Адептус Механикус: Омнибус (ЛП) - Абнетт Дэн - Страница 309

— Я знаю это.

— Ни один из моих рыцарей ничего не увидел.

— Вы бы хотели увидеть ликтора?

— Нет, похоже, что нет, — признал я.

— Мы можем вернуться, — предложил он, озвучив предательские мысли, действовавшие мне на нервы с тех пор, как Бардольф сказал, что за нами хвост. — Если вы считаете, что целая армия ждет нас на той стороне прохода, одно ваше слово, и я завалю его обратно.

Я направил рыцаря вперед, осторожно ступая между развалинами арочного прохода, разнесенного в клочья снарядами пушек. Я вышел на свет, и отошел от прохода, вытягивая все доступные мне сенсоры. Бывшие пилоты помогали мне в этом, меняя восприятие окружения так, как я не смог бы сам. Все сводилось к одному заключению.

Я один на этом склоне горы.

Я подал сигнал остальным рыцарям, и они парами покинули шахту, низко пригибаясь к земле. Тени на камнях сказали мне, что уже далеко за полдень, солнце за горой оставило эту сторону в тени.

— Викара, — произнес Бардольф, двигаясь к укрытию за вертикальным куском обуглившегося гнейса. Он указал вниз своим лезвием.

По началу, сложно разглядеть что-либо среди леса расползающихся, переросших деревьев, вытесняющих жизнь с окружающего ландшафта, но затем я увидел то, что осталось от города.

От его стен остались лишь осыпающиеся руины, а башни из стали оплела чужеродная фауна, гигантские хребты органической материи, выступали над городскими площадями и главными улицами, выбрасывая токсичные миазмы в атмосферу.

— Это больше похоже на руины заброшенные столетия назад, как это могло случиться так быстро, — озадачено произнес я.

Наши рыцари все еще выходили из туннеля, и я приказал им увеличить скорость. Мы уже должны двигаться. Каждую секунду что мы простаиваем, шанс, что нас заметят, растет по экспоненте.

За чертой города, возвышаясь над городскими шпилями, грозно стояли на горизонте титанических размеров небоскребы. Все небо застилало сплошным, болезненно-желтым туманом.

— Похоже, что местность была терраформирована, — отозвался Бардольф.

— Подозреваю, что именно это и произошло, — согласился я.

В городе присутствовало движение, на таком расстоянии было сложно сказать, что именно его производить. Но, одно видно точно.

— Храм все еще стоит, — произнес я.

Расположенный на ближней к нам стороне, он выглядит как оазис нормальности. Посреди буйной ксенофлоры, стоит одинокая трапециевидное сооружение. Единственное среди городских строений, оно осталось нетронутым мерзкими растениями.

— Что окружает его? — спросил Бардольф. — Это пустотные вспышки?

Я думал о том же. Дымка отражающей энергии обволакивала храм, создавая впечатление как будто я смотрю через ряд бесконечно меняющихся линз. Я сморгнул раздражение от слишком долгого наблюдения.

— Мои сканеры не могут сфокусироваться на храме, — сказал Бардольф, в первый раз говоря без уверенности в голосе. — Он не регистрируется ауспиком. Если бы я не видел его собственными глазами, я бы мог поклясться на аквиле, что там нет ничего, кроме ксеноформ.

— Кирано поведал мне, что Бинарный апостол, якобы, разработал особый тип барьерных технологий, — ответил я. — Возможно, это побочный эффект какого-то щита, неизвестного прежде.

Последние рыцари покинули каменные недра горы.

— Тогда будем надеяться, что там есть вход для нас, — произнес Бардольф.

— Есть только один способ выяснить это, — сказал я, направляясь вниз по склону со всей доступной мне скоростью.

Мы были в полутора километрах от Викары, когда ауспик сигнализировал угрозу. И она была не одна — тираниды во множестве окружали нас. Стаи летающих хищников поднялись в воздух за городом, очерняя небо оборванными крыльями и хлещущими хвостами. В тот же самый момент, плотная листва вокруг нас, ожила различными организмами и дрожащей растительной жизнью, не типичной ни для одного Имперского мира.

Я перевел каждую крупицу мощности из свой брони, понимая, что скорость — наш единственный союзник здесь. Мы можем сражаться, но столкновение с любым из существ только замедлит нас. Промедление в нашем случае подобно смерти.

— Слева, — крикнул Бардольф.

Я рискнул взглянуть в том направлении и увидел сотни прыгающих, скачущих существ. Какая-то разновидность гаунтов. Они слишком скрыты растительностью, а мы слишком быстро движемся, чтобы как следует идентифицировать их.

— Справа тоже! — предупредил Антонис.

— Только стабберы, — приказал я. — Продолжаем движение.

Плечевые установки открыли огонь по сторонам, удерживая зверей на расстоянии. Я поднажал, пилотируя броню за пределами безопасных режимов. У сборщика Текстона найдется пара слов для меня, когда увидит состояние моего энергоядра.

Я переключил частоту вокса на коллектор храма-кузницы, и транслировал бинарные коды, данные мне архимагосом Кирано. Он заверил меня, что какой бы магос не руководил там, он все поймет.

Тягостные секунды тянулись без ответа, и я боялся, что Корделия может быть была права в своих подозрениях на счет архимагоса.

Но затем вокс ожил ответными всплесками бинарики. Я не мог ее понять, даже будучи соединенным с живой машиной, посредством спинных кабелей. Но, моя броня смогла, и отобразила вектор движения на дисплее.

Вход внутрь.

Я раздавил остатки наземной машины на пути, когда повернул по направлению предложенного курса.

Мы достигли главной дороги, и наша скорость заметно возросла.

Существа двигались параллельно нам, каждая группа преследователей, медленно и неумолимо шла на сближение. Другая двигалась на перехват впереди. Я выстрелил в ближайших тварей из стабберов. Трупы существ рухнули, и скрылись в неразберихе бегущего роя.

Затем, я перешел через руины городской стены и зашагал через улицы.

Здания, разрушенные голодными био-организмами, мелькали по обе стороны от нас. Кислотный дождь, вкупе с искрящимися спорами, падали вниз. Я поднял ионный щит, ограждая себя от большей части этого. Достаточно, чтобы остаться в живых. Недостаточно, чтобы уберечь броню от кислотных ям и бороздок.

Мы следовали вектору движения, петляя по узким улочкам Викары. Всегда впереди роя, но это только пока. Они дьявольски хорошо скоординированы, и у нас кончается свободное пространство для маневра. Свежие стаи наводнили всю округу, ведомые ужасным единым разумом.

Вскоре я увидел визуальные искажения, накрывающие перекресток перед нами. Я повернул за угол на полной скорости, при этом воздух передо мной скрутился в волны, словно тепло над дорогой. Пред нами предстала храм-кузница, гордо стоящая на гептагональной площади.

Но в ее очертаниях было что-то неправильное.

Как если бы храм был ничем иным, как замершей проекцией на заднем фоне Театрика Империалис. Неубедительная иллюзия, в которую я на свою беду поверил. Особенно когда мой ауспик подтверждал, что передо мной ничего нет. Все что он видит, это пустое пространство, и я практически замедлился, когда представил, как серьезно нас предали.

Прежде чем я это сделал, дымка вокруг храма пропала. Она не потускнела, не растворилась, ее просто не стало. И вместо недвижимого изображения неповрежденного храма, я увидел потрепанную конструкцию на грани коллапса. Витки энергии вырывались со всех его сторон, дым клубился из бессчётных вентиляций. В любой другой день, в любое другое время, я и близко не подпущу своих рыцарей к этой критической массе, готовой взорваться с минуты на минуту.

Под полукруглой аркой стоял рыцарь, в броне бледно голубого цвета и с оранжевыми шевронами, окантованными черным. Флаг, изображающий стоящего на дыбах единорога, развевался на его плече.

Его «Жнец» приглашал нас войти.

Дважды просить меня было не нужно: группы гаунтов всех мастей, приближались со всех сторон. Мы окружены и больше некуда бежать.

Мой вокс-приемник вернулся к жизни. Без изображения, только звук.

Отчаянный голос рыцаря, напряженный и невозможно далекий.