Волк. Решение - Авраменко Александр Михайлович - Страница 40

– Вы… – Он вопросительно посмотрел на одетую в мешковатый комбинезон, явно большой ей по размеру, совсем молоденькую девушку.

Несмотря на измученный вид, она была красивой. В другой обстановке он, может, и приударил бы за ней. Темноволосая, что сразу выдавало её некоренное происхождение, – рары, как правило, были, можно сказать, бесцветными: белёсые волосы, светлые глаза, невысокий рост. Эта же была очень рослой, по сравнению с остальными членами команды. В то же время не отличалась мужиковатостью или излишней массивностью. Всё было пропорциональным и угадывалось под одеждой, несмотря на болтающийся балахоном комбез на ней.

– Что? – Девушка пристально взглянула на Дитера.

– Нет, ничего. Вы не из республики?

Механик горько рассмеялась:

– Естественно! По мне сразу видно. Не правда ли? Но обсудить, как я оказалась здесь, лучше позже. Могу сказать лишь одно, капитан: если у вас есть связь, вызывайте помощь. Нам осталось недолго. Системы жизнеобеспечения практически сдохли. Топливо для двигателей израсходовано полностью. Реактор протянет, может, сутки, может, двое. Но не больше. Воздуха – на четыре дня. Но тепло убьёт нас раньше. Система регенерации атмосферы приказала долго жить…

– Долго жить?

– Сдохла она, сдохла! – внезапно выкрикнула девчонка.

Дитер понял, что та на пределе, и махнул рукой:

– Бросьте, э… простите, не знаю, как вас зовут…

– Ваши звали меня Наста.

– Так вот, Наста. Идите в медпункт. Там обработают ваши руки. И отдохните. Раз горячка миновала, следует отдохнуть. Может, в спокойном состоянии, когда мы все немного отдохнём и придём в себя, нам удастся что-нибудь придумать…

Механик тоже махнула рукой, не заметив, что с разодранной кисти полетели в разные стороны капли густой крови.

– Мне это не поможет, капитан. У меня доза радиации такая, что теперь могу вместо лампочки по ночам светиться. Но если уж подыхать, так в приличном виде…

Она устало опустила голову и, всё так же пошатываясь, двинулась прочь. Лан прошёл в механический отсек. Возле обломка какой-то системы сидело трое специалистов из родного экипажа крейсера. Все в расслабленных позах, говоривших о крайней усталости. Рядом – ещё столько же из штрафной команды. Те попытались было вскочить – подчинённые Дитера уважали, но капитан сделал останавливающий жест:

– Сидите, ребята.

Те послушались. В разговор вступил один из механиков:

– Наста дело сказала, капитан. Если есть связь, покричи вокруг. Глядишь, кто и откликнется. Иначе подохнем тут.

Лан махнул рукой:

– Только аварийник. Сигнал бедствия передать. А кто на него придёт…

– Хоть в ошейнике, да живым, капитан. А повезёт, так спасёмся. Если будут пираты, у нас на борту сорок молодцов. Неужели не отобьёмся?

Дитер почесал затылок:

– Вполне-вполне… Ладно. Рискну. – Поднялся с балки, на которую было присел, потом спохватился: – А эта, Наста, откуда?

Разговорчивый механик отозвался:

– Из рабов она. У нас спецов не хватало, капитан. Вот святоши и скупили всех рабов в округе. Потом под гипношлем – и готовый специалист. А эту вообще откуда-то из дикого мира притащили. Но специалист из неё получился отличный. Отчаянный. Если бы не она… Давно сдохли бы, капитан.

Лан кивнул. Однако сильная девчонка. Ну так и габариты у неё… впечатляющие…

Чемоданчик аварийной связи открылся с тихим щелчком, выставляя наружу сверкающие хромом внутренности. При запуске он начнёт выдавать позывные корабля каждые три секунды, одновременно служа и маячком, чтобы спасатели могли запеленговать нуждающихся в помощи. Рискованно? Да. Но как сказал тот мех, на борту сорок абордажников, вооружённых до зубов. Не зря он сумел выцыганить у кладовщика дополнительное вооружение для своих. Деньги любят все… А мертвецам они ни к чему. Так что бойцы без сожалений расстались со своим жалованьем, взамен получив кое-что сверх положенного. Встряхнулся – хватит рефлексировать. Утопил красную кнопку запуска системы. Чемоданчик вспыхнул индикаторами, мелко задрожал, и Лан поднёс выносной микрофон ко рту:

– Просим помощи. Просим помощи. Вышли из строя все системы. Просим помощи…

Снова треск статики в динамике. Пошёл повтор записи. Положил микрофон на место, в гнездо. Его работа сделана.

Внезапно что-то щёлкнуло, и отозвался молодой девичий голос, донельзя бархатный и сексуальный на слух:

– И незачем так орать. Сейчас подойдём. Только не шутите с нами, ребята. Пришедшие извне шуток не понимают… Десять минут до стыковки. Ждите.

Что?! Ему показалось или это действительно был отклик?! А может, просто слуховая галлюцинация? И через несколько минут по изуродованному корпусу словно пробежала волна. Все конструкции жалобно заскрипели. Гравитационное воздействие! Значит, помощь действительно пришла! Но кто? Что за Пришедшие извне? Никогда не слышал! И Лан недрогнувшим голосом отдал команду по системе связи своего командирского скафа:

– Внимание всем! Получен сигнал спасателей. Ничего не хочу говорить, но… Боевая тревога! Огня первыми не открывать! На провокации не поддаваться! К бою!..

Отключился и тут же услышал, как затопали ботфорты по палубам крейсера. Засуетились бойцы, загремело оружие.

– Вышние силы… – ошеломлённо прошептал кто-то из абордажников позади него.

Лан повернулся на голос и охнул, не в силах сдержать эмоции: из вечного мрака появлялось нечто. Огромное, словно планета, сияющее ходовыми огнями стробоскопов, ужасающее даже с виду. Настоящий монстр. Сопротивляться такому бессмысленно… Неужели конец?!

Неизвестное страшилище приблизилось вплотную, буквально на несколько кликов. От глухо чернённого борта отвалилась длинная лапа с клешнёй, впившейся в обшивку. Скорости уравнялись почти мгновенно, что говорило о высочайшем классе экипажа громадины. Затем израненный крейсер потихоньку начали продвигать вдоль борта ближе к корме. Так продолжалось несколько минут. Затем корпус замер. На этот раз окончательно.

– Подают переходную галерею!

И верно, можно было увидеть, как из громадины стала выползать светящаяся труба. Коснулась люка, вспыхнуло короткое пламя. Треснул передатчик вызовом, снова послышался тот же девичий голос:

– Эй, на развалине, не дёргайтесь. Всё в порядке. Готовьтесь к эвакуации. Вашу лоханку спасать бесполезно. И можете не волноваться – ваши жизни нам не нужны. Начинаю отсчёт: пять, четыре, три… Зеро! – Непонятное слово, по-видимому обозначающее завершение счёта. Опять голос по передатчику: – Закачка и выравнивание атмосферы завершены. Можете начинать переход личного состава.

– Принято, – машинально ответил Лан.

Тут же откликнулся трюмный механик:

– Капитан, атмосфера выравнена. Люк открыт. Можем начинать переход на борт спасателя.

Дитер глубоко вдохнул, повернулся к ожидающим взглядам выживших:

– Пошли, народ.

Как ни странно, их встречала одинокая девичья фигура. Стройная до изумления. С… характерными острыми ушами дарков. Кое-кто схватился за оружие, но Лан успел рявкнуть:

– Прекратить! Отставить!

Слишком светлая кожа и утончённая внешность заставили вспомнить то, что он всегда хотел забыть, – унизительное рабство. А ещё – где он видел подобных разумных. На той проклятой станции Дарксана, откуда его освободил тот таинственный хуман. Тогда таких разумных прогнали на транспорт, уходящий в метрополию империи. А через сутки Дитера освободили… Эта чужая была, как оказалось, не одна. Позади неё выстроились хорошо запомнившиеся ему роботы-убийцы, нашинковавшие в мелкую стружку всех дарков… Тогда он видел две машины. Сейчас же их было пятнадцать. Так что если он, Лан, ошибся, то никакой надежды выжить ни у кого на борту крейсера нет.

Между тем серокожая дарка хмуро посматривала на сгрудившихся в кучу людей. Наконец не выдержала:

– Какого… вы там мнётесь? Или собираетесь весь путь до базы проделать в трюме? – Говорила она на всеобщем с незнакомым акцентом, чуть растягивая гласные и очень жёстко выговаривая согласные. – Ох ты! У вас и раненые есть?