Следователь (СИ) - Александров Александр Федорович - Страница 66

- Может, это Стражи Гор? – спросил Жао, вежливо наклоняя голову.

- В смысле, местные Другие? Нет. Другие не оставляют эфирных искажений. Это человек.

- Но если так… – Жао немного подумал, – Если это было сделано намеренно, то, вероятно, нам следует ждать нападения?

- Да, – кивнул Рич, – совершенно верно. Но не сейчас. Через пару часов, когда стемнеет.

…Они появились из бури, подобно призракам – бесшумно, молча, неожиданно.

В белых, под цвет снега, доспехах, сработанных из широких кожаных полос, шлемах-конусах, сетчатых масках, полностью скрывающих лицо – ни один из них не носил на себе никаких опознавательных знаков, выдающих принадлежность к какому-либо дому. У всех – катаны и наручные самострелы; движения быстрые и уверенные. Профессионалы.

Вот только их ждали.

Хо Ши совершенно точно сказал, откуда и когда появятся нападающие. Он даже не стал доставать свой любимый фокусирующий кристалл; просто постучал пальцем по карте перевала и пробурчал:

- Двадцать минут. И их много.

Первые три воина в белом подошли к шатру Рича и остановились. Широкоплечий гигант с бежевой кисточкой на шлеме подал знак, и троица разделилась: двое двинулись вокруг шатра, а тот, кто отдал команду, остался у входа. Немного выждав, он плавным, почти нежным движением расстегнул входной клапан, дотронулся до полога кончиками пальцев…

И в следующее мгновение остался без руки.

Жао стряхнул кровь с лезвия, экономным, почти незаметным движением ткнул здоровяка в шею, не давая закричать, выскочил из шатра и с полуповорота ударил на звук. Вырвал катану из груди очередного воина в белом, вакидзаси во второй руке заблокировал скользящий удар выскочившего из-за шатра незадачливого убийцы, атаковал, одновременно отступая на шаг назад…

Скрежет, искры. Мечи столкнулись, взвизгнули, опять столкнулись и запели, рассекая воздух. Нападавший был мастером – Жао сразу понял, что одолеть этого врага будет непросто.

Если, конечно, ты дерешься один.

Белый воин крикнул, подпрыгнул, целясь наемнику в макушку… а в следующий миг из его груди выскочил цунь окровавленной стали.

- Осторожней, брат! – Ю-Вэйю приходилось перекрикивать ветер, но Жао хорошо расслышал усмешку в голосе молодого буси. – Они, кажется, испытывают наше терпение!

- И совершенно не знакомы с приличиями! – Жао засмеялся. – Ну кто их звал на ночь глядя?

- Что ж, – Ю-Вэй взмахнул мечом – спровадим их отсюда. Хэй-хо!

Однако же, сказать было легче, чем сделать. Из бурана вынырнуло еще четверо белых – Жао едва успел увернуться от выпущенного из самострела болта - «дикобраза» – мерзкой штуки, легко пробивающей броню, а затем разлетающейся в теле на зубчатые осколки.

Нападавшие действовали слаженно и профессионально: трое воинов атаковали Жао, а четвертый связал боем Ю-Вэя, не давая тому прийти на помощь коллеге-наемнику. Где-то рядом слышался звон стали – остальные буси из отряда Жао тоже сражались, причем, судя по крикам, полным боли, с переменным успехом.

Жао закусил губу: происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Первого воина в белом он очень удачно располосовал от паха до горла, проведя обманную атаку снизу, но второй едва не отрубил ему голову. Пришлось упасть и сделать обратный кувырок, теряя драгоценное время и удобную позицию для атаки.

Ему снова повезло: один из нападавших, очевидно, собираясь прикончить наемника одним быстрым ударом, прыгнул на Жао, высоко занеся катану над головой. Жао извернулся, откатился в сторону, едва не порвав связки на ноге, и выбросил меч вправо, соединяя его лезвие с «посадочной траекторией» белого. Брызнула кровь – сила тяжести довершила начатое наемником, и воин в белом доспехе покатился по снегу с перерубленным позвоночником.

Жао вскочил на ноги, одновременно занимая позицию лучше всего подходящую для глухой защиты. Вовремя. Удар белого был так силен, что чуть не отрубил наемнику полголовы его же собственным лезвием. Этот вояка явно был качком-тяжеловесом, чего никак нельзя было сказать о самом Жао, рост и вес которого давно и безнадежно застряли где-то на небесных перевалах, по которым, если верить легендам, души возвращаются в этот мир после омовения в Родниках Забвения. К тому же справа уже наседал еще один воин, самострел которого был еще заряжен.

Жао быстро осмотрелся. Рядом Ю-Вэй добивал напавшего на него белого, но было видно, что молодой буси не успеет вовремя прийти на помощь. К тому же в буране уже мелькали тени новых нападающих в количестве явно больше двух. Прогнозируемый результат битвы ухудшался на глазах – такое количество белых Жао не потянул бы даже с помощью Ю-Вэя.

Жао вздохнул, пробормотал ругательство, сорвал с пояса маленький мешочек и, вытряхнув из него на язык желатиновую пилюлю, раздавил ее между небом и языком.

Брызнула горькая жидкость, по вкусу напоминающая саке, в котором растворили хинин. Западные алхимики знали толк в эликсирах, но на вкус их творения всегда были неописуемо мерзки, не говоря уже о колоссальном вреде для организма. Но в данный момент можно было не задумываться о паскудном влиянии «Вихря» на почки и нервную систему: мечи воинов в белом готовились нанести здоровью наемника куда больший ущерб.

Эликсир подействовал практически мгновенно: мир вокруг разом потерял все краски. Звуки стали тягучими и глухими; время растянулось, превращая движения белых в некое подобие белого танца хромых на все лапы медведей.

Жао развел руки с мечами и бросился вперед.

Сердце наемника колотилось как бешенное, каждый вдох обжигал воспаленное горло. «Вихрь» действовал недолго, временно ускоряя все жизненные процессы в организме, тем самым превращая даже ребенка с кухонным ножом в опаснейшего противника, но за эти десять минут сумасшедшей скорости приходилось жестоко расплачиваться. Жуткие боли в мышцах, разрывы связок, лопнувшие сосуды, усталость и общая разбитость – на несколько суток после такого «форсажа» воин превращался в измотанного старика.

Но, как совершенно справедливо говорил Рич, снабдивший наемников Жао этим зельем, «боль в заднице куда лучше смерти». К тому же старый хрен Хо Ши быстро поправил бы здоровье Жао; для «пророка» это было раз плюнуть.

Вот только требовалось для этого всего ничего: остаться в живых.

…Жао проскользнул мимо двух воинов в белом, присел и вслепую рубанул их под колени. В обычной ситуации наемник никогда бы не решился на такой маневр, но сейчас его скорость и реакция были запредельно высоки. Ему показалось, что он проскочил мимо двух восковых фигур, которые по недоразумению колдуна-трансформатора медленно двигались, пытаясь опустить мечи Жао на голову.

Брызнула кровь. Наемник зачарованно проводил взглядом алые шарики, застывшие в воздухе среди плавно падающих на землю снежинок, уперся ногами в землю и прыгнул к следующему белому воину, целясь в щель между шлемом и защитным воротником.

Он попал без труда, успев в полете зацепить еще одного нападающего, но расстояние было чересчур велико. Жао не убил воина, а только легко задел его левый бок, не пробив доспеха: лезвие просто скользнуло по беленой коже. Белый издал странный рокочущий звук и стал медленно поворачиваться, перехватывая меч так, чтобы ударить наемника в конечной точке прыжка.

Жао сжался в комок, чудом не напоровшись на лезвие катаны, упал в снег и, заблокировав удар, резко поднялся. Перед глазами поплыли красные пятна, в ушах зашумело. Он ударил, целясь сквозь кровавую муть, промахнулся и отскочил назад, готовясь для новой атаки, одновременно оценивая количество противников.

Их было много. Слишком много для их небольшого отряда, слишком много даже с учетом принятого наемником алхимического стимулятора. Даже если все остальные (а, кстати, сколько их осталось в живых?) последуют его примеру, белые просто задавят их количеством.

«Плохо дело», отрешенно подумал наемник, уходя из-под удара и отрубая белому воину руку вместе с мечом. «Все тут ляжем. Что ж, умереть в бою – самая лучшая смерть из возможных».