Взорвать царя! Кромешник из будущего - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 51

По окончании неправедного суда Иоанн с опричниками начал ездить округ Новгорода по волостям, селам и монастырям, приказывая грабить их, жечь амбары, резать скот. Бояр и оказывающих сопротивление селян и посадских людей убивали.

Вернувшись в Новгород, царь приказал идти по торговым рядам и лавкам, улицам и домам, грабить их, а лавки и амбары разваливать, что опричники исполняли с ревностным усердием.

Когда город был дочиста ограблен и от него остались только руины, взгляды царя и опричников обратились к посадам. И только тринадцатого февраля царь приказал с каждой улицы выбрать по человеку из оставшихся в живых и держал перед ними речь, в которой всех милостиво простил и оставил вместо себя воеводу, князя Петра Даниловича Пронского. В этот же день Иоанн, сочтя Новгород достаточно наказанным, выехал с опричниками на Псков.

Владыку Пимена со многими священниками отослали в Александровскую слободу до распоряжения царя. В дальнейшем по возвращении царь помиловал Пимена, одного из немногих, но сослал его в монастырь, в Венев.

Андрей же, когда к его словам отнеслись без должного внимания, остановился на постоялом дворе. Одежда его была не монашеской, а на монастыри придется первый удар. Он решил предупредить хотя бы своих знакомых – того же Егора. Но тот и слушать его не захотел:

– Куда же я поеду без соизволения владыки или хотя бы Гермогена?

Так он и не уехал из Новгорода.

В дальнейшем Владычный полк, не оказавший опричникам никакого сопротивления, будет едва ли не полностью уничтожен. А ведь выступи они по приказу Пимена – и судьба города могла бы сложиться иначе. Не выдержать было бы опричникам в открытом бою напора новгородцев. А так – только головы бесславно сложили.

Андрей хотел выбраться из города и уходить во Псков, но за городскими воротами стояли заставы опричников. За себя он не боялся, ни дома, ни семьи у него в городе нет. Всего богатства – только одежда, да и та, которая на нем. Только когда Иоанн в город вошел да опричники по домам и лавкам шастать начали и грабить, пришлось с ними столкнуться.

Андрей тогда с площади к постоялому двору шел, закоулками. Вдруг сзади услышал стук копыт. Обернулся и увидел нескольких конных в черных одеждах. А через дом подросток у открытой калитки стоит, любопытно ему – что в городе творится?

Андрей определился мгновенно. Он рванулся к калитке, втолкнул паренька во двор, следом шмыгнул сам и запер калитку изнутри. Однако кромешники заметили его. Один перескочил прямо с лошади на забор и с него прыгнул во двор. С ходу выхватив саблю, он рубанул паренька, располосовав его едва ли не до пояса.

Воспользовавшись этой задержкой, Андрей успел выхватить пистолет из-под охабня и выстрелил прямо в ненавистную рожу. Опричник завалился на спину, а Андрей испугался. На звук выстрела другие опричники, что мимо проскакали, вернутся, а их четверо.

Однако кромешники выстрела либо не услышали, либо подумали, что их товарищ стреляет, и к избе не вернулись.

Андрей подпрыгнул, уцепился руками за забор и осмотрел улицу. Она была пустынна, все попрятались. Только лошадь опричника стояла у ворот.

«Вот он, выход!» – мгновенно сообразил Андрей. Он раздел опричника, стянул с него подрясник, надел его шапку, опоясался поясом с ножнами. Подобрав его саблю, отер ее об одежду опричника и сунул в ножны. Теперь его было не отличить от кромешника. Учитывая, что в Новгород их несколько тысяч пришло, знать друг друга в лицо они не могли. И Андрей решил использовать отпущенный ему судьбой шанс. Открыв калитку, он взобрался в седло и тронул поводья.

Он ехал смело, придав лицу нагловато-надменное выражение. Сейчас он не Андрей, а слуга государев. Он видел, как впереди прятались редкие прохожие, едва его узрев.

Проехал мимо постоялого двора, где он жил. Там оставался узелок с исподним, пули и порох для пистолетов – бог со всем этим, сейчас на кону его жизнь.

Проехав мимо нескольких пеших кромешников, Андрей добрался до городских ворот. Сидевшие у костра опричники мельком взглянули на него, но даже не поднялись. Так он и проехал мимо. А удалившись на пару сотен метров, остановил коня и обернулся в седле. Прощай, Господин Великий Новгород! Больше он сюда не вернется никогда. Пимена и Гермогена нет, предотвратить поход Иоанна, равно как и убить его, Андрею не удалось. Город долго будет влачить жалкое существование. Ход истории не изменишь, как ни старайся, слишком мелок человек против судьбы.

Дальше он гнал лошадь, не жалея, до самой темноты. И лишь когда не стало видно дороги, свернул к постоялому двору на перекрестке дорог.

– Что-нибудь поесть и комнату получше, – бросил он перепуганному хозяину. – Да, лошадь в стойло и корм задать.

– Будет исполнено, – поклонился хозяин.

Новгород был не очень далеко отсюда, и слухи о бесчинствах и жестокости опричного войска уже облетели все волости новгородской, и не только, земли.

На стол выставили, наверное, все, что было на кухне. Этого хватило бы на пятерых человек. Но Андрей поел мяса, жаренного на вертеле, рыбных пирогов и выпил кружку вина – хотелось согреться после зимней езды.

И только он улегся в постель, как в дверь постучали. Андрей взял в руки пистолет, прикрыл его одеялом:

– Войди!

С поклоном вошел хозяин, в руках он нес переметную суму.

– Негоже, господин хороший, суму в конюшне оставлять.

– Положи в угол, и пусть мне больше никто не мешает.

Поднявшись, Андрей закрыл за хозяином дверь на защелку. Поднес переметную суму, оказавшуюся неожиданно тяжелой, поближе к свече, открыл.

Вот блин! В суме были дорогие оклады с икон, золотые и серебряные, женские драгоценности, монеты разного достоинства и даже лисья шапка, рыжая и пушистая. Убитый Андреем опричник успел уже в Новгороде достаточно пограбить.

Андрей сначала решил не брать с собой суму – лошади тяжело, да и кровь многих людей новгородских на трофеях опричных. Но после некоторых раздумий изменил свое решение. Лучше он поедет в Переяславль и отдаст все это своим потомкам. Может быть, это спасет их, позволит выжить. Ведь если он сейчас жив и появился из будущего, значит, его предки выжили. И кто знает, не решающую ли роль сыграет в этом переметная сума?

Утром он позавтракал и распорядился оседлать коня. Вынес из постоялого двора переметную суму и перекинул через круп лошади. За постой и еду он не заплатил, как это делали опричники. Поступи он как добропорядочный постоялец – и у хозяина возникнут обоснованные подозрения. Брезгливо кивнув на прощание хозяину, он выехал со двора, услышав за спиной облегченный вздох.

Ехал Андрей не по Тверской дороге – там разорено все и опричники бесчинствуют. Он повернул на Великие Луки, а потом – на Ржев, направляясь южнее Москвы. Там положение опричников не так сильно, да и остерегались они в этих краях часто появляться, опасаясь набегов крымских татар. Те всегда налетали внезапно, грабили, убивали, уводили людей в полон, и все это делали очень быстро. Но сейчас зима, не время для набегов.

Чем дальше Андрей ехал, тем все больше убеждался: вражеская одежда, весь облик его – лошадь с метлой, черная униформа дают преимущества. Это как во вражеском тылу во вражеской же форме. Только он не в тылу врага, а в своей стране, пусть и измученной тираном.

От Ржева он направился на Можайск, потом на Коломну. А уж оттуда, по замерзшей Оке, по льду – к Переяславлю. В пути Андрей мерз, поскольку его сапоги не были приспособлены к длительным поездкам зимой, а валенок у него не было. Конечно, купить можно было, только валенки в стремена не лезут.

Опричников боялись даже разбойники. Был подо Ржевом случай, выскочили на дорогу трое оборванцев с дубинами, но как увидели вороного коня с метлой за седлом и одетого в черное всадника, тут же кинулись в лес. Так что некоторые преимущества у Андрея были.

На реке, когда он обгонял обозы, косились настороженно. И на постоялых дворах при его появлении замолкали, старались побыстрее закончить трапезу и скрыться в комнате.