Империум человечества: Омнибус (ЛП) - Ренни Гордон - Страница 118

Лоллака нигде не было видно.

Браель пробежал мимо ещё горящего металлического трупа. В воздухе уже разносилась тошнотворно-сладкая вонь палёного мяса. Оглянувшись вокруг, Браель заметил лежащую фигуру, явно отброшенную взрывной волной. Как и прежде, руки и ноги Лоллака были раскиданы под неестественными углами. В этот раз, однако, он не притворялся.

Браель увидел месиво, в которое взрыв и град осколков превратили одну сторону головы Лоллака: окровавленная, разорванная кожа, сквозь которую виднелась кость. Глаза Лоллака были открыты, белки залило кровью, и они слегка выскочили из орбит. Из полуоткрытого рта текла густая струя крови.

Внезапно Браель ощутил себя очень уставшим. Таким уставшим он не чувствовал себя с того момента, как началась война. Он не мог даже себе представить, что можно быть таким уставшим. Всё кончено, ощутил он внезапную уверенность: война, его жизнь, всё.

Землю тряхнуло. Браель повернулся и увидел одну из товарок мёртвой машины, топающую к нему. Вращающаяся пила визжала, машина замахнулась, готовая обрушить на него своё оружие. Браель понимал, что нужно что-то делать — бежать, прятаться, контратаковать, что-нибудь, — но, когда время словно растянулось, и скрежещущее лезвие зависло над ним словно на всю жизнь, он также понял, что всё, что он сделает, не будет иметь никакого значения.

Где-то в вышине над головой Браель вроде бы услышал завывание ещё одного двигателя — очередная из боевых машин захватчиков, он не сомневался. Затем каждый волосок на коже у него встал дыбом. Кожу начало покалывать, во рту появился металлический привкус.

А затем с неба упало солнце, отбросив боевую машину в сторону.

Поток бело-синего сияния ослепил Браеля, толчок тёплого воздуха словно поднял его и отбросил в противоположную сторону. Браель тяжело рухнул, затем рефлекторно перекатился на ноги. Апатия, охватившая его, пока он стоял на коленях над телом Лоллака, исчезла. Тряся головой и смаргивая световые пятна, мельтешащие в глазах, он потянулся к поясу, но нащупал лишь старый охотничий нож, который носил с собой с тех времён, как покинул свою ферму. Трофейный пистолет и тесак зеленокожего пропали.

Машинный вой, который он слышал, стал интенсивнее, хотя тон его — ниже, словно механизм замедлялся. В то место, где стояла боевая машина зеленокожих, на обутые в броню ноги тяжело приземлилась фигура. Как и творение зеленокожих, она была в полтора раза выше человеческого роста, её гладкую, твёрдую кожу украшали символы: перекрещенные стрелы и крылья на массивных пластинах, что закрывали плечи. Кожа была тёмно-красной, почти цвета свернувшейся крови, и, хотя была твёрдой и негнущейся, как кожа шагающих машин захватчиков, её чёткие линии повторяли силуэт человека. А тусклое сияние напомнило Браелю даже чем-то блеск обожжённой керамики.

Машинный свист исходил из устройства, прикреплённого сверху к спине и плечам фигуры. Лопатки турбин в двух соплах были раскалены добела, их жар омыл Браеля, когда он наконец-то проморгался от зайчиков в глазах. В одной руке фигура сжимала меч длиной в руку человека, несущий ряд острых зубьев, которые, Браель не сомневался, могли превратиться в расплывчатую вращающуюся полосу за мгновение ока. В другой руке фигура держала нечто похожее на пистолет. Слабое бело-синее свечение плясало вокруг ствола оружия.

Ощутив, что за ней наблюдают, фигура повернулась. Её похожее на маску лицо несло пару красных, светящихся глаз, напомнив Браелю кровавую злобу во взглядах захватчиков. На груди выделялась пара развёрнутых крыльев, которые Браель уже видел — на настенной драпировке санктума в храме Священного Вакса.

С изумлением, которое едва не лишило его духа, Браель понял, что стоит перед одним из обожаемых Викой звёздных богов.

С тем же снижающимся звуком заспинных двигателей, с неба упали ещё три фигуры краснокожих богов. Ещё находясь на высоте окружающих крыш, они выпустили залп разрывных снарядов по оставшимся машинам. Снаряды взрывали землю вокруг чудовищ, чьи пушки были задраны вверх, насколько возможно, и вели ответный огонь. Один из выстрелов ударил бога в верхнюю часть груди, выбив того из общей с товарищами посадочной траектории. Стараясь восстановить управление полётом, фигура пробила крышу одного из складов и исчезла в фонтане щепок и обломков.

Оставшиеся трое всаживали выстрел за выстрелом в круглобокую машину, которая, спотыкаясь, отступала под многочисленными ударами, а затем рухнула на землю и замерла, истекая маслом и дымом из трещин и дыр в корпусе.

Дико озираясь, Браель увидел, как выжившие члены его отряда появляются из укрытий, чтобы посмотреть, как приземляются боги и занимают, как Браель с удивлением понял, позиции по периметру. Дверь склада вылетела наружу, заставив богов сместиться, приготовившись встретить новую угрозу. Когда появился бог, в которого попал снаряд пушки, они снова заняли прежнее положение.

Браель с облегчением заметил среди выживших Фрейту, хотя одна сторона её лица была вымазана чёрным от взрыва и красным от крови, что обильно текла из длинного пореза на коже головы. Увидев Браеля, та закричала остальным. Люди заоборачивались, видя, как он стоит перед одним из небесных существ.

Скрежещущим, механическим голосом звёздным бог заговорил с Браелем. Большая часть того, что он сказал, была непонятной, хотя Браель с изумлением обнаружил, что смог разобрать два-три слова. Затем металлическая тирада закончилась, и звёздный бог отвернулся и зашагал к своим, над которыми, похоже, обладал некоторым главенством.

Фрейта подбежала к Браелю вместе с многими другими, в том числе и Томбеком. Высокий винарец ненадолго задержался у тела Лоллака.

— Они…? Они на самом деле…? — задыхаясь, спросила Фрейта.

— Звёздные боги? — ответил Браель, едва сдерживая слёзы, так сильно он ощущал в этот момент присутствие Вики. — Я… Я думаю, да.

— Он говорил с тобой? — спросил один из новобранцев из шахты. — Мне показалось, я слышал, как он говорил с тобой. Что он сказал?

— Я не уверен, — Браель попытался найти какой-то смысл в тех нескольких словах, что понял. — Было похоже на нашу речь, но там было много, чего я не понял. Я думаю, он сказал: «Охотничьи птицы верховного бога».

— Наверное, так их зовут, — прибавил Томбек.

Другие присоединились к обсуждению, но у Браеля внезапно вылетели из головы все мысли и на глаза навернулись слёзы. Он махнул, как ему показалось, обнадёживающе Фрейте, затем медленно побрёл мимо тела Лоллака и всё ещё тлеющих останков боевой машины, которую подорвал мёртвый терраксец. Он смутно осознавал, что звёздные боги передвигались по близлежащей местности, проверяя её на отсутствие угроз, вероятно, перед прибытием своих собратьев — истории Вики упоминали о целых армиях богов, всецело служащих своему собственному, верховному богу.

Вика. Его мёртвая жена словно прошла перед ним, ведя за руку сына и рассказывая ему истории, которые тот никогда не уставал слушать. Воспоминания о её голосе, ощущение, что она здесь, близко — лишь протяни руку, были столь сильными, что угрожали раздавить его. На секунду зрение подёрнулось серым. Пронзительный вой, поднимаясь, заполнил уши.

Внезапно, Вика и Брон исчезли. Пронзительный вой оказался звуком, идущим из последней погибшей машины захватчиков. Браель шёл к ней, не осознавая того, следуя за видением своей жены. Переведя взгляд на машину, он увидел, что кусок её верхней части сорвало попаданием по касательной. Смотровую щель разворотило: там виднелась зелёная кожа и горящий красный глаз.

Рука с клещами была разбита, но ей достало силы, чтобы выпрямить машину. Один коленный сустав заклинило намертво. Явно не подозревая о присутствии Браеля, захватчик внутри похожего на бочку корпуса поворачивал машину медленной, шаркающей поступью, пока не развернулся передом к звёздным богам, трое из которых стояли вместе, а четвёртый устанавливал на земле неподалёку какое-то устройство. Огонёк наверху устройства равномерно пульсировал. С натужным скрежетом пушка боевой машины навелась на тёмно-красные фигуры.