В тени луны. Том 2 - Кайе Мэри Маргарет - Страница 54

Сильная черная рука опустилась на локоны Делии, схватилась за них и дернула ее на себя. Взмах серпа — и отрезанная голова Делии со все еще раскрытым ртом и наполненными ужаса глазами, закачалась в его руке, а тело свалилось в сторону грудой веселых муслиновых оборок.

Винтер выстрелила, белозубый качнулся и упал, а выпущенная из его разжавшейся руки голова Делии ударилась о мост, покатилась и остановилась почти у ног Винтер. Второй преследователь споткнулся о тело первого, упал, но быстро поднялся на колени. В руке он держал мясницкий нож со свежими следами крови. Винтер узнала в нем мясника с базара военного городка, и когда он поднялся на ноги, она выстрелила вновь, но промахнулась, а револьвер заело. Человек бросился к ней, выкрикивая угрозы и непристойности, и Винтер швырнула ему в лицо бесполезное оружие. Раздался выстрел и он, покачнувшись, упал. Откуда-то появился бегущий к ней Алекс. Прыгнув к убитому, он быстро поднял револьвер и беззвучно сказал ей:

— Беги…

— Нет! — прошептала Винтер, хватаясь за перила. — Мы не можем. Смотри…

В саду резиденции метались кричащие, обезумевшие от ужаса женщины и дети. Они бегали по газону, пытаясь укрыться, словно загнанные зайцы, а чернолицые, вымазанные в крови дикари со смехом и гиканьем преследовали их, паля из мушкетов.

Алекс сунул револьвер за пояс и, схватив ее за руки, легко скрутил их, и силком потащил ее к мосту по тропинке, протянувшейся ярдов на тридцать через открытую местность, а затем скрывавшейся в узкой полоске джунглей, пролегавших между резиденцией и равниной. Он сбивался с тропинки, шел напрямую, таща ее за собой, продираясь сквозь высокую траву, тонкий кустарник и заросли бамбука, и остановился он только потому, что кринолин Винтер безнадежно затруднял движение. Позади ясно слышались выстрелы, бешеные крики и вопли, но, казалось, их не преследовали. На территории резиденции было слишком много жертв и добычи, чтобы кто-нибудь стал еще гнаться за несколькими беглецами, пропавшими в джунглях.

Винтер всхлипывала и вырывалась:

— Пусти меня! Ты не можешь их остановить! Не можешь! Там дети — послушай их, послушай! Ты трус, трус! — Она дико билась в его руках, пытаясь освободиться.

Алекс залепил ей пощечину, удар был сильный, и Винтер упала, но истерика не прекратилась.

— От меня пока еще больше пользы от живого, чем от мертвого, — зверским тоном проговорил Алекс. — Скинь эти обручи, быстро! — Он отпустил ее запястье и стал ждать с револьвером в руке, тяжело дыша и прислушиваясь.

От удара у нее звенело в голове, но резкий голос Алекса не допускал возражений. Она лихорадочно стянула с себя пышную поплиновую и нижнюю в оборках юбку и расстегнула кринолин, вздрагивая и вздыхая, слыша звуки доносящихся криков, от которых стыла кровь в жилах. Она увидела, как напряглось лицо Алекса, но он не подумал возвращаться. И, твердой рукой перезарядив револьвер, вернул его обратно Винтер.

— Пошли!

Двигаться без кринолина было проще, однако приходилось еще приподнимать ее платье, чтобы оно не волочилось по земле, а туфли совсем не подходили для тяжелых переходов и она понимала, что их хватит ненадолго. Вдруг в тени что-то зашуршало, и из зарослей поднялись две бледные, тяжело дышащие женщины, прятавшиеся в высокой траве. Лотти и Лу Коттар. А за ними на земле сидела госпожа Холли.

— Винтер! — с рыданием в голосе вскрикнула Лотти. Она подбежала к Винтер и, обняв ее, расплакалась. — Я думала, я думала… Что случилось? Почему они заставили меня бежать? Почему? Почему?

Она стала кричать, и Винтер, помня о том, что кровожадная чернь находится совсем близко от них, неистовым тоном заговорила:

— Молчи, Лотти! Ты должна вести себя тихо. Молчи, дорогая!

— Почему? — рыдала Лотти. — Почему?

Алекс подошел и, обняв ее, прижал ее голову к своей груди. Его глаза были внимательны и тревожны, но голос не выдавал его чувств. Он заговорил с ней спокойным и убедительным тоном:

— Мы должны отправляться в Мирут, Лотти. Ты ведь хочешь повидаться с Эдвардом, правда? Ты знаешь, что повозка разбилась, и, боюсь, нам придется идти пешком. Бежали мы только затем, чтобы укрыться от солнца. Ты же не хочешь получить солнечный удар по дороге в Мирут, так ведь? Отсюда идет кратчайший путь. А слишком сильно шуметь не надо, потому что… потому что у меня страшно болит голова.

Взглянув поверх маленькой головки Лотти, он увидел горевшие гневом глаза Винтер:

— Как ты мог? — беззвучно проговорили ее губы. — Как ты мог?

Он отвернулся и вновь взглянул на Лотти. Истерическое напряжение отпустило ее, и она, подняв голову, улыбнулась своей нежной изумленной улыбкой:

— Я не знала. Извините. Ну, конечно же я хочу увидеться с Эдвардом. Госпожа Холли не сказала мне, что мы собираемся в Мирут, и я подумала… Тогда пойдемте быстрей!

Алекс на мгновение закрыл глаза, а затем отпустил ее и ровным голосом спросил:

— С вами еще есть кто-нибудь?

Госпожа Коттар покачала головой и шепотом ответила:

— Нас только трое. Я думаю, есть и другие, которые прячутся в ущелье, а некоторые побежали по тропинке. На бледном лице, белее мела, виднелась глубокая ссадина, оставленная шипом, волосы были зачесаны назад. Ее прелестное утреннее платье — она тоже освободилась от нижней юбки и обручей — было разодрано; она заметно дрожала. Но ее глаза и голос оставались спокойными.

— Они должны сами о себе позаботиться, — резко сказал Алекс. — Мы ждать не можем! — И посмотрев на Лотти, добавил: — Ей надо снять эти обручи. А вы лучше сделайте что-нибудь со своими туфлями, или далеко мы не уйдем. Подвяжите их кусками ваших юбок — у нас есть еще в запасе несколько минут. Я не думаю, что они стали нас искать, у них еще слишком много… — не докончив фразу опустился на колени помочь госпоже Коттар, которая уже вырывала оборки из своей нижней юбки быстрыми нетвердыми пальцами. — Я видел, у вас есть пистолет. Вы умеете с ним обращаться?

— Да, — коротко ответила госпожа Коттар и стала подвязывать свои туфли полосками ткани, крепко приматывая их к лодыжкам.

Алекс оказал подобную услугу и Лотти, пока Винтер, обвязав свои туфли обрывками нижней юбки, освобождала Лотти от ее кринолина, а затем повернулась к полулежавшей без движения госпоже Холли.

— Побыстрей, госпожа Холли. Вы должны снять свои обручи. Позвольте вам помочь…

— Нет смысла, дорогуша, — хрипло выговорила госпожа Холли. — Я не могу идти дальше.

— Ну, что вы, можете, — начала Винтер, но Лу Коттар, услышав разговор, повернулась и спросила горьким шепотом:

— Значит, он достал. Я… подумала…

— Да, дорогуша, — ответила госпожа Холли.

Винтер встала на колени возле неуклюжей фигуры, присматриваясь к ней.

— В чем дело? В чем дело? Я не понимаю. Пожалуйста, вставайте, госпожа Холли! Нам надо идти.

Лу Коттар проговорила:

— Там был один, в комнате прислуги. У него был мушкет, и он выпалил, когда мы проходили мимо. Я застрелила его. Я думала, что он не попал…

Алекс оттолкнул Винтер в сторону и склонился над госпожой Холли, чуть-чуть ее приподняв. Его рука ощутила теплую сырость. Ошибки быть не могло; он увидел потухший взгляд ее глаз на полном неказистом лице и узнал его.

Вдруг со стороны резиденции вновь донеслись выстрелы, крики и чей-то вопль нестерпимой боли, они звучали, хотя и в отдалении, но в утренней тишине были очень слышны. Лотти вздрогнула и вновь стала нервно дышать, но госпожа Холли сказала настоятельным тоном:

— Идите, сэр. И заставьте их идти. Ждать небезопасно. Пусть дамы уходят. Вы ничего для меня сделать не сможете. Я это знаю. Уходите скорее.

Алекс очень осторожно опустил ее на траву, поднялся на ноги, и Винтер, тяжело вздохнув, схватила его за рукав:

— Нет, Алекс, нет. Ты не можешь ее оставить, не можешь. Они будут искать нас и найдут ее. А если они не будут, то она… Госпожа Холли, поднимайтесь, пожалуйста! Мы не можем нести вас, мы…

— Не получится, дорогуша, — сказала госпожа Холли. — Я слишком тяжела и сильно ранена. Я не знаю, как могла бы посмотреть в глаза ее маме или господину Эдварду, если бы позволила этим… забрать ее. А вы идите, дорогуша… Со мной все скоро будет в порядке.