Взорвать царя! Кромешник из будущего - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 57

– Трофим сбежал, – опять принялась втолковывать ему Дарья. – Он из-за кустов видел, как их в глубь леса повели.

Дарья вдруг заплакала.

– Подожди плакать. Ты к воеводе городскому или еще кому ходила?

– Не-ет, – захлебывалась слезами Дарья, – я сразу о тебе подумала.

– Я же твоего отца в глаза не видел. И потом – я не воин. Мне что, войско собрать и с войной на черемисов идти? Так у меня денег на наемников нет.

Батюшка ее, конечно, влип по самое некуда.

– А наместник царский?

– Да разве к нему пробьешься? – голос у Дарьи сразу стал каким-то потухшим.

Она вытерла платочком слезы, поднялась.

– Сидеть! – приказал Андрей.

Девушка от неожиданности села – такой жесткости она от него не ожидала.

– Ты думаешь, я схвачу саблю, которой у меня нет, и побегу твоего батюшку выручать? Такие дела на раз-два не делаются. Надо корабль или большую лодку нанимать, людей охочих. Да не пьяниц и дебоширов, а тех, кто оружие в руках держать умеет. Плохо подготовимся – и батюшку твоего не спасем, и сами погибнем. Ты такого исхода хочешь?

Дарья покачала головой.

– Вот что. Где этот твой Трофим?

– Дома у нас с матушкой. Я просто растерялась, не знала, что делать.

– Идем к тебе, надо с ним поговорить. Место вызнать, где это случилось, а лучше всего – его с собой взять. Пусть хоть реку покажет, место, иначе до белых мух искать будем.

Дарья вскочила, в глазах появилась надежда.

Андрей накинул кафтан, опоясался.

– Идем!

У постоялого двора стоял тарантас с кучером на облучке.

Они быстро домчались до дома Скоробогатовых.

Трофим находился на кухне, ел сарацинскую кашу. Прислуга же отхаживала супружницу купца. Дарья, как только узнала, что матушке плохо, тотчас побежала в ее спальню.

Андрей же уселся напротив Трофима.

– Внятно и четко расскажи, что произошло.

– Живот у меня прихватило. – Трофим оторвался от тарелки с кашей, облизал ложку. – Я в кусты побег – мы на стоянке еще были, ночевали там. Вдруг слышу шум, крики. Выходить из кустов поостерегся – мало ли? Вижу только, местные повязали наших и с собой повели.

– Все целы были?

– Вроде все.

– Где это произошло?

– Мы по Вятке вверх поднимались. Купец-то был уже в этих краях о прошлом годе, а я нет. Он говорил, селение у них – дай бог памяти… Вот, вспомнил! Вотское! Так и называется.

– Так вы до селения добрались?

– Нет же. Купец вечером сказал – день идти осталось. А утром напали.

– Как выглядели нападавшие?

– Обыкновенно, как люди.

– Я не о том. Как одеты были? Какое оружие?

– Оружие не разглядел – вроде дубинки. А одеты по-нашему. Штаны только белые, ей-богу, не вру.

– Жить пока у купца будешь, в людской. Я судно найду и команду. С нами поплывешь, место покажешь.

Трофим рухнул на колени:

– Да ни в жисть! Страху натерпелся, оголодал.

– На истощенного ты не похож. Погоди-ка, Дарья сказала – ты на лодке приплыл?

– Ага. Как они ушли, я вниз по течению пошел и почти сразу на лодку-долбленку наткнулся. Думаю, это их лодка была. И весло в ней лежало. Я – в лодку. Так и добрался.

Похоже, что Трофим не врал. Трусоват – это правда, но не врун.

Андрей повернулся – в дверном проеме стояла Дарья.

– Я все слышала. Наша прислуга приглядит за ним, чтобы не ушел. Так ты надумал помочь?

– Попробую, но не ручаюсь. Деньги будут нужны – корабль нанять и людей набрать.

– Деньги будут.

– Тогда я пошел.

Глава 10

Вотяки

Андрею удалось нанять небольшую лодью с тремя членами судовой команды – он сказал им, что надо идти на Вятку, за мехами к вотякам. Трех охочих людей он искал дольше. Пьяницы, трусы и люди, не умеющие обращаться с оружием, ему были не нужны.

В поисках прошел день и другой. Неожиданно помог один из знакомых купцов:

– Ты чего бегаешь, лица на тебе нет?

– Люди нужны боевитые.

– На ярмарке охочих людей не сыщешь, иди на торг. Там в углу, где лошадей продают, охотники ватажку собирают.

Андрей отправился на торг. Не очень он рассчитывал, но искать где-то надо. Судовая команда малочисленна, да и не бойцы они.

К своему удивлению, охотников он нашел сразу – даже четверых. Объяснил им задачу.

К его удивлению, непонимающих среди охочих людей не нашлось. Более того, в глазах людей, стоящих перед ним, он явственно прочитал уразумение и поддержку:

– Богоугодное дело – человека из плена вызволить. У вотяков он?

– Похоже, но не ручаюсь, может, у черемисов. Проводник есть. И человек в плену не один – четверо их.

– Сколько платишь?

– Если удачно получится, по рублю.

– Э, нет. А вдруг их в живых нет?

– Я еще в деле вас не видел, может, от вотяков бегом бежать будете. За что тогда платить?

– Верно. Харчи за тобой.

Провизия уже была на судне, и Андрей только кивнул.

– Когда выходим?

– Чего время тянуть? Завтра утром на городском причале встречаемся, у спуска.

– Будем. Только задаток давай.

– На судне дам.

Андрей опасался, что охочие люди исчезнут вместе с задатком. Он же помнил, как исчез с его лошадью поп-расстрига, и дважды наступать на одни и те же грабли ему не хотелось.

Утром до причала его довезла на тарантасе Дарья и вручила деньги. Андрей не ожидал от девушки такой решительности, упорства и настойчивости. Наверное, она любила своего батюшку и хотела выручить его из беды.

На прощание Дарья, стоя у борта, перекрестила судно. До поцелуя дело не дошло, слишком мало они знали друг друга. Однако в глубине души Андрей надеялся на продолжение знакомства.

Судно отчалило, поскольку все уже были на борту.

– Не любит она тебя, – неожиданно заявил старший ватажки охотников, Павел, наблюдавший с палубы картину проводов.

– Почему?

– Хоть бы обняла, поцеловала – не на один день уходишь.

Андрей вручил охотникам задаток.

Вниз по течению да под парусом лодья бежала ходко, и за три дня они добрались до устья Камы. И тут, как назло, подул встречный ветер. Пришлось и гребцам и охотникам поочередно сидеть на веслах. Но никто не роптал, потому как деньги надо было отрабатывать. Один только Трофим сидел на носу и смотрел на берега.

Через пару дней они добрались до устья Вятки и повернули с Камы налево. Широки русские реки, полноводны, рыбы обильно. Ветер был попутный, и, освободившись от гребли, мужики стали рыбачить.

– Все приварок к столу будет.

Чем дальше они шли, тем напряженнее был Трофим. На берегах вместо степных татарских пейзажей появились леса – сначала небольшие рощицы, а потом и вовсе чаща. Иногда команда видела людей, выходивших из леса. Увидев судно, они быстро скрывались из виду. У Андрея возникло подозрение, что за судном наблюдают и даже сопровождают его.

Вотяки – прежнее название удмуртов. Обретались они на юго-востоке Вятской губернии и по берегам Камы. После присоединения Вятского края с центром в Хлынове к Москве они были освобождены от многих податей и налогов, которые раньше платили татарам. Хотя проживали они среди русских и перенимали у них многое – строение изб, детали одежды, но довольно долго не принимали христианства, оставаясь язычниками. Сложения они были хилого, неторопливы, но охотники искусные. Волосы и глаза имели светлые, нос небольшой, глаза узкие, зубы крепкие и белые, подбородок острый. Кожа была желтоватая, а волосы на лице редкие и рыжие. Как есть инородцы финского племени, даже язык схож, правда, назывался вотским.

Через неделю плавания по Вятке Трофим забеспокоился.

– Ты чего? – спросил его Андрей

– Где-то недалеко уже, места узнаю. По левому берегу бухточка маленькая быть должна, судно купца как раз там на ночевку пристало.

Однако сначала показалась деревня – даже починок на правом берегу.

Андрей велел пристать к берегу. Надо было встретиться с местными жителями, узнать – что и как? Коли недалеко от этих мест купца с командой в плен взяли, здесь об этом знать должны.