Карантин - Сиглер Скотт - Страница 67

— Пожалуйста, — рыдала женщина. — Пожалуйста, отпустите меня. Я клянусь, что никому ничего не скажу.

— Попытайтесь расслабиться, Бернадетт, — сказала Маргарет. — Мы хотим вам помочь.

— ВРЕШЬ! — закричала женщина. — Вы из ПОЛИЦИИ! Вы хотите зарезать меня!

Она не могла пошевелить ничем, кроме головы. Она трясла ею так, будто ее усадили на электрический стул и собирались вот-вот включить рубильник. Ее потные каштановые волосы веером разлетались в стороны, на лице отражалась смесь неприкрытого ужаса и психотической ярости.

Треугольники неотрывно смотрели. Своими черными мерцающими глазами они, наверное, могли смотреть куда угодно, но Перри знал, что они смотрят именно на него.

СУКИН СЫН. ТЫ УМРЕШЬ. ТВОЯ СМЕРТЬ БУДЕТ НАМНОГО МУЧИТЕЛЬНЕЕ, ЧЕМ У ОСТАЛЬНЫХ…

Перри отступил на полшага. Он такого не ожидал. Помехи, которые с недавнего времени больше не давали ему возможности четко различать разговор инфицированных, в непосредственной близости от треугольников куда-то исчезали. Он надеялся, что просто зайдет сюда, снова ничего не услышит и выйдет.

Перри не осознавал, что дрожит, пока не почувствовал, что на плечо ему легла чья-то рука.

— Успокойся, Доуси, — тихо сказал Дью. — Им до тебя никак не добраться.

— Мне нужно выйти отсюда. Необходимо.

Голос Филлипса был низким. Низким и спокойным.

— Тебе нужно, прежде всего, сосредоточиться. Мы должны с ними поговорить. Нужно узнать место постройки следующих врат, и ты единственный, кто может это сделать.

— Но Дью…

— Послушай меня, — сказал агент. — Иногда нам приходится делать то, чего совсем не хочется. Билла уже не вернуть, но сейчас у тебя появился шанс поступить правильно. Нужно им воспользоваться.

Дью прав. Он настоящий боец, многим смог пожертвовать. Агент не просил сделать то, чего бы не сделал сам.

— Меня там слышно? — спросил Перри.

Маргарет кивнула.

— В капсуле есть громкоговорители. А в твоем наушнике встроен микрофон. Так что не волнуйся: тебя прекрасно слышно.

Доуси молча кивнул. Теперь он был даже рад, что надел биозащитный костюм. Если он описается, никто ничего не заметит. Он откашлялся.

Больше тянуть нельзя.

— Я должен поговорить с вами, — сказал он. — Сообщите, что вам нужно.

МЫ ХОТИМ ТЕБЯ УБИТЬ. ТЫ — РАЗРУШИТЕЛЬ.

Полные предложения. С соблюдением знаков препинания. Видимо, скоро они должны вырваться из тела женщины.

— Где новые врата?

Нет ответа.

— Вы хотите… открыть врата, я знаю. Для кого? Кто туда войдет?

А-А…−Н-Г-ЕЛЫ.

Ангелы. Они пройдут через врата. От собственных треугольников Перри никогда не слышал ничего подобного, и это вызывало у него тревогу.

АНГЕЛЫ ИДУТ. ЛЮДИ ТОЖЕ СТРОЯТ ДЛЯ НИХ, — ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК И МЫ. МЫ ПРЕВРАТИМ ВАШУ ЖИЗНЬ В АД. МЫ СДЕЛАЕМ ЕЕ ЖИВЫМ АДОМ. ВОТ ЧЕГО ТЫ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ… ЛЖИВЫЙ УБЛЮДОК…

Они были другими, отличались от его собственных треугольников, названных им в свое время Великолепной Семеркой. Они не были похожи на треугольники и личинки Толстухи. Новые паразиты казались более «женственными», что ли, но в то же время были язвительными и злобными. Интересно, что за человек была Бернадетт Смит до того, как подхватила заразу. Что-то подсказывало Перри, что для нее как нельзя лучше подходит одно до боли знакомое словечко — стерва.

— Что они тебе наговорили? — спросил Дью.

— Трудно сказать, — ответил Перри. — Якобы должно появиться нечто, что заставит всех нас строить.

— Строить? — переспросил Филлипс. Он повысил голос, как будто его будет лучше слышно в стеклянной капсуле. — Что еще мы должны строить?

ВЫ СДЕЛАЕТЕ ТО, ЧТО ВАМ ВЕЛЯТ, ИНАЧЕ МЫ ВАС НАКАЖЕМ.

— Они не говорят, что именно, — сказал Перри. — Попробую объяснить. От них исходит столько ненависти, столько злобных насмешек… Думаю, они хотят сделать нас рабами.

— Пошли их к черту, — сказал Дью. — Нам нужны Джуэллы. Спроси их, где сейчас семейство. Может быть, заметишь какие-нибудь вибрации…

УБЕЙ ЕГО. ВОЗЬМИ ПИСТОЛЕТ И УБЕЙ.

Перри уставился на них, ожидая, что вот-вот почувствует нестерпимое желание что-то совершить. Он боялся этого.

Но, слава богу, ничего такого не ощутил.

Наверное, он все-таки победил их. Дью был прав, ему удалось.

— Где семейство Джуэллов? — спросил Перри, чувствуя, что с каждым произносимым словом его голос крепнет и обретает все больше уверенности. — Бобби, Кэндис, Челси Джуэлл? Где они?

Перри уставился в их черные как смоль глаза. Ничего. Нет ответа.

Но затем он услышал чей-то голос. Не треугольников. Кого-то еще.

От него веяло холодом.

Думаю, тебе следует оставить Джуэллов в покое.

Голос маленькой девочки. Очень четкий, человеческий.

Ты ведь боишься, не так ли? Ты должен бояться.

— Ты тоже, — проговорил Перри. — Я чувствую.

Дью толкнул Доуси в плечо.

— Что они там бормочут, парень?

Убей этого человека.

— Ничего, — ответил Перри. — Ничего особенного.

Я заставлю тебя сделать это. Я здесь главная. Люди должны мне подчиняться.

Перри ощутил внутри приступ ярости. О боже, вот оно, нестерпимое желание причинить кому-то боль, убить. Личинки больше не были способны возбудить его, но маленькой девочке удалось. Теперь чувство было намного сильнее, чем раньше.

Но сейчас ему нужно было прикончить не кого-нибудь, а Дью Филлипса.

Убей его.

УБЕЙ.

— Мне нужно выйти, — попросил Перри. — Я не могу здесь оставаться.

— Парень, не дури, — сказал Дью. — Не сдавайся. Нам нужно выйти на след Джуэллов. Ну, или, по крайней мере, понять, можно ли хоть что-нибудь выведать у этих треугольников.

В чем дело, трусишка? Душа в пятки ушла?

Перри покачал головой.

— Нет. Мне нужно уйти. Маргарет, что бы ты ни предприняла, постарайся сделать это как можно быстрее. Они скоро должны вылупиться.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Монтойя.

— Они используют законченные предложения, — сказал Перри. — И еще паузы — как бы заменяя ими знаки препинания. Раньше я такого не слышал. В общем, у тебя в распоряжении сутки. Может быть, чуть больше. Потом они вылупятся.

УБЕЙ ЕГО.

Маргарет взглянула на Бернадетт, потом снова на футболиста.

— А ты уверен?

— Доуси, поговори с ними, — сказал Дью.

Я чувствую твой страх. Я от тебя не отстану…

Перри приложил к ушам руки. Он сделал это машинально, пытаясь помешать голосам. Но руки в резиновых перчатках лишь стукнулись о шлем, и тотчас Доуси сообразил, что уши здесь ни при чем.

— Оставьте меня в покое!

— Хорошо, парень, — нахмурился Дью. — Только успокойся.

— Не волнуйся, Доуси, — сказала Маргарет. — Мы прооперируем ее прямо сейчас. И избавимся от них…

Чтобы взглянуть на Маргарет, Перри пришлось полностью повернуться. Она казалась такой маленькой: крошечное лицо внутри большого шлема выглядело словно рыбка гуппи в круглом аквариуме. Неужели она настолько наивна?

— Знаешь что? — сказал ей Перри. — Я ведь так и не поблагодарил тебя за то, что ты спасла мне жизнь.

Он отвернулся и открыл герметичную дверь. Вспыхнула красная лампочка. Доуси вышел. Дью последовал за ним. Дверь закрылась.

Маргарет несколько мгновений не отрывала глаз от сигнальной лампочки над дверью, подспудно опасаясь, как бы она не вспыхнула зеленым светом. Она вдруг испугалась, что не сможет сама открыть дверь, а Бернадетт, как и Бетти, вырвется и разобьет капсулу. Когда зеленый свет все-таки загорелся, Маргарет сразу поняла, что на все это время невольно затаила дыхание.

— Марго, как ты себя чувствуешь? — спросил обеспокоенный Кларенс.

— Отлично, — вздохнула она.

— Да-а… — сказал Кларенс. — У парня, видно, все опять пошло наперекосяк.

— Так и есть, — согласилась Маргарет. — Но, видишь ли… Не так просто снова встречаться с треугольниками. Да еще и общаться с ними. Тут у любого крышу сорвет. Я даже представить не могу, каково сейчас Перри. Но, несмотря на то, что ему пришлось вынести, мне кажется, парень все-таки делает успехи. Было очень приятно услышать, что Доуси благодарен мне за оказанную помощь.