Ментаты Дюны - Герберт Брайан - Страница 32

Разгул насилия наверху продолжался, а Родерик и особый отряд гвардейцев тем временем вели императора Сальвадора через множество систем секретных блокпостов, пользуясь паролями, позволявшими попасть в тайные туннели.

– Они жгут мой город, Родерик!

Родерик попытался успокоить брата.

– Я направил войска для охраны важнейших объектов и вызвал солдат с кораблей на орбите. – Он, однако, знал, что охрана рассеяна и деморализована, многие части не выходят на связь, и не удивился бы, если бы среди стражников оказалось много убитых. Кое-кто просто оставил свой пост. – Трудно выработать стратегию против восстания толпы, у которой нет определенного плана.

Император остановился у стальной панели, отъехавшей в сторону: ему пришла в голову идея.

– А твоя семья, Родерик? Их эвакуировали?

– Я отдал приказ, но их еще не нашли. – Родерик пытался побороть тугой узел в желудке: он знал, как его дети любят парады и зрелища. – Как только ты окажешься в безопасности, я вернусь и сам отыщу их, если понадобится.

Сальвадору не хотелось отпускать брата, но он справился со своим страхом и храбро кивнул:

– Со мной все в порядке. Иди немедленно… я верю, что ты спасешь Зимию!

Оставив императора под охраной, Родерик торопливо пошел во дворец, на командный пункт, срочно созданный из-за чрезвычайной ситуации. Оказавшись в своем кабинете, он с удивлением увидел там директора школы Альбанса: тот предлагал свою помощь. Родерик насторожился, подозревая подвох. Он хорошо знал, что Альбанс – союзник вождя Торондо. Но директора школы, обычно сдержанного и хладнокровного, казалось, потрясло неистовство толпы. Прочитав это на лице ментата, Родерик увел Альбанса в личный кабинет и закрыл дверь.

Они слышали шум толпы снаружи. В свете пожаров, пробивающемся в окна, Родерик увидел на своем столе глиняную фигурку (он полагал, что это щенок), которую слепила для него Нанта. Родерика вновь захлестнул страх: он надеялся, что Хадита с детьми уже в безопасности.

Он повернулся к ментату, едва сдерживая ярость, вызванную этим бессмысленным уничтожением.

– Вы предлагаете помощь, директор? Если вы знаете, как остановить это безумие, я готов вас выслушать. Вы велите вождю Торондо приказать прекратить погромы? Или он спрятался в безопасном укрытии?

Ментат нахмурился.

– Он среди своих людей, и это гарантирует ему безопасность. Но он не станет вмешиваться… я думаю, он боится, что его не послушают. – Он снял свои круглые очки, протер их носовым платком и снова надел. – Принц Родерик, я считаю вас человеком чести, иначе меня бы здесь не было. Если я объясню, как прекратить все это, вы должны пообещать, что никогда не расскажете, кто подсказал вам решение. Даже императору и в особенности Манфорду Торондо.

– Почему?

– Манфорд демонстрирует, какой силой повелевает. Он хочет тем самым запугать императора, и подозреваю, что вскоре потребует чего-нибудь гораздо более серьезного. – Альбанс заговорил тише. – Если он узнает, что я помог унять волну насилия, он убьет меня, а его последователи разгромят мою школу на Лампадасе.

Родерик прищурился: он не понимал причин такого поведения ментата. Этот человек только что выступал перед двором, нанес поражение меку, чтобы потешить гордость батлерианцев. И Манфорд приказал начать праздник – разве не этого хотел Гилберт? Но задачей Родерика было восстановление мира и стабильности в Зимии.

– Я сохраню ваш совет в тайне, ментат. Как нам усмирить толпу?

– Бесчинства к ночи стихнут, когда люди разойдутся по домам, но некоторые особо рьяные батлерианцы собираются завтра утром снова учинить погром.

Родерика охватил гнев.

– Кто такие и где они? Их нужно арестовать.

– Вы их никогда не найдете. – Гилберт покачал головой. – Здесь нужна другая тактика – ловушка. Вы должны выбрать три небольших города или района, которыми готовы пожертвовать. Я распространю слух, что там хранятся мыслящие машины, возможно, полученные от самого директора Венпорта. Это еще больше разожжет пыл толпы и отвлечет ее.

Ментат по порядку стал предлагать последовательность событий.

– Тогда вы сможете удалить батлерианцев из центра Зимии. Они отправятся в упомянутые места, и по пути их количество будет все убывать. Тогда ваши войска смогут обеспечить безопасность, заперев батлерианцев в этих городках.

Родерик нахмурился.

– Мне это не нравится. Они разнесут в щепки эти городки.

Снаружи послышались крики и взрывы. В ночи поднялся столб огня.

– Но покинут Зимию. – Гельберт Альбанс пожал плечами. – Не всегда можно найти решение, которое нас устраивало бы полностью.

Сообщения о разрушениях по всей Зимии заставили Родерика задуматься о понесенных потерях. Ментат был прав. Изучив карту, Родерик выбрал три малонаселенных городка, которые легко было бы защитить, и сообщил о своем решении директору школы ментатов.

Гилберт Альбанс прошелся среди батлерианцев и посеял слухи о том, что в этих трех городках прячут компьютеры и роботов. При мысли о жителях этих городков Родерику делалось больно, но необходимо было защитить столицу. Он разослал срочные сообщения, надеясь убедить местный жителей укрыться в убежищах, пока еще оставалось время.

После полуночи, когда погромы в центре Зимии начали стихать, слухи дошли и до Манфорда. Он немедля отправил толпы своих приспешников на расправу с преступными поселениями. Объявив об этом, Манфорд вызвал к себе ментата и мастера меча и вместе с ними покинул Салусу Секундус, отмежевавшись от разгрома, который сам же и спровоцировал. Родерик подумал, что этот человек ускользает, прячется от последствий своих преступных деяний.

Но у него по крайней мере появился шанс подавить волнения. С отъездом Манфорда его последователи несколько растерялись, но их боевой пыл все еще не иссяк. Родерик отправил императорские войска с приказом окружить принесенные в жертву городки и запереть в них самых активных батлерианцев, – и призвал солдат действовать безжалостно. Незадолго до рассвета началась операция по восстановлению порядка.

С покрасневшими глазами, страшно уставший, Родерик отправил брату послание с хорошими новостями. Осторожный Сальвадор предпочел еще немного задержаться в укрытии – на всякий случай.

На рассвете в столице начались восстановительные работы, мятежников арестовывали, были развернуты полевые госпитали, в которых врачи школы Сукк помогали раненым. В грудах мусора на центральной площади обнаружились многочисленные трупы: батлерианцы, полицейские, императорские солдаты, простые обыватели и даже дети. Многие всего лишь хотели посмотреть парад и пострадали в беспорядках. Тела отнесли в центральный морг, чтобы там можно было их привести в порядок и организовать опознание.

Родерик был настолько измотан, что позволил себе чашку горького кофе с пряностью, и стимулятор дал ему необходимую бодрость. Он наконец получил радостное известие, что Хадита и дети в безопасности, но присоединиться к ним сейчас он не мог.

К середине утра Родерик понял, что ситуация под контролем, и немного успокоился. И тут в его кабинет в здании парламента ворвалась осунувшаяся Хадита, волоча за собой испуганного стражника. Родерик подбежал к жене, обнял, понимая, насколько она испугана и утомлена.

Но она, охваченная ужасом, отстранилась; Хадита так сильно дрожала, что не могла говорить. Сопровождавший ее стражник, тоже измученный, топтался в стороне.

– Нанта! – наконец едва выговорила Хадита. Больше она ничего не могла сказать.

Родерик взял ее за плечи и посмотрел в искаженное горем лицо. Стоявший рядом стражник произнес:

– Нам сообщили, что в обломках найдены ваша младшая дочь и ее няня. Очевидно, их задавили…

Родерик отказывался верить услышанному.

– Но мне доложили, что моя семья в безопасности.

Стражник отвел взгляд.

– Очевидно, говорили не о всех ваших детях, принц. Слишком большая неразбериха была вокруг.

– Нанта захотела посмотреть парад! – всхлипывала Хадита. – Она уговорила няню, и они ушли. Сначала я ничего не заподозрила. И всю ночь ждала… надеялась…