Простые вещи - Сотер Таис - Страница 72

Убедившись, что алхимик ушел, я сбежала в дамскую комнату. Одного взгляда в зеркало хватило, чтобы понять: в таком состоянии не стоит появляться на людях. Пылающий румянец и лихорадочный блеск глаз выдавали мое смятение, а кривившую губы гримасу вряд ли можно считать милой улыбкой.

В туалетной комнате стало довольно тесно, и мне ничего не оставалось, как выйти в фойе. И куда лучше идти? Точнее, где лучше спрятаться. Вернуться в ложу или поискать Петера, который наверняка уже в буфете? Нет, там я могу случайно наткнуться на менталиста, а в нашу ложу он едва ли придет. Зачем ему это? Ведь если бы он хотел меня видеть, то сам пригласил бы на представление, а с Петером, как я поняла по обмолвкам друга, они снова были в ссоре.

Так что я, стараясь не привлекать внимания, вернулась к нашим местам. Там не было ни Петера, ни Марты, зато меня дожидался слуга в ливрее императорского дома.

— Принц приглашает вас в свою ложу, фрейлейн Вернер. Ваши спутники уже там.

Я не сразу поняла, что под принцем лакей имел в виду роанца. Даже заробела как-то. Но, несмотря на то, что Котовский был все тем же славным Котовским, отказывать ему сейчас и тем самым демонстрировать свое неуважение было бы глупо. Я ринулась к императорской ложе, чуть ли не обгоняя слугу и не переходя на бег. Только бы никого по пути не встретить, только бы…

Как оказалось, спешила зря. Пригласили не только нас троих. Зайдя внутрь, я тут же наткнулась взглядом на знакомую до боли спину. Будто почувствовав мое присутствие, Шефнер-старший оглянулся.

Выглядел он отстраненно-равнодушным, да и взгляд у него был как у снулой рыбы — неподвижный и пустой. Ментальный браслет на моей руке неприятно закололо. Не похоже было, что меня пытались околдовать, иначе артефакт нагрелся бы. Тогда что? Или спокойный вид мага — это обман?

— Пани София, — радостно поприветствовал меня Котовский, пылко целуя мне руку. Взгляд его был несколько растерянным и в то же время шальным, а уголки губ странно подергивались, будто он пытался удержаться от смеха. — А я как раз говорил господину Шефнеру, как меня расстроило, что вы отказались сопровождать меня в оперный театр. Завидую Петеру — находиться в окружении таких красавиц!

— Так и вы не один, — сказал Петер, меланхолично разглядывая пустой фужер в руке. Заметив слугу с подносом, он подозвал его к себе и взял новый, почти сразу же опустошив. — Где, кстати, фрейлейн Ланге?

— Соскучился по Марии, Петер? — ехидно спросил Стефан. Теперь и я заметила наследника графа Ланге, сидящего в стороне. Судя по немного сконфуженному виду роанца, он тоже вспомнил о нем слишком поздно. — Моя сестра вышла.

«Повезло ей», — мелькнула у меня мысль.

Атмосфера в ложе была не очень… располагающая. Петер целенаправленно надирался, игнорируя тревожный взгляд Марты и угрожающий Стефана, Котовский с задумчивым видом переводил взор с меня на Шефнера-старшего, а сам менталист выглядел так, будто ему было смертельно скучно. Его же спутница, приятная дама с рыжевато-каштановыми волосами и потрясающе красивыми глазами, сквозь полуопущенные ресницы изучала меня и Марту.

— Фрау Келлер, надеюсь, вы помните моего племянника? — наконец произнес Шефнер, когда тишина затянулась.

— Конечно. Приятно вас видеть, барон, — женщина дружелюбно кивнула Петеру.

— Мне тоже, фрау Келлер. Позвольте вам представить мою невесту, Марту Тиоли, а также мою коллегу, Софию Вернер, — с немного натянутой улыбкой сказал Петер, кидая на дядю убийственный взгляд, который тот с царственным безразличием проигнорировал.

— Значит, вы тоже артефактор, фрейлейн Вернер? — поинтересовалась фрау Келлер. — Впрочем, стоило бы догадаться по вашим украшениям. Они довольно… оригинальны.

Я подавила желание спрятать руки за спиной.

— Удобство и эффективность важнее красоты. Профессиональная привычка. Никогда не расставаться с защитой.

Голос у меня был предательски хриплым. Петер молча передал мне фужер с шампанским. Менталист отчего-то дернулся, будто собираясь протянуть ко мне руку и остановить, и я непроизвольно отшатнулась. Шампанское плеснулось через край, намочив перчатку.

— Простите, я неаккуратна. Мне нужно привести себя в порядок.

— Я тебя провожу, — пискнула Марта. Она, кажется, не меньше меня была рада сбежать отсюда. Впервые за сегодняшний вечер мы в чем-то были согласны.

— Но вы же вернетесь? — расстроенно спросил роанец. — Отсюда гораздо лучший вид на сцену.

— Лучше не стоит, — внезапно вмешался менталист.

— Почему же?

Ответ Шефнера я не услышала.

У дверей ложи мы с целительницей, выскочившей вслед за мной, столкнулись с Марией Ланге.

— София! Я заметила вас… О, вы выглядите расстроенной. Что-то случилось? Это Петер вас обидел, так? — сочувственно спросила дочь графа. — Он бывает иногда таким бессердечным. Но вам ли не знать?

Еще одна неуместная сцена уже не могла по-настоящему меня задеть. Больше нет.

— Мария, позвольте познакомить вас с Мартой Тиоли, невестой барона Шефнера. Марта, я рада представить вас Марии Ланге, — протараторила я и сбежала, оставив нынешнюю невесту Петера с его прошлой невестой. В конце концов, это проблема барона, а мне и своих хватает. Так что пусть развлекается, раз уж я по его вине оказалась здесь.

Прозвучал первый звонок, и зрители потянулись к своим местам. Я же, стараясь никого не задеть, шла в противоположную сторону. Приведу себя в порядок, а затем уеду, с Петером или без. Совершенно не было желания досиживать до конца представления.

Планам моим так и не суждено было сбыться. Я проходила мимо одного из балкончиков, когда меня резко дернули за руку, затянув внутрь.

— Вы были правы, это Шефнер, — радостно сказал Рихтер, удерживая меня за предплечье. В другой его руке был пистолет, а у ног лежало распростертое тело незнакомого мне господина.

Алхимику не стоило пугать меня. В этот раз он не успел меня остановить. Электрический разряд сорвался с одного из моих колец, прошил тело мужчины и отбросил его назад. Рихтер споткнулся о свою жертву и упал, уронив пистолет.

— Гх-р-р, — возмущенно произнес алхимик, пытаясь подняться, хотя его все еще потряхивало.

Дрожащими руками я достала шокер из сумочки и наставила на Рихтера.

— Ни с места, — грозно сказала, и алхимик, к удивлению, меня послушался.

— Вы, кажется, неправильно меня поняли, драгоценная.

Не отрывая от него взгляда, я подняла упавший пистолет и, убедившись, что он на предохранителе, сунула в свою сумочку. Затем склонилась над незнакомым мне господином, проверяя его пульс. Жив.

Рихтер с интересом за мной следил.

— А вы не промах, фрейлейн. Неплохая реакция и удивительное хладнокровие. Впрочем, тогда, с алертийцем, вы тоже не растерялись.

— Вы знаете?

— Я прибыл в таверну вместе с полицейскими. Не помните меня?

— Нет. Я была не в том состоянии. Что здесь происходит?

— Вот этот тип, о котором вы так заботитесь, готовился к покушению на главу Службы безопасности. Это пока рабочая версия, но именно его ложа отсюда просматривается лучше всего, в отличие от императорской.

Третий звонок возвестил о начале второго акта. Заиграла музыка. Балкон был почти полностью скрыт за плотной шторой, поэтому нас не было видно. Я выглянула. Так и есть. Отсюда за ложей Шефнера наблюдать гораздо удобнее, чем за императорской. Правда, ни менталиста, ни его спутницы пока на местах не было.

— О! — воскликнула я, поняв, что ошибочно приняла Рихтера за злодея. — Но зачем вы притащили меня сюда?

— На самом деле я больше рассчитывал на Петера, но вы оказались ближе. Впрочем, я не жалею… — Музыка заглушала голос мужчины, и он щелкнул пальцами. Тотчас же все звуки исчезли. Только сейчас я вспомнила, кем был Рихтер. Пожелай он на меня напасть, и шокер бы не помог. — Может, вы перестанете в меня целиться?

Я уселась на стул, но шокер не убрала. Он меня успокаивал.

— Так вам нужен артефактор? Зачем?

Рихтер усмехнулся: