Вся правда о нас - Попова Л. В. - Страница 20

— Иди сюда! — Он протянул ей руку.

— У меня скоро самолет, — запротестовала Иззи, хотя пульс ее участился от одного только взгляда Алекса.

— Оставайся. Полетишь в понедельник вместе со мной.

Она покачала головой:

— Мне нужно вернуться в Нью-Йорк и поговорить с Джеймсом.

— Один день разницы не сделает. Позвони ему и скажи, что со мной непросто.

— С тобой действительно непросто.

— Ну, тогда это прекрасное оправдание. — Алекс быстрым движением подмял ее под себя.

Иззи тут же забыла и о Джеймсе, и о своем самолете.

Во вторник, когда она стояла перед своим боссом в его кабинете, романтические выходные с Алексом показались ей далекими воспоминаниями среди бешеного гула редакции.

— Скажи, что у тебя есть для меня новости, — напомнил он нетерпеливо, прихлебывая горячий кофе.

— Ты должен отдать историю Константину кому-то другому.

— Не понял? — скривился Джеймс.

Иззи не отрываясь смотрела на картину на стене.

— Ты должен отдать эту историю другому репортеру.

— Почему? — выпрямился он.

— Потому что у нас с Алексом не только рабочие отношения.

— Ты спишь с ним?

Иззи кивнула. Джеймс запустил пальцы в волосы и недоверчиво посмотрел на нее.

— И давно это у вас? С того благотворительного вечера?

— Нет. — Технически это было правдой. — В эти выходные мы… — Она умоляюще смотрела на босса.

— Черт возьми, Из! — Джеймс так сильно стукнул кулаком по столу, что кофе выплеснулся из кружки прямо на кипу бумаг. Он выругался и отодвинул их в сторону. — Значит, ты крутила с ним вместо того, чтобы работать над этой историей?

Иззи почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица.

— Все было совсем не так. Я вовсе не собиралась заводить с ним интрижку. Но… случилось то, что случилось.

— И именно в то время, когда ты работаешь над самой важной историей в своей карьере?! — взревел ее босс. — Как можно быть такой дурой? Карьера всегда была для тебя приоритетом!

Видимо, уже нет. Она откинула волосы с лица дрожащей рукой.

— Между нами что-то есть, Джеймс.

Он фыркнул:

— Он мужчина! Акула, хищник! Ты думаешь, тебя что-то отличает от сотни предшественниц?

— Дело сделано. Я не могу повернуть время вспять.

Джеймс прижал пальцы к вискам и с силой отпихнул ногой стул.

— Ты что, заработала сотрясение мозга в лифте? Что с тобой? Боже мой, Иззи… — Он посмотрел на нее с недоверием. — Эта история могла дать тебе все, чтобы сделать поистине блестящую карьеру в журналистике! Ты хотя бы смогла получить от него стоящее интервью?

— Не так много, как хотелось бы, — солгала она. — Этот мужчина — закрытая книга.

Джеймс поджал губы.

— Я мог бы сейчас тебе возразить в довольно неприятных выражениях, но не буду.

— Ты предпочел бы, чтобы я держала рот на замке?

— Я предпочел бы, чтобы ты снова стала умной рациональной журналисткой!

— Джеймс…

Босс пренебрежительно помахал рукой, выпроваживая Иззи из своего кабинета.

— Мне нужно все обдумать. Иди и делай свою работу. Если можешь.

Унижение и смущение смешались в горький коктейль. Этим утром Алекс уехал из ее дома и сразу же отправился по делам в Торонто, оставив ее одну, наедине со своими мыслями.

Иззи налила себе бокал шардоне из припасенной в холодильнике бутылки, перешагнула через нераспакованный чемодан и рухнула на диван. Она поступила правильно, она знала это. Она просто сотрет диктофонную запись, и все.

«Алекс Константину — это акула». Она вздрогнула, вспомнив, как Джеймс описал человека, к ногам которого она бросила свою карьеру. Неужели она действительно такая дура? Что было бы сейчас, не зайди она в тот лифт? А теперь эта акула вполне может пообедать ею. И как она с этим справится?

Иззи застонала и уткнулась лицом в подушку. Эти два дня в Малибу открыли ей такие вещи и чувства, о существовании которых она даже не подозревала. Сумасшедшие, необъяснимые чувства к мужчине, который был не только сексуален, но и умен, и интересен.

Они много разговаривали, и их дискуссии, начиная с политики и заканчивая наукой и классической литературой, доказывали, что им одинаково хорошо вместе и в постели, и вне ее. Но даже если и так, почему она думает, что может стать для него особенной? Или Джеймс прав, и она рискнула всем ради человека, который перешагнет через нее, когда все закончится?

Образ матери всплыл в ее голове. Она стояла в дверях бунгало и плакала, уверенная, что на этот раз ее отъезд к лучшему. Лишенное эмоций лицо отца, пытающегося бороться со слезами, навсегда запечатлелось в ее памяти. После отъезда матери отец пролил немало слез, он полностью растворился в своем горе. Они с сестрой старались вытащить отца из депрессии, но успехом эти попытки так и не увенчались.

Иззи потянулась за бокалом и сделала большой глоток вина. Начать с чистого листа. Без правил и сроков. Алекс ничего ей не обещал. А как же тогда ее обещание заботиться о себе любой ценой? Этот план всегда ее устраивал, она ни от кого и ни от чего не зависела. И никто не мог причинить ей боль.

Иззи сжала зубы. Сказала себе, что нужно сфокусироваться на том, что действительно важно, — на карьере. И сфокусироваться нужно быстро. Да, Алекс может быть частью ее жизни, но это не значит, что нужно отказаться от здравого смысла. И сейчас, когда Алекса нет в городе, для этого самое подходящее время.

Глава 11

Неделю спустя Иззи сидела в кресле гримерки. Ее желудок судорожно сжимался, словно она каталась на американских горках. За минувшую неделю вся ее уверенность куда-то подевалась. Она просто чувствовала, что не готова. И неизвестно, будет ли готова когда-нибудь.

Она бросила взгляд на часы. Тридцать минут. Точнее, двадцать девять минут и тридцать две секунды до того, как решится ее судьба и карьера. Ее рука дрожала, когда она взяла стакан воды.

— Я немножко припудрю тебя, — сказала Мейси, гример телеканала, пробегая кисточкой по ее лбу. — Мать наградила тебя идеальной кожей.

Мейси окунула кисть в персикового цвета румяна и слегка выделила ей скулы. Она сделала шаг назад, добавила еще несколько окончательных штрихов и внимательно посмотрела на Иззи.

— Ты выглядишь иначе. Такой оживленной… Новый мужчина?

— Конечно мужчина, — проворчал Джеймс, заходя в гримерную с букетом цветов. — Ради чего еще она могла отказаться от репортажа года?

Иззи посмотрела на цветы:

— Это от тебя?

— Не-a. Курьер принес для тебя, а я решил передать.

Она посмотрела на Джеймса снизу вверх. Когда прошла первая волна гнева, он вложил всю свою энергию в подготовку Иззи к сегодняшнему вечеру.

— Спасибо за поддержку, — поблагодарила Иззи. Она прекрасно понимала, как ей повезло с боссом.

Джеймс положил цветы на гримерный стол и посмотрел Иззи в глаза.

— Просто верь в себя, — тихо произнес он и пожал ее руку. — Я знаю, ты сможешь это сделать.

Иззи посмотрела на огромный букет белых калл, чтобы отвлечься. Алекса не было в городе. А вдруг он вспомнил о сегодняшнем дне и послал эти цветы? Она вытащила записку и сразу узнала его характерный почерк.

— А у него определенно есть вкус, — заметила Мейси.

— У него есть все, — пробормотала Иззи. — В этом-то и проблема.

— Только если ты сделаешь из этого проблему, дорогая.

Иззи достала карточку из конверта.

«День игры всегда наполнен адреналином. Направь его в нужное русло. А.»

Она закусила губу.

Продюсер Дэвид Лейк заглянул в гримерную:

— Ты скоро будешь готова?

— Она уже готова, — сказала Мейси, нанеся помаду нейтрального тона на губы девушки.

Иззи кивнула. Шестьдесят минут. Она может это сделать.

Джеймс Карри провел Алекса в дальний угол съемочной площадки.

— Иззи напряжена до предела, — проворчал он. — Что бы ни происходило, не дай ей себя увидеть.