переминались с ноги на ногу несколько военных в саперной форме. Увидев Пустельгу, один из них, высокий, крепкий, с глубоким шрамом на щеке, шагнул вперед.

– Майор Павленко?

– Так точно, товарищ... – Сергей бросил взгляд на петлицы, – полковник.

– Удостоверение, пожалуйста.

Внимательно осмотрев документ, «сапер» кивнул, затем подбросил руку к фуражке.

– Капитан госбезопасности Рощин. Товарищ майор, вам пакет. Распишитесь и ознакомьтесь.

Уже ничему не удивляясь, Сергей поставил подпись на сопроводительном листке и разорвал конверт. Он почему-то ожидал приказа на официальном бланке, но вместо этого внутри оказался небольшой листок, исписанный аккуратным, красивым почерком. Сергей взглянул на подпись... Ясно!

Пустельга аккуратно сложил письмо и хотел положить его в нагрудный карман, но вмешался Рощин:

– Товарищ майор, документ следует уничтожить. У вас есть зажигалка?

Пришлось заняться еще и этим. Как только письмо обратилось в пепел, «сапер», удовлетворенно кивнул:

– Имею приказ оказывать вам всяческое содействие. У вас есть вопросы?

Пустельга пожал плечами. Все ясно: спуститься, найти, осмотреть и доложить. А зачем – спрашивать бесполезно.

– Мы доставили нужного вам человека, – подсказал полковник.

Ах да! «Специалист»!

– Кто он, товарищ капитан госбезопасности?

Рощин заглянул в записную книжечку:

– Профессор Белин, архитектор. То есть, бывший профессор. Его нам «малиновые» одолжили. Вражина оказался...

Шрам на щеке дернулся – Рощину было смешно. Трудно сказать, что его развеселило – то, что «малиновым» пришлось уступить свою жертву, или превращение профессора во «вражину».

Полковник махнул рукой. Дверца автомобиля открылась, выпуская высокого худого старика в грязной рубашке. «Вражина» с трудом держался на ногах, на изможденном бледном лице темнели кровоподтеки. «Саперы», взяв его за плечи, подтащили поближе. Старик медленно поднял голову. Открылись погасшие, равнодушные ко всему, глаза. Сергей вздохнул:

– Вы профессор Белин?

– Да... Подследственный Белин, гражданин начальник...

Старик говорил тихо, почти шептал. Майор повернулся к Рощину:

– Вы полагаете, что ваш... эксперт может пройти хотя бы сто шагов?

– Пройдет! – равнодушно махнул рукой «сапер». – Ему только что сделали укол. Крепкий!..

Спорить Пустельга не стал.

– Скажите, профессор, вы знаете где находится часовня Скуратовых?

– Я уже во всем признался, гражданин начальник... – так же тихо ответил Белин. – Я использовал подземные помещения для подготовки тайных складов оружия...

Пустельга отвернулся. Смотреть на бывшего профессора было больно.

– Давайте еще раз. Вас как по имени-отчеству?

– Игорь Аристархович, гражданин начальник...

– Так вот, Игорь Аристархович, вы не на допросе. Нам нужна ваша помощь. Вы ведь хорошо знаете столичные подземелья?

Белин молча кивнул.

– Сейчас мы спустимся вниз, – Пустельга говорил медленно, словно беседуя с тяжелобольным. – Вы нам покажете часовню Скуратовых. Это недалеко отсюда?

Игорь Аристархович оглянулся, словно впервые заметив, где находится.

– Да, гражданин начальник. Близко.

Ему было все равно. То, что происходило – лишь маленький эпизод на пути в ад...

Один из «саперов» подошел к решетке и принялся отпирать огромный тяжелый замок. Двое «рабочих» принесли фонари, теплые ватные куртки и резиновые сапоги.

– С вами пойдут еще трое, – сообщил Рощин. – Дорогу помечайте мелом, особенно на поворотах. Вам еще что-нибудь нужно?

Пустельга оглянулся. Трое «саперов», в том числе сержант Рыбин, уже переодевались, причем вид у них был не особо радостный. На профессора тоже накинули куртку. Железная решетка все еще не поддавалась, хотя к осназовцу присоединились еще двое.

– Мне нужна бумага – листа три. И карандаш.

Полковник кивнул, через минуту «сапер» принес все необходимое. Пустельга натянул тяжелые резиновые сапоги, накинул куртку. Замок, наконец, открылся. «Саперы» налегли на решетку, и та со скрипом начала отходить в сторону. Из черного отверстия пахнуло сыростью и гнилью.

– Пошли!

...Ступеньки – старые, разбитые, сложенные из потрескавшихся серых кирпичей. Лестница вела вниз, во тьму. Стало холодно, вдали слышался негромкий перезвон капель. Один из «саперов» чертыхнулся, задев головой о низкий свод.

– Мы правильно идем? – Сергей оглянулся, заметив уходящий влево темный проход.

– Нам прямо, – кивнул Белин, – до большого зала. Там свернем...

Профессору стало легче. Теперь он шел сам, держась рукой за осклизлую стену.

– Вы, товарищ майор, в первый раз сюда спускаетесь? – поинтересовался сержант.

– Наверно...

...Может, тот, настоящий Пустельга уже бывал здесь?

– А вот я не первый. Вся наша работа тут. Только мы не здесь спускаемся. Мы вообще в эту часть не заходим.

Вот как? Чем же занимается группа «В» в столичных катакомбах?

Ступеньки кончились, впереди был широкий тоннель. По стенам сочилась вода, на фуражку Сергея упали первые тяжелые капли.

– Игорь Аристархович, а когда эти подземелья появились? – поинтересовался Пустельга.

– Давно, – негромко ответил профессор. – Эта часть прорыта не позже XVI века...

Сергей хотел спросить «зачем», но сдержался. И так понятно. Впереди – Главная крепость, катакомбы связывают ее с заречной частью города...

– Мы уж насмотрелись! – вмешался Рыбин. – Чего здесь только нет! Там, где мы... Ну, в общем, где наша группа работает, целый застенок имеется. При Грозном, говорят, разбирались с врагами народа...