MEMENTO, книга перехода - Леви Владимир Львович - Страница 71

Не подумай только, что я предлагаю тебе немедленно бросить учебу и удирать, куда глаза глядят. Нет и нет. Ни с того ни с сего бросать начатое только потому, что не понимаешь, зачем оно, или просто разонравилось – глупо, истерично, бессмысленно. Если удирать, то лишь уже представляя – ЗАЧЕМ и куда, зачем и как жить дальше. С проектом себя и своей жизни на обозримое время – хотя бы вчерне, без полной ясности и с риском ошибиться.

Пока же ты об этом «без понятия» – потому, что понималка загружена непонятно для чего нужным учебным грузиловом.

Могу подсказать, для чего это самое грузилово можно использовать, оставаясь там, где ты есть, никуда не дергаясь.

Для развития. Для тренировки мозга. Для психопрактики – выработки навыков внимания, запоминания и усвоения, комбинаторики, психической выносливости, терпения, самоорганизации, творческого мышления, каких-то жанров общения… Это ТЕБЕ нужно, а не кому-то. Зачем? Для всего! Психопрактика понадобится тебе в ЛЮБОМ деле, за которое ты возьмешься, понадобится во всей жизни, как сила, ловкость, выносливость, внимание и воля, развитые спортом, годятся для всякого труда, и не только физического. Любая умственная и физическая работа, любая рутина для психопрактики хороша – все зависит от того, какой смысл ты придаешь тому, чем занимаешься, придаешь сам – ты, а не кто-то там, за сценой твоего подсознания.

«Если вы умеете правильно отточить карандаш, вы уже умеете все», сказал неглупый человек Георгий Гурджиев. Пока учишься чему-то непонятно зачем – считай себя музыкантом, играющим этюды и гаммы для развития виртуозности, или котенком, учащимся в озорной игре ловить мышек, хотя это вовсе не мышки, а какая-нибудь несъедобная фигня. Считай себя учащимся на курсах оттачивания карандаша.

Жизнь твоя и сейчас официальной учебой не ограничивается. Вон сколько всякого неизведанного вокруг тебя. Сколько еще можно всего познать, чему только не научиться в девятнадцать-то лет! Зачем торопить себя немедленно и бесповоротно определять, «что я хочу и чего мне нужно»? Кому нужна эта блохоловная спешка – родителям? Девушке? Может быть. Но не тебе. Тебе нужно… Тебе можно быть в вольном поиске: свободно и радостно исследовать жизнь, людей и себя.

Можно ставить себе временные познавательно-развивательные задачи: идя по горному Хребту Жизни, дойти вон до той вершины, забраться на нее, оттуда осмотреться, наметить следующую… Почему бы одной из таких ближайших вершин, а вернее сказать, – вершинкой, холмиком – не выбрать окончание того учебного заведения, в котором ты сейчас учишься? Простой здравый смысл подсказывает, что это резонно и реально: задел уже есть. Доучись играючи, легко, весело, дальше виднее будет. Одна из твоих ближайших возможностей. Может быть, поразмыслив свободно, ты все же выберешь какую-то другую, совсем иной путь – воля твоя, важно лишь, чтобы это была действительно твоя воля и твой путь.

«Что мне нужно», «чего я хочу», а главное, зачем – смыслоценности жизни – на хапок не определяются, а всю жизнь вызревают вместе с душой. Сколько времени и какие еще условия нужны для этого вызревания, ты знать не можешь, душа это определяет и – если слушать ее повнимательнее, внятно подскажет. Может быть, вернет тебя, на новом жизненном витке, к той «мечте детства – сделать что-нибудь полезное для человечества». Почему бы и нет? В детстве голос души бывает слышнее. Полезным для человечества – и не меньше, да! – будет уже и такое благое дело, как научить кого-нибудь правильно оттачивать карандаш для рисунков на шуме жизни, или хотя бы только самому научиться. Полезно для человечества даже просто дышать, свободно и радостно.

О жизни и антижизни

Это письмо пришло по обычной почте, из российской глубинки.

К письму приложена фотография красивой девушки с надписью: Что я дам этому миру? Конец или начало? Что я оставлю здесь? Деревья или потоп? Что возьму: все или ничего?

Фарида, спасибо за доверие, за мысли, а главное, за вопросы. Это редкость, когда девушка семнадцати лет задается такими вопросами – на целые книги, на жизни не одного поколения. Замечательно! Жизнь – не ответы на вопросы, а вопросы на ответы.

О зле я однажды почти в такой же формулировке спросил моего друга, священника Александра Меня. И он, размышляя вслух и ничего не утверждая, сказал, что зло, по его ощущению, как самостоятельное мировое начало существует. Что это не личностное существо, имеющее свою физиономию, а средоточие отрицательной энергии, противодух, антижизнь, имеющая абсолют, полюс, который и называют дьяволом. Вопрос, существует ли антижизнь с соизволения или по замыслу Бога, либо это нечто первичное, такая же изначальность, как сам Бог, – вопрос этот для Александра Меня оставался открытым. Может быть, ответ был им получен в последние мгновения жизни…

Все ли люди дети божьи? Ответ зависит от веры. Если верить, что весь мир, включая и зло в нем, сотворен Богом, то да – все божьи, какие уж есть, даже исчадия ада. Если же допускать, что не все Богом сотворено, что нечто – или все – возникло само по себе, то… Для атеиста этого вопроса, понятно, вообще нет. Для сомневающегося или принципиального незнайки, агностика (я близок к этой категории) – вопрос есть.

Можно ли зло победить? В глобальном, всеуровневом масштабе – не знаю. А в частно-конкретном выражении, какие-то отдельные виды антижизни – уверенно знаю: можно.

Пример из больших побед человечества: врачебным состраданием и научным умом побеждена чума – одна из разновидностей преждевременной смерти, исторически еще совсем недавно свирепствовавшая на земле. Не уверен, уменьшила ли эта победа общий процент преждевременных смертей на земле, – ведь люди с тех пор успели наизобретать множество других способов преждевременно умирать, убивать друг друга не перестали, относиться друг к другу лучше не стали. Тем не менее, победа над всяким частным проявлением антижизни – вдохновляющий знак того, что есть шанс когда-нибудь добраться и до ее средоточия, разобраться и с ним. Верю, что это возможно, иначе все на свете просто обессмысливается, а бессмысленным этот ужасный прекрасный мир быть не может.

Наслаждаться жизнью, по-моему, не только можно, но и необходимо: это самоосуществление жизни. Вопрос только – что считать жизнью, что наслаждением. Иной наслаждается пытками и убийствами, иной – компьютерными играми, иной – выращиванием цветов, любовью к ребенку. Если наслаждение сопряжено с осуществлением жизни, с любовью к жизни, то, по моему убеждению, оно свято. Всегдашний вопрос только – о соотношении наслаждения и свободы с одной стороны, и разума и ответственности с другой. В таком простом и общем для всех живых наслаждении, как еда, есть грань, где необходимость и святость этого наслаждения обращается в свой перевертыш – чрезмерную пищевую зависимость: обжорство, со всеми его тяжкими последствиями. То же относится к сексу, к вину и множеству других источников наслаждения, естественных и искусственных. Нет ничего дурного ни каком в наслаждении, не причиняющем вреда другим и – в опасной степени – тебе самому. Но если кроме ограниченного круга своих наслаждений для человека нет ничего ни желанного, ни святого, то наслаждения неизбежно оборачиваются адом зависимостей; раб наслаждений гибнет, хищная тьма антижизни поглощает его.