Взорвать царя! Кромешник из будущего - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 61

Купец с судовой командой бросились к своей посудине, забыв об опасности. Быстро сбросили в воду ветки. Купец одному из своих нож бросил:

– Режь швартовы!

Пока команда занималась кораблем, охотники стояли на страже. Но нет, все было тихо.

Андрей с берега перепрыгнул на борт.

– Вот отродье! Парус унесли! – купец был зол.

– На веслах пойдем, да и по течению плыть будем. Павел, по одному – на борт.

Тем временем были перерезаны концы на корме и на носу. Охотники перебрались на корабль и, взяв в руки весла, оттолкнулись от берега. Судно стало отходить, течение подхватило его.

Двое из судовой команды и двое охотников уселись на весла – каждому хотелось как можно дальше и как можно быстрее убраться из этих мест. Работали до седьмого пота, пока их не сменили два других охотника и Андрей. Сам Скоробогатов стоял за рулевым веслом, и на его лице явственно была видна улыбка. Как же – сам спасся, половина речников с ним, судно вернул. Конечно, без товара и денег остался, ну так это – дело наживное.

Оставшийся в живых вотяк не побежал за помощью в азбар – он подал сигнал. Развел костер и, когда он разгорелся, подбросил еловых веток. Повалил густой белый дым.

Вотяк снял с себя кафтан, растянул его на руках над костром и, то убирая его, то снова держа над костром, он подавал сигнал тревоги, требуя помощи. Дым от костра шел не сплошняком, а с перерывами.

Павел сразу обратил на это внимание. Он периодически оглядывался назад и, увидев дым, встревожился:

– Андрей, вотяк сигнал своим подает дымом. Смотри!

Дым шел с равными промежутками. Точно, сигнал, ведь в обычных условиях дым от костра идет ровным столбом. Стало быть, успокаиваться и расслабляться нельзя, вотяки организуют погоню. А может, встретив своего воина, испугаются потерь? Ведь пятерых воинов своего рода они уже потеряли. Для небольшого селения это много. Но ведь предупреждал его вождь в зырянской деревне – злой кузо у вотяков. Нет, не убоится он потерь, преисполнится желанием отомстить чужакам.

Андрей подошел к купцу, стоявшему на корме у рулевого колеса:

– Полагаю, вотяки попытаются нас перехватить. Прижимай поближе к берегу, тут недалеко арендованное нами судно стоит.

На корабле, да по течению и под веслами – не пешком идти, каждую минуту ожидая коварной ловушки, а безопаснее и быстрее.

Уже через полчаса они были у ручья. Даже проскочили немного, охотники углядели, шум подняли. Потому они вернулись назад и пришвартовались у берега.

– Так быстро? – удивились члены судовой команды. – Знать, поход легким был…

– Это вы потом скажете, когда до Нижнего доберемся. А сейчас быстро собирайтесь – и в путь. Вотяки погоню снаряжают.

– Э, пока они доберутся…

В этот момент купец увидел Трофима:

– Иди сюда, на прежнее судно. Дай я тебя обниму!

Трофим обрадовался, увидев купца. В душе он побаивался, что тот взбучку ему даст – ведь Трофим оторвался от команды. Правда, отлучка та купцу и двум речникам жизнь спасла.

Он перебрался к купцу – купеческое судно было значительно крупнее арендованного. Купец обнял Трофима, несколько раз похлопал его по плечам, по спине.

Андрей решил прервать радостную встречу:

– Времени нет. Понимаю, радость встречи и все такое… Но погоня за спиной, надо о судах думать.

Купец перебрался на арендованную лодью и стал просить у кормчего запасной парус. Их лодья крупнее, и парус по площади должен быть больше, но лучше идти под таким, чем все время быть на веслах.

Кормчий только руками развел:

– У меня парус как раз запасной стоит, основной-то порвали месяц тому назад. До Казани бы добраться, там купим.

Купец и кормчий после переговоров решили пришвартовать оба судна бортами друг к другу, стянув с носа и кормы пеньковыми веревками. По течению один небольшой парус скорости прибавит, а когда вверх по Волге пойдут, поможет до Казани добраться.

Так они и сделали. Подогнали малую лодью к борту купеческой и стянули их швартовами. Получилось нечто неуклюжее, неповоротливое, похожее на катамаран. Но сейчас главное – уйти от вотяков подальше. Насколько мог заметить купец, лошадей у вотяков не было.

Как только оба судна были скреплены, Андрей скомандовал:

– Поднять парус, всем на весла – отплываем!

Андрей хоть и моложе купца был, и судна своего не имел, но в походе командовал. Предводитель, вожак, атаман – он должен быть один. Андрей командовал, затевая поход на вотяков, при освобождении пленных и при их возвращении на корабль. Он решил и дальше предводительствовать, до Нижнего. И пусть купец не обижается, хотя ему такое положение нравиться не должно. Как говорится, коней на переправе не меняют. Да и людей у купца, считая перешедшего на его судно Трофима, всего трое.

Суда тронулись в путь. Течение, парус и усилия гребцов живо подгоняли спарку. Охотники же наблюдали за правым берегом. По левому промелькнула вдали зырянская деревня, откуда был их проводник.

Река начала плавно поворачивать, делая изгиб перед входящим в Вятку притоком Немды. И почти сразу в правый борт малой лодьи вонзилась стрела, и сидящие в лодье увидели на правом берегу вотяков, воинственно размахивавших луками и сулицами.

Только потом Андрей понял, в чем суть происходящего. В отличие от них, вотяки прекрасно знали местность, русло реки. Суда плыли, делая большой полукруг, а вотяки шли по лесу напрямую, по тропам. Вот только от берега до судов далеко, практически на пределе полета стрелы.

Вотяки пустили еще пару стрел, убедились в бесполезности своих стараний и теперь, не скрываясь, шли по берегу.

Положение судовых команд было предпочтительней. Они плыли, а вотяки тратили время и силы на ходьбу. Но ведь настанет вечер, плыть, не зная фарватера, опасно, и на ночь необходимо будет пристать к берегу. На это обстоятельство и рассчитывали вотяки – ведь команду купца они захватили именно на стоянке. Поэтому, пока плыли, решили не останавливаться нигде.

С малой лодьи достали сухари, сало и поделились с беглецами. Скромная еда была съедена с аппетитом и до последней крошки – есть хотелось и речникам, и охотникам.

Купец и кормчий старались держаться посреди реки, не приближаясь к берегам. Но вотяки не отставали. Теперь они не кричали и не размахивали оружием, экономя силы.

– Да что они, двужильные? – удивился купец. – Уж верст двадцать отмахали, не меньше, а туземцы не отстают.

– Рано или поздно отстанут. Им есть-пить надо, отдыхать. Не сегодня, так завтра оторвемся, – высказался Павел.

Однако ниже по течению реки стало понятно, чего дожидались вотяки. Перед слиянием с рекой Кильмезь Вятка делала резкий поворот. Течением стало прибивать суда к правому берегу, и вотяки тут же стали обстреливать суда из луков. Стрелы впивались в мачты, борта, палубу. Все находившиеся на судах попадали ниц, укрываясь от стрел.

Только купец и кормчий малой лодьи вцепились в рулевые весла – у них не было иного выбора. Брось они весло – и суда подойдут близко к берегу, а то и уткнутся в него. Лицо купца побагровело от натуги. Два судна весили много, хотя и были пустыми, и удержать их на стремнине требовало значительных усилий.

Поняв это, Андрей бросился на помощь купцу. Вдвоем они навалились на весло, и лодьи стали отклоняться к середине реки. Несколько стрел на излете ударили в борт, остальные стали падать в воду.

Вотяки разочарованно взвыли и дальше, за поворот, уже не пошли. Они выкрикивали что-то явно обидное, только слышно было плохо.

Так и ушли от них.

На ночь путники не останавливались, только спустили парус и выставили на каждой лодье по впередсмотрящему. Однако на следующую ночь все – таки пристали к берегу. Путь проделан немалый, и не могут вотяки за ними пешком угнаться; тем более земли пошли для них чужие. Развели костер, сварили кулеш и впервые за несколько дней поели горяченького. Ночью по двое дежурили охотники, днем они отсыпались.

На слиянии Вятки и Камы суда развернуло течением, поставив поперек движения. Кое-как они выправились. Однако опыт учли. Перед впадением Камы в Волгу отвязали швартовы, рассоединив суда, перебросили конец с одного судна на другое – вроде буксира.