Взорвать царя! Кромешник из будущего - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 21

В коридоре Егор оглядел одежду Андрея, скептически хмыкнул.

– Будешь хмыкать, тебя в такую же одежду переодену, – сказал Андрей.

Улыбка с лица Егора тут же исчезла.

– Пойдем в мою комнату, вещи собрать надо.

Андрей сложил немногочисленные пожитки в узел. На всякий случай положил русскую одежду, в которой до того был, пистолеты с запасом пороха и пуль, бритву, стопку бумаги и гусиные перья. Узел он протянул Егору:

– Держи, будешь нести. Я же купец, хозяин, а ты слуга.

Егор безропотно взял узел, и они пошли на пристань, где теснились суда.

Судно до самой Москвы удалось найти почти сразу. Правда, владелец, оглядев Андрея, цену назначил двойную.

– Чего с немчуры не взять, – пробурчал он, полагая, что Андрей языка не знает.

Зато ему досталась малюсенькая каюта на корме, едва вмещавшая топчан и шкаф для одежды. Они уговорились с Егором, что во время непогоды – дождя или ветра – тот будет спать в каюте на полу: по чину купцу не положено спать с прислугой. А пока они отдыхали, наслаждаясь великолепными видами не испорченной цивилизацией природы. Кормили вполне сносно. Таким образом, Андрей и Егор получили неделю отдыха.

Плавание протекало спокойно: ни дождя, ни ветра, ни разбойников – прямо благодать.

Суденышко прибыло в Москву и причалило на Яузе-реке, недалеко от впадения ее в Москву-реку.

Андрей и Егор сошли на берег.

– Идем в Немецкую слободу. Держишься на шаг сзади, но не отставай и рот не развевай. Тут воров полно, не заметишь, как узел разрежут.

– Пусть попробуют, – проворчал Егор.

Немецкая слобода располагалась на правом берегу реки Яузы, где в нее впадал ручей Кукуй, потому в народе ее называли еще Кукуевой слободой.

Немцами – «немыми» – на Руси называли всех иностранцев из-за незнания русского языка. Сначала здесь селились иностранцы из разных стран, торговали, занимались ремеслами. В ходе Ливонской войны, когда русским воинам удавалось взять пленных, их всех сгоняли сюда. Мужчин продавали на немецком торгу за гривну, девок – за пять алтын. Для того чтобы не тратить казенных денег на их содержание, Иван IV разрешил им заниматься производством и продажей вина, что доселе являлось монополией казны. Улицы в слободе часто назывались по городам, откуда были родом пленные, – Дерптская, Нарвская. Главной улицей была Немецкая, на которой стояли две кирхи. Свободные же иностранцы, жившие здесь ранее, занимались торговлей сахаром, сукном, оружием. Из Руси вывозили меха, мачтовый лес, икру, смолу, пеньковые веревки и канаты, воск. Иван IV благоволил к Немецкой слободе и ее жителям, на что русские купцы смотрели с завистью. Все кончилось в одночасье зимой 1578 года, когда Иван Грозный в сопровождении отряда опричников на санном поезде ворвался в слободу. Кромешники грабили дома, забирали товар из амбаров, сопротивлявшихся убивали.

Некоторое время слобода еще называлась Немецкой, но через полтора века сменила название на Лефортово.

По подсказкам жителей Андрей нашел старшину Немецкой слободы и предъявил ему письмо. Свободному купцу старшина был рад.

– Чем могу помочь?

– Снять дом – наверняка вы знаете свободные дома. Было бы неплохо, если бы на первом этаже была бы лавка.

– О! Наверное, так было в твоем родном городе?

– Да, я родом из Штральзунда.

– Густав, где тебя носит, ленивая свинья?! Проводи господина Вилли Кранца к господину Веберу.

Подходящий каменный дом с лавкой на первом этаже удалось снять практически сразу. Старшина неплохо помог, рекомендательное письмо сыграло свою роль. В знак благодарности Андрей на следующий день направился к старшине, неся в корзинке бутылку рейнского вина и свиную рульку. Преподнося подарок, рассыпался в благодарности.

Старшина был доволен, а Андрей завел разговор издалека.

– Еще у себя я слышал, что для хорошей торговли неплохо было бы иметь влиятельных знакомых среди русских варваров.

– О, тише, нас могут услышать. Но, в общем-то, не помешает, особенно если заниматься сукном или мукой. У русских нет хорошего сукна, только льняные ткани. Можно немного позолотить руку влиятельному боярину при дворе и получить большой заказ для казны.

– Помоги, познакомь! Я в долгу не останусь, – попросил Андрей. Он вроде случайно приоткрыл кожаный кошель, висящий на поясе. Старшина заметил золотые и серебряные монеты, и глаза его жадно блеснули. Андрей это заметил, но он на это и рассчитывал. Все, похоже, попала рыбка на крючок.

– Мне надо встретиться и поговорить. Сам понимаешь, дело деликатное.

– Конечно, герр Краузе!

Андрей откланялся. Он хотел завести знакомых среди дьяков разных приказов. А еще – сблизиться с князем Старицким.

Еще в 1553 году царь Иван IV тяжко заболел. Он уже не думал подняться, и лекари объявили его безнадежным. Бояре хотели возвести на престол двоюродного брата царя, князя Владимира Старицкого. Но царь, ко всеобщему удивлению, выздоровел и затаил злобу.

Довольно долго царь не решался на жесткие меры. Однако потом, в 1567 году, объявили заговор сторонников Старицкого, во главе которого якобы стоял конюший Иван Челядинин. Его сослали в ссылку, многих, неугодных царю, казнили. Старицкого царь вызвал в Александровскую слободу, столицу опричнины, и заставил выпить отравленное вино. Жена и дочери его были убиты. Богатые вотчины Челядинина близ Твери царь с опричниками разгромил сам. Слуг посекли саблями, челядь и домочадцев согнали в сарай и сожгли.

На следующий год по «делу» боярина И. Федорова началась новая волна казней. Было убито около четырехсот знатных бояр. Стоит ли упоминать, что семьи их были также уничтожены, а вотчины отошли в казну? Но все это будет немного позже, а пока Старицкий жив, и Андрей хотел использовать все возможности.

Однако пробиться к опальному князю не удалось, его имение было буквально окружено опричниками. Чтобы не навлечь на себя подозрения, Андрей не делал больше попыток.

Егор всецело занялся наполнением лавки товарами – для прикрытия своей деятельности Андрей решил заняться торговлей сукном. Имея деньги, он скупил прямо с корабля партию хорошего английского и голландского сукна. Сделав минимальную наценку, Егор успешно торговал. День шел за днем, а старшина Немецкой слободы молчал.

Андрей начал посещать трактиры при постоялых дворах, где после рабочего дня сиживали за кружкой пива или медовухи мелкие служивые люди из приказов. Понятно, знали они мало, но через них можно было выйти на приказных дьяков или на приближенных ко двору бояр.

Целая неделя прошла без толку, когда наконец Андрею улыбнулась первая удача. Ему удалось познакомиться с писцом Посольского приказа. Чин невеликий, самый низший, но через его руки проходили многие письма. Конечно, рядовому писцу тайные послания или секретную переписку никто бы не доверил, для того были особые люди. Но, суммируя даже незначительную переписку, только в значительном объеме, иногда можно сделать важные выводы. Вот только как заставить писаря работать на себя?

Для начала Андрей заплатил за выпивку писца. Тот был уже навеселе и был даже рад, что выпивка обошлась бесплатно. Они уговорились встретиться на следующий день.

А утром следующего дня прибежал слуга от старшины Немецкой слободы и передал просьбу своего хозяина прийти. Андрей выбрал в лавке кусок хорошего немецкого сукна чистой шерсти. Известное дело, подарок и доброе слово открывают любые сердца.

Не спеша, с чувством собственного достоинства, Андрей прошествовал к старшине, раскланиваясь с немногочисленными знакомыми. Едва поздоровавшись, Андрей вручил сукно.

– Я тронут, герр Краузе, что ты про меня не забыл.

Старшина тут же ощупал и осмотрел сукно, и оно ему понравилось.

– Зер гут, Вилли! Я поговорил насчет тебя с боярином из царского окружения. Он из земских, не опричник, фамилия его Замойский. Ох уж эти трудные русские фамилии! – посетовал он. – Сам понимаешь, тебе в Кремль хода нет. Боярин завтра сам сюда приедет, вечером. Особенно знакомство показывать нигде не надо. Я к тебе его сам приведу, а ты уж расстарайся – стол накрой, с подарками не прогадай. А уж как глянетесь друг другу, тут и разговор деловой можно заводить. Я только познакомлю вас да потрапезничаю вначале. А потом уйду, не стану мешать вашему разговору.