Меня зовут Сэм - Филатова Т. - Страница 3

Ну, в принципе, да. Но ради чего такие жертвы с его стороны? Я сделала два шага назад, давая ему возможность оторваться от холодной стены. Он улыбнулся. Я повернулась и медленно пошла вверх по переулку к центральной улице. Такого со мной никогда не происходило, я просто не знала, как поступить. И вдруг услышала, что этот молодой человек засеменил за мной. Мои каблуки стучали по асфальту, и этот звук отражался от стен домов и разносился по темному переулку, в конце которого уже сияла огнями главная улица города. Я вышла на свет неоновых огней.

– Сэм, – услышала я его голос сзади, – куда ты идешь?

– Домой, – ответила я, не оборачиваясь. Куда мне еще идти?

– Ааа, – протянул он, – ну так ты согласна сотрудничать?

Я решила повернуться, чтобы вновь посмотреть на него. Раз уж этот парень так упрям и невесть откуда смог узнать столько обо мне, то вдруг он и вправду может поведать что-то интересное. В любом случае упускать его из вида нельзя, а убивать жалко. Такой молодой… Могу ли я ему доверять? Осознавая всю комичность этой ситуации, я подумала: а вдруг?

– Хорошо, я согласна. Но только за возможные последствия нашего общения я не отвечаю, – как можно более холодно процедила я.

Его глаза заблестели:

– Ничего страшного, я все понимаю!

Я скривила губы. Мда, наверное, мне будет непросто.

– А где ты живешь? – с интересом спросил он.

– Неужели не знаешь? – хмыкнула я.

– Я еле выследил тебя. Сама понимаешь, как это непросто, ты же не проходишь паспортный контроль и прочее. Еще не успел узнать, где ты остановилась, – виновато пробормотал парень. – Если честно, я уже которую ночь брожу по улицам, наобум высматривая тебя.

Все-таки откуда он про меня знает? Ладно, это потом.

– Я снимаю частный дом.

– О, я мог бы догадаться! Тогда едем? – воодушевленно спросил он и пошел ловить такси. Разве я его приглашала?

Через минуту он подъехал ко мне в одиннадцатой модели Жигулей с шашечками на крыше и помахал рукой из салона. Я открыла дверь прежде, чем он успел бы сделать это за меня, и села на заднее сидение рядом. Не хотелось привлекать взгляды подобным вниманием к моей персоне, поэтому лучше быстрее юркнуть во тьму салона и захлопнуть дверь. Хватит и того, что ехать приходилось в болтливой компании, хотя мне привычнее молча отсиживаться в темноте.

– На Первомайскую, – почти шепотом сказала я водителю, а парень заерзал по сидению.

Мы проехали центр, свернули у рощи и попали на дорогу с изъезженным асфальтом. Машину тряхнуло на кочке. Две узкие улочки низких домов. Между раскидистых ветвей фруктовых деревьев виднелись вылинявшие крыши.

– Забыл представиться, Денис Максимович Покровский, – кивнул он с улыбкой и протянул руку, – можно просто Денис.

Я пожала его руку, заметив, как он изменился в лице, прикасаясь к моей ледяной, твердой и мертвенно бледной кисти. Это вызвало у меня улыбку. А ты как думал? Когда мы подъехали к моему дому и вышли из машины, справившись со своей небольшой паникой, я решилась разглядеть своего спутника повнимательнее. На вид он был ухоженным молодым человеком. Ему было лет двадцать пять, волосы светло-русые, взъерошенные, длиной чуть ниже ушей, глаза серые, сам он среднего для мужчины роста, одет в серую кожаную куртку нараспашку, фиолетовую рубашку, темные джинсы и кеды. Он поймал на себе мой взгляд и улыбнулся. Я покачала головой с мыслями о том, что заварила кашу, которую не хотелось есть, если можно так выразиться, и стала копаться в карманах, гремя ключами. Вытащив свою громадную железную связку, я принялась вставлять их один за другим в три замочные скважины. Все остальные ключи были предназначены для замков с внутренней стороны. Я толкнула тяжелую дверь, и она нехотя отворилась. Я никогда не хранила в своих домах ничего ценного, золота или денег у меня нет, но все же незваным гостям было чему подивиться в моем доме. Включила свет в прихожей, скинула туфли, повесила кардиган на крючок и повернула в зал, где у меня стоял большой диван. Пока я распахивала окна, мой гость направился на кухню. Денис уже чувствовал себя как дома, хотя ему этого никто не предлагал.

– Как хороший дом, какой тут мрачноватый уют! Интересно, интересно, а сколько всего комнат?

Я легла на диван, свернувшись калачиком и молчала.

– Да у тебя в холодильнике какой-то филиал фармацевтического завода! – прокричал он из кухни. Дверца громко хлопнула, и парень зашаркал ко мне в зал.

– Я несколько ночей не спал и почти не ел, – добавил он.

Я что теперь обязана его кормить?

– По-моему, на чердаке кто-то завелся. Иди посмотри, может их можно зажарить, – безэмоционально предложила я.

Парень скривился, обреченно вздохнул, но все же заглянул в подвал и на чердак.

– Все проверил?

– Пойду поищу тут ближайший магазин, посмотрю окрестности! – крикнул он из коридора и хлопнул дверью. В надежде на то, что он не вернется, я закрыла дверь и устроилась перед телевизором. Но где-то через час до меня донесся его запах и звук шагов по улице. Когда я отворила ему дверь, он зашел с торжествующим видом, я недовольно вздохнула.

– Наверное, нам будет сложно понять друг друга, но это ничего, – он задумался. – Слушай, а ты можешь превращаться в летучую мышь?

Что он хочет услышать в ответ на этот бред? Как с такой фантазией он вообще смог меня найти?

– Да. А еще извергать огонь и превращать все в золото.

– Серьезно!?

Это становилось невыносимо! Я фыркнула, сдерживаясь от дальнейших возмущений. Денис переменился в лице.

– Ладно-ладно! – хмыкнул он. – Мне просто интересно. Я ведь никогда прежде не общался с живым вампиром.

– Живых вампиров не бывает, – огрызнулась я.

– Звучит пессимистично.

– А что ты хотел услышать?

Денис сразу же воодушевился.

– Ну знаешь, я бывал во многих библиотеках с самыми редкими экземплярами, но даже там, к сожалению, нет разделов вроде: «Вампиры. Виды и ареалы обитания» или «Жизнеописания известных вампирских деятелей. Пятьсот лет в четырех томах». Как бы это ни звучало, сейчас ты единственное наглядное пособие. О вас пишут разные небылицы. Но ведь все сказки имеют свою подоснову. Так что про выдвигающиеся клыки – это ведь миф?

– Просто крепкие зубы.

– Вечная жизнь?

– Да, в комплекте с внешностью мертвеца.

– Осиновый кол? – ничуть не смутившись, продолжал он.

– Если ты собрался меня убить, тебе надо поискать нечто поэффективнее.

– Серебряные пули? – улыбнулся Денис.

– Ну, столового серебра я не боюсь. Пули на себе не испытывала.

– Аллергия на чеснок?

– Нет. Обостренное обоняние.

– В зеркале?

– Отражаюсь.

– Тело способно залечивать любые раны?

– Да.

– Кислород?

– Не нужен.

– Можешь карабкаться по отвесной стене?

Я киваю.

– По потолку?

Киваю.

– Вот это да! – улыбаясь, выдохнул Денис.

– Я ответила на все твои вопросы?

Я поймала его взгляд. Странно. На меня никто никогда не смотрел с таким… уважением? Обычно со страхом или интересом, но не с уважением.

– Ты идеальна! – вынес он свой вердикт. – Всесильна!

– Я не всесильна! – его любование мной начало меня бесить.

– Разве нет?

– Если бы я была всесильна, то давно бы сделала так, чтобы ты говорил в полтора раза меньше!

Он засмеялся и одобрительно покачал головой.

Не имея привычки слушать комплименты, даже подобного рода, мне ничего не оставалось, кроме как молча встать и уйти на кухню. Я завела старые часы и смахнула пыль с мебели.

Вдруг до меня донесся громкий жалобный скрип, это Денис рухнул на мой старый диван. Затем я услышала скрип карандаша по бумаге. Немного постояв на кухне, я решила, что пора бы ему выкладывать свой план по «спасению» меня, но тут прямо на моих глазах, он откупорил мою дверь, крикнул мне: «До скорого» и улизнул.

Замечательно, и чего мне теперь ждать? Факелов и инквизиции? Я вышла в сад, завернувшись в шаль и кардиган пшеничного цвета не от холода, а чтобы не вызвать удивленных взглядов у соседей, которым и без того, наверное, кажусь странной. Уже не лето, вечерами им бывает холодно. Одна из самых странных ночей, что только случались со мной. Пели сверчки. Я присела на лавочку послушать их и немного отвлечься. Моя соседка через дорогу повесила белоснежные простыни сушиться на веревку: в ночи они светились каким-то млечным светом, и от них веяло свежестью. Я закрыла глаза от удовольствия и принюхалась к доносившимся отовсюду запахам печного дыма, тлеющей листвы, мыла и всего такого заманчивого для меня. Когда никто не видел, я бродила под окнами и иногда позволяла себе заглянуть внутрь. Я не могу войти в дом, в котором живет человек, но даже если бы могла, вряд ли осмелилась. Там все так мило, так тепло, уютно. Я просто не имею права прикасаться к этому.