Внучка берендеева. Второй семестр (СИ) - Демина Карина - Страница 63

Замолчала, взгляд отвела и тихо добавила:

— Звери — нет, а люди… люди, Зослава, на многое способны. Хоронили их с почестями. Много слов хороших сказано было… разбойников, говорят, тех нашли и посекли на месте. Может, и вправду озлилась охрана царская. А может, так оно удобней было. Мертвый лишнего не скажет. Только зелье это, которое наставница варила… его ведь ни в одной книге нет. Ее придумка…

Она поглаживала запястье, а я… я глядела на левую руку.

На рукав узенький, который приподнялся, потому как рука оная была еще более узкою, тонкою, что веточка… и на веточке этой видленились бледные полосы старых шрамов.

Тоненькие.

Почти незаметные. Не приглядишься — не увидишь. Я не приглядывалась, нет, но… просто вышло так, что почуяла эти шрамы.

— …и в ее же бумагах записи остались. Никаких имен, само собой… пациент… мужского полу… возраст — десять лет… симптоматика… история болезни… и зелье это, которое не столько сил лишает, сколько память глушит. У вас, Зослава, с памятью все ладно?

— Д-да…

— Замечательно, — она поправила рукавчик. — Голова не кружится? В глазах не двоится?

— Н-нет…

— Тогда, быть может, есть смысл встать? Сознания не лишитесь?

— Н-не знаю…

Мне было боязно глядеть на нее, не на руки, не на кольца… лучше уж на кольца, чем в лицо… аль в глаза…

— Если вздумаете лишаться, то постарайтесь, падая, ничего не задеть. Мне мои вещи дороги…

Ноги держали.

Худо-бедно, а держали. Падать туточки? Может, я и не боярыня, а гордость свою имею.

— Итак… полагаю, вчера произошло следующее. Вы вышли… не знаю, за какой надобностью, это сугубо ваше личное дело. Главное, что вы выглянули из комнаты и встретили Евстигнея. Вы как-то поняли, что с ним… мягко говоря, неладно. Сталкивались прежде с подобным?

— Бабка…

Чего уж молчать, когда все и без того ведомо?

— То есть, вы сообразили, что будить его нельзя, как и оставлять одного. Вы пошли следом… и это спасло вас обоих. Как вы оказались у некромантов?

— Служебным ходом, — созналася я.

— Интересно… и Хозяин не предупредил, куда идете?

Я покачала головой: неужто, когда б предупредил, я б пошла? И Евстигнея б не пустила.

— Очень интересно… зато понятно, как вы оказались внутри… к слову, этой ночью в общежитии, говорят, на редкость хорошо спалось. Так хорошо спалось, что едва ль не треть студиозусов учебу пропустила… и вот, как вам кажется, это нормально?

Чтоб все разом и поснули?

— …и вот если бы не эта повальная сонливость, логично было бы предположить, что ваш жених опоил своих… приятелей.

Кирей?

А на кой ему надобно?

— Более того, подобный вывод прямо-таки напрашивется, — Люциана Береславовна провела ноготком по запястью. — Поверить мешают здравый смысл и практическая сторона. Зелье горькое. Настолько горькое, что замаскировать его приправами точно не выйдет… да и количество не то, чтобы на все общежитие хватило. И со студизусами… кто-то супы не ест, кто-то пироги… кто-то киселями брезгует. Понимаете?

Я кивнула.

Разумею, отчего ж не разуметь.

Чтоб потравить всех, надобно зелье котлами варить, а после котлы сии на кухню волочь. Да и… пироги с полынною горечью навряд ли кто ел бы. Опять же ж, в столовую и Фрол Аксютович заглядывает, и наставник наш… и, думаю, с кухни этой иным преподавателям обеды носют, неужто и они потравилися б?

Сомневаюся.

— Сонное заклятье? Тоже неудачный выход. Почему, Зослава?

Она у меня пытает?

У меня. Больше туточки никогошеньки нет. И сама ж ответу ведает, и думает, что я ее ведать должна, а у меня в голове — пусто, что в амбаре весеннем. Разве что мыши не шубуршаться, и те попритихли с перепугу.

— Думайте, Зослава.

Думать…

Об чем?

Сонное заклятье. Простенькое. И сил требует самую малость, оно и не заклятье даже, так, наговор, который на игрушки вешают, чтоб младенчикам спалося крепче.

И для деток.

И… для хворых, которым боли спать мешают, иное есть, покрепче. Но и силов надобно побольше… на одного человека…

— Силы уйдет невмерно…

— Немеряно, — поправила меня Люциана Береславовна. — Правильно. Не важно, читать ли заклятье перед каждой комнатой, что крайне неразумно, думаю, даже вы это осознали.

А то как же.

Я ажно вообразимши себе злодея, каковой по общежитию идет и перед кожною дверью становится, чтоб заклятие прочесть…

— …или же произвести перерасчет и накрыть все здание. Неэргономичный вариант, крайне неэргономичный. Грозит полным истощением, а с учетом того, что сегодня все удивительно бодры, полагаю, следует его отмести. И да, есть еще один нюанс. Общежитие защищено. Далеко не от всех чар, но от многих, и сонные не продержались бы долго. А вы помните… во всяком случае должны помнить из курса общей магии, что после прекращения непосредственного воздействия на объект, данный объект стремиться вернуться к исходному состоянию. Что это значит?

Чего…

Нет, я помнила правило.

И еще с дюжину иных, важных, которые заучивала, как некогда учила молитвы Божинины. Но вот… а Люциана Береславовна глядит.

Рученьки сложила.

Сидит пряменько.

А я стою… расхристанная, в рубашке одное нижней, измятой. Сама не то красна, не то бела, но всяко похожа больше на сенную девку спросонья, нежель на магичку будущую.

— Думайте, Зослава… постарайтесь увидеть в словах смысл. В противном случае ничего у вас не выйдет.

Сказала и на перстеньки свои глянула.

Я ж… что я… не выйдет? Может, и взаправду негодная я для магических делов, но тепериче не отступлюся. Дед мой упертым был, и матушка, и батька… и выходит, я тоже.

Думать?

Объект… объект туточки студиозусы. И коль на них сонным заклятьем воздействовали… сиречь в сон погрузили, то, когда заклятье исчезло б, тогда…

— Значится… значится, когда б заклятье спало, они б пробудилися…

— Молодец, — Люциана Береславовна произнесла это без усмешки. — Не все, у части сон перешел бы в глубокую фазу, это защитная реакция организма, но часть, несомненно, встала бы. А они проспали все. Итак, подводя итог. Если исключить воздействие зелья и классической магии, что остентся?

И вновь на меня воззарилася.

Останется… чего останется? Хвост заячий куцый… но я ж ведаю, иначе б не ждала Люциана Береславовна… вот хоть ты за волосы себя скуби, чтоб прояснение в голове наступило.

Глянула под ноги.

И налево… направо… линии на коврах вьются-свиваются узорами…

— Начертательная магометрия…

Зазря ль я ночи не спала, дни просиживала, глаза и розум изводила, пытаясь в голову науку сию впихнуть со всеми правилами.

— Не совсем верный термин. Магометрия — это наука о правилах составления каркасов заклинаний, — Люциана Береславовна перевела взгляд на оконце.

Махонькое такое оконце.

С решеточкою.

За решеточкою солнце повисло. Светит ярко, тени вона, коротки сделались, куцы…

— Но мысль верная. Метод неклассический, есть что-то в нем от шаманизма и народных обрядов, в которых, собственно, и лежат истоки магии. Если брать глобально, — она переплела пальцы, и перстни слилися в золотое полотно, разукрашенное каменьями. — …то практически в любом обряде… я имею в виду обряд, корни которого уходят в прошлое, а не какую-нибудь глупость вроде суеверия о стриженных волосах…

А чего за суеверие?

Иль она о том, что бабе непраздной волосы стригчи неможно? Так то не суеверие, то правда, кажная баба знает, что, острижешь волосы, а с ними и годы жизни дитячее. А вот когда с человеком болезня тяжкая приключается, тогда, напротив, волос стричь надобно, потому как иные болезни норовят в теле человечьем затаиться. А срежешь волос — с ним и слабость уйдет.

Иные стригутся, чтоб судьбу переменить.

Или беды оберечься.

Обет давая.

И во всем-то, чтоб ни говорила Люциана Береславовна, а в том смысл особый имеется…

— …к примеру, когда ставят дом по древнему обычаю, то первые камни укладывают в особом порядке. И если провести линии, то получится примитивная схема плоского щита. А добавив на проекцию основные балки, стропила и ряд иных элементов, увидим, что щит приобретает объем. Конечно, без дополнительного вливания силы от него толку немного, но с учетом того, что в ряде случаев до сих пор используется кровь хозяев, защита получается неплохой… впрочем, я вновь отвлеклась.