Как Сюй Саньгуань кровь продавал - Хуа Юй - Страница 27

– От соли вам пить захочется.

Лайси с Лайшунем поели соли и через силу выпили по плошке. Потом сели на берегу и задрожали крупной дрожью. Сюй Саньгуань сказал:

– Ладно. Смотрите, как я буду пить.

Он высыпал соль на ладонь, потом с ладони пересыпал ее в рот, пожевал, одним махом осушил плошку, потом вторую. Потом опять высыпал на ладонь соль. Так он выпил все восемь плошек. Потом утер рот, обхватил себя за плечи, несколько раз вздрогнул, икнул, чихнул и подвел итог:

– Я свое выпил. Теперь ваша очередь.

У братьев больше пяти плошек выпить не получилось. Сюй Саньгуань решил, что для первого раза и это неплохо.

В больнице Лайси и Лайшунь сначала бесплатно сдали кровь на анализ. Оказалось, что у них тоже группа О. Затем все они сдали кровь уже за деньги и отправились в местный ресторан. Сюй Саньгуань объяснил:

– На этом экономить нельзя. Печенка кровь наполняет, вино оживляет. У вас ноги подгибаются?

Братья кивнули.

Лайшунь заметил, что Сюй Саньгуань дрожит.

– Ты, когда с бабы слезаешь, еще и трясешься?

– Я трясусь, потому что за десять дней сдал кровь четыре раза. Это все равно что на бабу четыре раза за день залезть.

Потом Сюй Саньгуань стал их учить, как вести себя в ресторане:

– Руки положите на стол. Расправьте плечи. Говорите громко. Надо, чтобы они думали, будто вы часто в ресторанах бываете. Тогда печенки дадут, сколько положено. И вино не разведут. Будете все делать, как я.

Когда пришел официант, Сюй Саньгуань постучал пальцами по столу и заказал:

– Тарелку жареной печенки и два ляна вина.

Потом помахал рукой в воздухе и добавил:

– Вино подогреть.

Официант кивнул. Настала очередь Лайшуня. Он стукнул кулаком по столу и заорал:

– Печенки! Вина!

А что дальше говорить, забыл. Он обернулся к Сюй Саньгуаню, но тот в это время смотрел на Лайси. Лайси постучал пальцами, а не кулаком, но заорал не хуже брата:

– Печенки! Вина!

И тоже забыл, что дальше. Официант сам спросил:

– Вино подогреть?

Сюй Саньгуань опять помахал рукой и непринужденно ответил:

– А как же!

Когда официант удалился, Сюй Саньгуань шепнул братьям:

– Кулаком по столу колотить не надо! Посмотри, Лайшунь, ты его чуть в щепки не разнес. И не орите. Я вам велел громко говорить, а не горло драть. Не на базаре.

Поев и попив, они вернулись к лодке, отвязали ее и поплыли дальше. Лайшунь сказал:

– Следующая остановка – Хутоуцяо.

Сюй Саньгуань сидел на носу и смотрел, как Лайшунь гребет, а Лайси отталкивается шестом от опор моста, чтобы лодку не прибило к ним течением. Сюй Саньгуань сказал:

– Лайшунь, ты так лихо гребешь! Даже и не скажешь, что только что кровь сдал.

– Вся сила вернулась. Ты спроси у Лайси, у него ноги подгибаются?

– Давно уже все в порядке.

– Лайси, я в Цилибао снова кровь сдам. А ты как?

– Я тоже сдам. Тридцать пять юаней!

Тут Лайшунь заметил, что Сюй Саньгуань мерзнет, и сказал:

– Лезь в трюм. Все равно тут от тебя проку нет.

Лайси его поддержал. Сюй Саньгуань залез в трюм, забрался под одеяло и сразу заснул.

Проснулся он под вечер, вылез наружу и увидел, что лодка у берега, а братья отламывают от дерева сук в руку толщиной, разламывают его ногами пополам, вколачивают камнем в землю и привязывают к нему лодку.

– А, проснулся?

Сюй Саньгуань огляделся: тьма кромешная, только вдали звезды мерцают.

– Мы где?

– Не знаем. До Хутоуцяо пока не доплыли.

Потом вышла луна. Они сварили в котелке ужин, поели дымящейся каши. Сюй Саньгуань потянулся:

– Наконец-то согрелся!

После ужина забрались в трюм. Сюй Саньгуань опять оказался между братьями. Они очень радовались: днем столько денег заработали. Зачем им теперь лодка? Вкалываешь-вкалываешь, а получаешь с гулькин нос. После работы в поле они будут сдавать кровь. Вот приплывут в Цилибао…

Сюй Саньгуань замахал руками:

– Вам в Цилибао кровь сдавать нельзя. Я, когда молодой был, думал, как вы: кровь – все равно что денежное дерево, понадобились деньги – потряс, и готово. А теперь я знаю: после каждого раза надо три месяца ждать. Я раньше сдавал кровь с двумя мужиками, А-Фаном и Гэньлуном. А-Фан пузырь надорвал, Гэньлун в больнице помер. Вы меня слушайте, я человек бывалый.

Сюй Саньгуань похлопал братьев по плечам и продолжил:

– Я сдал кровь в Линьпу, через три дня в Байли, а через четыре дня в Сунлине. Там я чуть ноги не протянул. Доктор сказал, у меня был шок – я сознание потерял. И в меня влили мою кровь, и еще чужую. И за кровь, и за лечение деньги содрали. Получается, я два раза впустую кровь сдавал… У меня-то нет выхода: сын в Шанхае, в больнице, надо лечить. У меня теперь кровь жидкая. Плошка вашей крови – все равно что две моей. Я хотел еще в двух местах кровь сдать, но теперь не буду – как бы не помереть. Я за два раза заработал семьдесят юаней. Сыну на лечение точно не хватит. В Шанхае еще что-нибудь придумаю. Место, правда, незнакомое…

Тут Лайси сказал:

– Говоришь, у нас кровь в два раза гуще, чем у тебя? Давай мы тебе плошку продадим, а ты перепродашь две?

Лайшунь согласился:

– Лучше мы ее тебе продадим, чем чужим. Мы ведь друзья!

– Надо силы беречь – вам еще грести надо.

– У нас силы не убавится. Слушай, а давай мы тебе две плошки продадим, а ты больнице четыре продашь.

Сюй Саньгуань рассмеялся:

– Больше двух за раз нельзя! Ради сына куплю у вас плошку крови. На две мне денег не хватит. А потом продам больнице две плошки и заработаю. Только как я у вас кровь возьму?

Потом они уснули. Братья во сне опять положили на Сюй Саньгуаня руки и ноги. У него кости заныли, и дышать было тяжело, зато согрелся. Снаружи поднялся ветер, поднял с палубы пыль и занес ее в трюм, прямо на лицо Сюй Саньгуаню. Он посмотрел через люк на небо: от лунного света оно казалось холодным. Сюй Саньгуань закрыл глаза, послушал, как совсем рядом волны бьются о борта, и уснул.

Через пять дней они приплыли в Цилибао. Шелковая фабрика была в трех милях от города, поэтому сначала они отправились в больницу. Сюй Саньгуань сказал:

– Лайси, попей воды.

– Я ведь тебе кровь продаю, не больнице.

Сюй Саньгуань постучал себя по лбу:

– Ах да, я забыл… Лайси, все-таки друзья друг на друге не выгадывают. Выпей несколько плошек.

Лайшунь возразил:

– Ты на нем не выгадываешь.

Лайси его поддержал:

– Ты бы на моем месте не пил.

Сюй Саньгуань подумал, что и правда, он бы тоже пить не стал, и ответил:

– Вас не перспоришь. Будь по-вашему.

В больнице кровяной староста спросил:

– Значит, ты кровь продаешь? А ты покупаешь?

Лайси с Сюй Саньгуанем кивнули. Кровяной староста рассмеялся:

– Тринадцать лет на этом стуле сижу, много народу перевидал, но чтобы один продавал, а другой покупал, в первый раз вижу.

Лайси заметил:

– Видишь, как тебе повезло.

Сюй Саньгуань поддакнул:

– Мы с ним из разных мест, случайно встретились. Такая удача раз в жизни бывает.

– Может, повезло. А может, нет. Чудеса бывают и не к добру: когда лягушки по улице строем прыгают, червяки с неба падают, курица кричит петухом. Вдруг год будет неурожайный?

Сюй Саньгуань с братьями битый час убеждали кровяного старосту, что все обойдется. В конце концов он разрешил Лайси продать кровь, а Сюй Саньгуаню ее купить.

Когда они вышли из больницы, Сюй Саньгуань сказал:

– Лайси, мы с Лайшунем посидим с тобой в ресторане.

Лайси замотал головой:

– Не буду я деньги тратить. Всего одну плошку продал.

– Нельзя, Лайси, ослабнешь.

– Не ослабну. Если каждый раз, как с бабы слезаешь, в ресторан ходить, никаких денег не напасешься.

– Это не то же самое, что баба.

Лайшунь вставил:

– То же самое.

– Много ты понимаешь.

– Ты сам говорил.

– Я неправильно говорил.

Так они дошли до лодки. Братья залезли в нее, отчалили. Лайси стал прощаться: