Простые вещи - Сотер Таис - Страница 115

— Но я ведь случайно мог убить тебя.

— Если бы голема атаковали боевые маги, было бы гораздо хуже. Кстати, что случилось с моим верзилой и остальными?

— Ты про ГЛМ-12? Пока все катакомбы запечатали, но после того как их вычистят, результаты двенадцатого проекта будут уничтожены как представляющие угрозу внутренней безопасности Грейдора.

— Думаешь, я поверю, что СБ не попытается присвоить себе проект? — фыркнула я. — Впрочем, делайте что хотите. Только меня в это не втягивайте.

— Забудь о делах. Больше тебя никто не побеспокоит.

Мартин лег и потянул меня за собой. Прижиматься к нему, вдыхая тонкий аромат мужского парфюма и вишневого табака, чувствовать тепло его кожи, слышать, как стучит сердце, — как же я по всему этому соскучилась! Устроилась поудобнее, положив голову ему на плечо и вглядываясь в ставшие родными черты лица.

— Послушай, а ты нашел мое обручальное кольцо?

— Нашел, — глухо сказал маг, не открывая глаз.

— Вернешь?

— Собираешься его расплавить или будешь носить?

— Если только на цепочке, подвесив на шею. Я же все еще твоя невеста.

Мартин приоткрыл один глаз, будто огромный ленивый кот.

— Значит ли это, что теперь кое-кто не собирается возражать против свадьбы? — вкрадчиво спросил он.

Я поцеловала своего мужчину.

— Всему свое время, господин Шефнер. Имейте терпение.

Ответом мне послужил тяжелый вздох.

С артефакторами и в самом деле тяжело. А если он из рода Вернеров — тяжелее вдвойне. Так что если кто и мог вытерпеть меня в качестве жены и даже не разлюбить, так это Мартин Шефнер. Занудный, строгий, порой совершенно невыносимый.

Единственный человек, за которого я хотела бы выйти замуж.

Эпилог

Я определенно не была готова к переменам. Слушая выступление декана Лигмана, уверявшего, что перед нами открывается самое светлое будущее, я думала о том, что так и не определилась со своими ближайшими планами. Ни по поводу работы, ни по поводу личной жизни.

Частичная отмена реформ Гайне освободила меня от необходимости искать себе защиту под крылышком СБ и полиции или срочно выходить замуж. Теперь я снова могла позволить себе работать частным образом, берясь только за те заказы, которые мне интересны.

Да и не приглашал, если честно, Мартин к себе работать, видимо, сочтя даже такую работу для меня опасной. Зато Рихтер соблазнял ученицу остаться в департаменте всеми возможными способами, обещая даже свободный график. Так я ему и поверила! Если останусь в полиции, буду с утра до ночи чинить служебные артефакты и писать за мастера отчеты. Нет, это точно того не стоило.

Так что лучше всего, конечно, было остаться свободным артефактором. Сдается мне, что если я выйду замуж за грозного главу СБ, до меня мало кто доберется, чтобы сделать заказ. Да и где я буду работать? В дом Шефнера никого и не пригласишь.

После того как я вернулась домой, мне пришлось полторы недели восстанавливаться. Все, что я делала, — это спала, ела и читала. А когда поняла, что готова уже лезть на стенку от скуки, начала работать над новыми артефактами. Для себя и для Джиса.

Я посмотрела на свои руки. Идеальный ровный маникюр. На всех десяти пальцах. И не скажешь, что безымянный на левой руке искусственный, выдавала лишь тонкая бледная линия на стыке пальца и ладони. Но сейчас ее не было видно под тонким обручальным кольцом, зато оно теперь легко снималось, так как чары Фримана просто не действовали на псевдоплоть.

Вот для чего Джису механическая нога, если я могу ему сделать такую, что никто не найдет отличий от настоящей?

— Софи, хватит спать! Твоя очередь!

Петер ткнул меня локтем в бок, заставив очнуться. Точно. Вручение дипломов.

Под вежливые хлопки я вышла на помост зала для собраний, вымученно улыбаясь. Терпеть не могу официальные мероприятия. Профессор Морике вручил мне диплом, а декан Лигман дружелюбно пожал руку.

— Фрейлейн София, рад, что вы с нами, несмотря ни на что! Наш факультет будет гордиться, что на нем училась София Вернер… Или уже почти фрау Шефнер? Когда я смогу вас поздравить?

— Мы еще не определились точно с днем свадьбы, — вежливо ответила я.

— Лучше не затягивать с этим, по своему опыту скажу. Чем старше становишься, тем тяжелее свыкнуться с семейной жизнью, — вздохнул профессор. Насколько я слышала, он расстался со своей женой лет десять назад, она так и не смогла привыкнуть к манере мастера игнорировать ее неделями. Еще одно доказательство, что артефакторы не слишком годятся для брака. — София, не убегайте сразу после вручения. Мне нужно кое-что с вами обговорить, — попросил меня Лигман.

Ожидая окончания церемонии, я думала о том письме, что получила утром. Оно пришло мне вместе с букетом. Сначала я решила, что белоснежные божественно пахнущие лилии прислал мне Мартин, но почерк на конверте был не знаком.

Письмо было от Франциска Вагнера. Франка, как он подписался.

Поняв, что он жив, я испытала весьма смешанные чувства. Интересно, как Вагнер мог совмещать в себе черты доброго и заботливого человека и ужасного убийцы?

Несмотря на то, что в какой-то степени мне было жалко своего безумного крестного, я все же отправила это письмо Мартину. И в итоге приехала в университет едва ли не под конвоем. Сам глава СБ так и не появился, как всегда, полностью загруженный работой.

Наконец Лигман поздравил последнего выпускника и, пробравшись сквозь толпу студентов и их родственников, подошел ко мне.

— София, не хотите ли вы стать преподавателем в университете? — спросил он. — Мне кажется, научная деятельность вам подойдет, да и студентам полезно иметь такой пример, как вы, перед глазами.

Предложение декана стало для меня неожиданностью.

— Преподавать артефакторику? Никогда об этом не думала.

— А вы подумайте, — настойчиво сказал Лигман, вытирая платком вспотевший лоб — в зале было довольно душно. — Только работать вам придется не на факультете прикладной магии, а на новом. Но ведь это и к лучшему. Вы же ладите с боевыми магами, фрейлейн?

Еще одной реформой, которую правительство решило оставить, был перевод студентов-магов из военной академии в Брейгский университет. Канцлер счел, что одной из причин минувших беспорядков в городе стала изоляция боевиков от магического сообщества. Но так как боевую магию можно было причислить к прикладной разве что потому, что боевики любили прикладывать своих противников лицом о всякие твердые поверхности, было решено, что для них создадут отдельный факультет — боевой магии.

— Полагаю, не так уж много кандидатур среди артефакторов, готовых обучать боевиков, да? — догадалась я.

— На вас вся надежда, — развел руками Лигман. — Не настаиваю на моментальном согласии, но вы подумайте. До начала нового учебного года у вас есть время. О, шампанским угощают!

Оставив декана радоваться тому, что он от нас наконец избавился, я вырвалась из душного зала для собраний и поднялась в свою старую мастерскую. По ней я буду скучать едва ли не больше, чем по своим сокурсникам и преподавателям. В мастерской никого не было, и я могла позволить себе расслабиться.

В моих руках заветный диплом, моя дорога в будущее. Теперь я, София Вернер, двадцати трех лет от роду — магистр артефакторики, славный продолжатель дела своей семьи, уже имеющий опыт работы и какую-никакую, но профессиональную репутацию.

Чокнулась с одной из пузатых реторт и залпом допила бокал шампанского. Сегодня можно побыть немного легкомысленной.