Простые вещи - Сотер Таис - Страница 79

— Не все, — кивнул Рихтер. — Некоторые умирают. Но магия остается при них, тут ты права. Что, не знала?

— Вы меня пугаете…

— Ни в коей мере. Зачем мне это? Своего ты добилась, — устало сказал он.

— Но почему об этом нигде не написано? И дед мне не рассказывал о подобном.

— Так ты от деда узнала о контракте?

— Я еще вчера заметила у вас на правой руке застарелый шрам. Такой же был у моего деда. Он много рассказал мне о том, каково это — быть учеником, иметь настоящего учителя…

Дедушка вспоминал о своем мастере с большой любовью и теплотой. Во времена его молодости наставничество, основанное на контракте между учителем и учеником, уже встречалось редко. Дед был одним из последних. «Только благодаря своему учителю, — говаривал мастер Вернер, — я понял истинную суть магии».

Рихтер выкинул окурок в окно и скривился:

— Настоящий учитель? Я похож на человека, который может о ком-то заботиться?

Не зная, кивнуть мне или помотать головой, я уткнулась носом в кружку.

— С контрактом вот какая штука получается, — наконец сказал Рихтер. — Когда ты произносишь всю эту ритуальную фигню и пускаешь кровушку, то открываешь свой канал магии. Не для заклинания или чар, а в никуда. При этом отворяешь дверь нараспашку. От столь резкого действия сила может оторваться от источника, то есть от тебя, и ты потеряешь дар. Или источник закроется сам, пусть и не сразу. Но перед этим успеет нахвататься грязи.

— Грязи?

— Да. Всякого мусора — остатков чужих заклинаний, эманаций страхов, эмоций. Паразитов, опять же.

— Ментальные паразиты — это выдумка.

— Ага, как и духи стихий. Классическая теория магии тоже не подтверждает их существование. Но вот я как-то колдую.

Спорить было сложно.

— Так что заразиться, а после тихо загнить изнутри и сдохнуть очень легко. Ну и еще один нюанс. Если тот, кого ты хочешь назвать своим учителем, окажется слабее тебя, то ты тоже сдохнешь. Единственный способ не лишиться дара и выжить, если канал не закроется сам достаточно быстро, — найти мага сильнее себя и надеяться, что ваши источники хоть сколько-нибудь сочетаемы. Потому что даже если маг готов взять тебя в ученики, но его источник отвергнет твой, то… Догадаешься или подсказать?

— Сдохну?

— Ага.

— А я могу получить способность к алхимии или элементалистике, раз наши источники сочетаемы? — с любопытством спросила я.

— Нет, — отрезал Рихтер. — Хотя магический потенциал у тебя все же вырастет. Сможешь создавать более мощные чары, и, возможно, тебе станут доступны некоторые заклинания из общей практики.

— Это звучит здорово!

Маг закатил глаза.

— Ну как об стену горох! Я тут для кого распинаюсь об опасностях контракта?

— Мастер, но ведь контракт уже заключен. Да и не думаю, что ученики умирали так часто, иначе бы дед об этом рассказал. Просто нужно выбрать правильного учителя, и все будет хорошо.

— А откуда ты знаешь, что я правильный? — сощурил свои почти змеиные глаза Рихтер. — Учитель получает над своим учеником много власти. Да, он частично ограничен в своих действиях и не может навредить воспитаннику по-настоящему — к примеру, убить его. Но я лично знаю очень много способов превратить жизнь другого существа в ад.

— Петер отзывался о вас как о человеке чести. Не думаю, что вы можете причинить вред тому, кто от вас зависим.

— Ты очень доверчива, что бы там ни говорила, — недовольно сказал Рихтер. — Жизнью не битая. Ничего, учитель тебя всему научит… — Я поежилась. — Не бойся, — хищно улыбнулся маг, всем своим видом показывая, что бояться как раз стоит. — Вот год у меня поучишься, и я тебя отпущу. Ты, как я вижу, та еще головная боль. И твой дед многого не знал и не понимал о контрактах, иначе не стал бы разливаться соловьем о том, как прекрасно ученичество. Но надеюсь, мы с тобой с проблемами не столкнемся. Пойдем!

Рихтер спрыгнул с подоконника, потягиваясь, как огромный кот.

— Куда?

— Знакомиться с начальством. Уламывать господина Холлу принять тебя на стажировку. Ученичество ученичеством, а формально я работаю на полицию, значит, без одобрения Холлы никуда. А этот тип знаешь какой упрямый? Почти как я.

Вырвалась я из здания полиции с огромной радостью. Слухи были правдивы, господин Холла терпеть не мог магов. Моя принадлежность к женскому полу только усугубляла проблему, да и с Рихтером, острым на язык, подвижным и быстрым, как спятивший хорек, господин Холла, грузный и обстоятельный, явно не ладил. И мне уже казалось, что все бесполезно и что постепенно начавший закипать глава полиции вышвырнет нас вон, как он внезапно успокоился и спросил:

— Послушайте, фрейлейн, а вы, случаем, не знакомы с Джисом Грохенбау?

— Мы дружны, — кивнула я.

— А-а-а, значит, вы та самая Софи, — Холла расплылся почти в отеческой улыбке. — Джис как-то о вас рассказывал. Хороший он человек, не то что эти… алхимики всякие! И что же вы связались с господином Рихтером, фрейлейн? Он вас до добра не доведет.

Рихтер скривился, но промолчал. В итоге Холла дал добро алхимику взять себе практиканта. Осталось самое сложное — получить разрешение деканата, а затем и нужные документы от Мартина Шефнера.

— С вашим деканом я быстро разберусь, тебе даже участвовать не надо будет, — похлопал меня по плечу алхимик, вышедший следом на крыльцо. — У меня с ним отношения хорошие.

— Как с господином Холлой?

— Примерно, — хмыкнул Рихтер. — Мартина тоже завтра обрадуем. С такой прекрасной новостью не стоит тянуть, как ты считаешь? Плохо будет, если мы потеряем элемент внезапности и дадим ему нас обыграть.

— А вы сможете убедить Шефнера подписать все бумаги?

— В крайнем случае придется обращаться лично к императору, — неохотно ответил Корбин. — Не хотелось бы до этого доводить. А то смешно — скажут, два мага из-за студентки перессорились и сами вопрос решить не смогли.

Внезапно Рихтер замер, глядя на меня с подозрением.

— Мастер?

— А ты, случаем, ко мне напросилась не потому, что влюблена в меня?

— Нет!

— Точно?

— Да что же вы все пытаетесь к одному свести! Нет. Я вас меньше месяца знаю, между прочим.

— Что не помешало тебе напроситься на контракт. А это в какой-то степени связывает не меньше, чем брак. По старым обычаям ты и жить-то должна теперь в моем доме.

Вот этого я точно хотела бы избежать.

— Это обязательно?

— Я думаю, нет, — Рихтер легкомысленно пожал плечами. — Но учти, я закоренелый холостяк. И мне не хватает женского внимания.

— Это вы к чему? — с подозрением спросила.

— Узнаешь, — меня щелкнули по носу. — Иди уже домой. Встретимся завтра в университете.

Глава 22

С Лигманом все прошло гораздо лучше, чем я рассчитывала. Удивительно — если начальник полиции Холла легко и свободно переругивался с Рихтером, то декан алхимика едва ли не боялся. Даже спорить не решился, все больше юлил. Но разрешение на перевод в полицию дал, посмотрев на меня с таким укором, что мне стало стыдно. А ведь бедняге еще с Шефнером объясняться. Впрочем, как и нам.

Перед самыми воротами СБ я внезапно струсила. Оказаться лицом к лицу с Шефнером — то еще испытание! Сложно представить, как он отреагирует на известие, что я все же нашла способ, как уйти из СБ, что уж говорить о моем ученичестве у Рихтера.

— Может, не говорить ему о контракте между нами? — неуверенно спросила я.

— И лишиться самого главного удовольствия? Ну уж нет!

Я прошла внутрь по пропуску и еще какое-то время ждала алхимика. Тот хоть и был заместителем главы полиции, но внутрь СБ так легко попасть не мог. Только удостоверив свою личность, пройдя дополнительную проверку и получив добро от главы охраны, Рихтер наконец смог ко мне присоединиться.

— Параноики, — миролюбиво сказал он, поправляя воротник пальто. — Град, что ли, на них наслать этой ночью, чтобы все окна побило?

Я не стала уточнять, было ли это шуткой. Лучше не знать.