Месть за победу — новая война - Уткин Анатолий Иванович - Страница 98

Секрет бен Ладена можно понять, только обратившись

1

2

3

418

к тому, что более всего он обличает. А обличает он «жалкие условия мусульманской цивилизации, в которых мусульмане виноваты сами. Он, конечно же, винит Запад за нападение на ислам, обвиняет в отторжении арабских природных богатств, но более всего он обличает не крестоносцев, а тех мусульман, которые сошли с тропы пророка и не сумели найти единение в джихаде. Беда не во внешних врагах, а в незначительности числа защитников веры»1. Это не безумец, разбрасывающий бомбы, а упорный и трезвый противник, полный решимости нащупать слабое место своего врага. Он — «преисполненный горечи и злобы, хладнокровно калькулирующий свои действия политик. Да, ему нет места на страницах «Гарри Поттера». Но для него много места в той части мира, которая далека от «Гарри Поттера». Это подлинное столкновение цивилизаций»2.

Главный идеологический мотив бен Ладена: мусульманский мир подвергается нападению западных крестоносцев, встречая «океан насилия, несправедливости, убийств и грабежа, направленных против исламского общества. Мы защищаем себя от Соединенных Штатов. Это «оборонительный джихад», потому что мы желаем защитить свою землю и людей». Исламский мир получил руководство, готовое на долговременную борьбу. Выведя свои ударные силы из Афганистана в момент наивысшего наступательного порыва американцев (когда американская армия лишилась шанса «загнать Талибан в каменный век», бен Ладен начал их возвращать только в середине 2003 г., когда бомбардировки Тора — Бора ослабли. Бен Ладен вполне воспринял совет, который Макиавелли дает своему принцу: «Все вооруженные пророки добивались успеха, а невооруженных ждало поражение и забвение».

Примерно через год после триумфального вхождения в Багдад в американском обществе заговорили о необходимости ухода. Генерал Уильям Одом в июле 2004 г.: «Соединенные Штаты обязаны начать стратегический отход из Ирака, потому что находиться в этой стране никогда не было в стратегических интересах Америки. Накануне войны, ввиду созданной в стране обстановке, такая дискуссия была невозможна»[520].

ИРАК И «АЛЬ-КАЙДА»

Иракская война — это неспровоцированная война против государства, которое не представляло собой непосредственной угрозы Америке. Не следовало идти на применение военной силы. В мире это называют милитаризмом. Усама бен Ладен назвал вторжение в Ирак «возвращением прямого колониального правления». США невольно стали наиболее ценным союзником бен Ладена, радикализируя исламский мир. Сказалась наивная уверенность во всемирной приложимости западных ценностей и вера в способность военными методами решить цивилизационные проблемы. Следует ли игнорировать слова Аймана аль-Завахири, сказанные в конце 2003 г.: «Американцы в Афганистане и Ираке попали в деликатную ситуацию. Если они уйдут, то потеряют все, а если они останутся, то истекут кровью до смерти»[521]. Данные из захваченных компьютеров «Аль — Кайды» говорят о ее желании опереться на иракских курдов, которые накануне американского вторжения получили от бен Ладена 350 тыс. долларов, оружие и джипы. И завод по производству химического оружия. И готовую философию: «История пишется только кровью. Славу можно обрести только на основании их черепов». В результате, пока американцы наносили удары по исламскому терроризму в коридоре Исламабад — Амман, «Аль — Кайда» сместилась в Северный Ирак и в Ливан, где «Хезболла» — шиитская организация остается мощной исламской организацией.

После вхождения американских войск «Аль — Кайда» занялась привычной работой — приемом, размещением и обучением добровольцев со всего исламского мира, пожелавших сразиться с западной цивилизацией в долине Тигра и Евфрата. Новое: исключительное внимание к Интернету. Боевые мусульманские организации используют электронные средства связи (компактные компьютеры, сотовые телефоны и пр. для пропаганды, обучения и объединения). Ислам нашел свою информационную территорию, о чем убедительно говорит число откликающихся на сайты «Аль — Кайды». Резко увеличилось военное обучение по Интернету. Так называемая «Энциклопедия джихада» дает «братьям по Интернету» всю необходимую информацию для создания ударных вооруженных групп. Основная информация излагается на арабском и английском языках. Теперь террористам не нужны специальные лагеря — они могут завершать подготовку и дома, черпая всю необходимую информацию из всемирной сети. Особенно активна в этом отношении суннитская секта Салафи. Типичный пример перехвата: «Сообщите нам сведения относительно важных экономических и военных целей американских крестоносцев». Речь в Интернете идет о нефтепроводах, расположении оккупационных офисов, воздушных коридорах. Задаются вопросы об именах старших офицеров американской армии и т. п.

Не дано нам знать, откуда нанесет удар судьба. Неспровоцированное нарушение суверенных прав Ирака, казалось бы, могло вызвать более твердую реакцию мирового сообщества: завтра мишенью станешь ты. Но мощь несдержанного лидера, помощь 34 пособников, отсутствие жизнетворной солидарности фактически погасили вестфальскую систему взаимопомощи суверенных держав. Наказание последовало изнутри американского и британского обществ. Граждане этих обществ настоятельно пожелали знать, кто убедил правительства в Вашингтоне и Лондоне, что Ирак владеет оружием массового поражения и способен применить его после всего лишь 45‑минутной подготовки.

По мнению философа Фрэнсиса Фукуямы, «устранив партию «Баас», расформировав иракскую армию, американцы допустили ошибку, которую они стараются исправить, создавая новые силы безопасности. Но уже поздно. В нашем рвении поддержать процесс демократизации мы приносим больше вреда, чем пользы, поскольку предоставление помощи извне парализует возможности местных структур»[522]. Фукуяма полагает, что «исламизм таит в себе больший идеологический вызов, чем коммунизм».

Тихо и вначале незаметно возник вопрос: за что посланы на смерть кормильцы семей? Налогоплательщики задались вопросом: на что пошли миллиарды долларов и фунтов стерлингов? Оправданны ли затраты на «вялотекущую» войну, которую, как, выясняется, нельзя выиграть? Но главный вопрос: можно ли доверять жизни и кошельки правительствам, которые склонны искажать факты и обманывать своих граждан?

К весне 2005 г. ощущение ошибки, невозможности достичь своих целей в Ираке стало в США распространенным. Такие комментаторы, как Пол Крюгмэн и Морин Дауд, стали проповедниками реализма в «Нью — Йорк тайме». Соединенные Штаты попали в безнадежную трясину, продолжение военных действий лишь увеличит число потерь, в марте переваливших за полторы тысячи.

На противоположной стороне океана выдающийся британский историк Алистер Хорн сравнил положение американцев в Ираке с французским поражением в «брутальной восьмилетней алжирской войне. Конечным результатом будет такой же внезапный и унизительный западный отход». Аргументы очевидны: двухлетняя нестабильность в суннитском треугольнике; растущий фатализм американских военных; бесконечная лавина партизанской войны; растущее нежелание союзников поддерживать единственную сверхдержаву; неспособность умеренных иракцев взять на себя инициативу и блокировать действия крайних сил. Складывается впечатление, что противников американской коалиции становится все больше. Сторонники джихада, баасисты и моджахеды словно прибывают с разных концов арабского мира, возможно, из Сирии, вероятно, и из других арабских стран. Исламская умма не берется предсказывать дальнейшие действия американцев — долго ли они будут выносить удары смертников и что такое американская демократия?

Внутри Соединенных Штатов даже весьма убежденные сторонники военных действий стали видеть в американских планах значительную долю наивности, неверного анализа, все черты простых решений, непригодных для племенной и сложноконфессиональной обстановки послесаддамовского Ирака. Показательно название в ноябрьском (2004) номере журнала «Ризн»: «Сумерки в стане либеральных ястребов», где обозреваются «вторые мысли» известных специалистов — Пола Бермана, Томаса Фридмана, Кеннета Поллака, Фарида Закариа, Эндрю Салливэна, Майкла Игнатьева. Все они «несчастливы» в своей собственной манере, ни у одного нет рецепта, как справиться с Ираком после апреля 2003 года. Разумеется, нет недостатка в критике президента Буша и его стиля верховного руководства. Предметом критики становится и сам проект «демократизации Ближнего Востока».