В сетях любви - Бэссо (Бассо) Адриенна - Страница 49

– Наверное, говорил. Должно быть, запамятовала. В таком-то возрасте – чего ж ты от меня хочешь!

В ответ на это Морган только хмыкнул. Чего она только не может! Знает историю всей семьи Алисы лучше него. И никогда ничего не забывает. И он предупреждающе посмотрел на нее, чем доставил ей еще большее удовольствие.

Алиса наблюдала за их молчаливым поединком с возрастающим увлечением, одновременно радуясь, что перестала быть центром внимания Она совсем не обиделась на расспросы старой герцогини. Напротив, была приятно удивлена ее благожелательностью при столь необычных обстоятельствах.

– Морган правильно решил, что вы должны приехать в Рэмзгейт-Касл, – отметила вдовствующая герцогиня. – Мне всегда нравилось жить здесь. – Замолчав, она, казалось, задумалась о чем – то неожиданном. – Надеюсь, Алиса, ты не возражаешь, если я останусь здесь?

– О, нет, ваша светлость! – поспешила заверить Алиса. – Честное слово, я буду в высшей степени признательна за общество!

Вдовствующая герцогиня одобрительно покивала в ответ на искреннюю реакцию Алисы. Несмотря на странность этой женитьбы, она была довольна выбором Моргана. И подумала, что все у них будет хорошо.

– Алиса, бери еще сэндвич из рогалика, – предложила вдовствующая герцогиня, – и попробуй, какие чудные ячменные лепешки печет наш повар! Обещаю – если мой внук позволит себе непрошеные комментарии по поводу твоего пристрастия к еде, то я пну его в лодыжку.

Алиса тихо засмеялась и посмотрела на герцога. Он ответил ей участливой улыбкой, и ее сердце бешено заколотилось.

– Спасибо, – прошептала она ему и, не отрывая взгляда от его прекрасного лица, взяла еще одну лепешку. Внезапно смутившись, отвела взор.

– На самом деле тебе, дорогая, пора пойти наверх и отдохнуть, – сказал Морган, когда Алиса покончила с лепешкой. – Мне кажется, ты очень устала.

– Думаю, он прав, – вступила в разговор вдовствующая герцогиня. – У тебя утомленный вид. А я скажу Берку, чтобы обед вам подали в покои.

Ведь новобрачные нуждаются в уединении. Морган проводит тебя.

Они встали одновременно, и старая герцогиня легонько обняла Алису.

– Очень рада за Моргана – весьма удачно выбрал себе невесту. Большого счастья тебе, Алиса!

Алиса тоже обняла герцогиню, и на глазах навернулись слезы. Она возблагодарила судьбу, подарившую ей такую союзницу. Со временем они смогут стать настоящими подругами. Морган предложил ей руку, и супруги вышли из гостиной.

– По-моему, длиннее лестницы я не встречала, – заметила Алиса, поднимаясь по лестничным маршам.

С портретов в гипсовых рамах за каждым шагом супругов следили предки из нескольких поколений. Наконец они добрались до этажа и пошли по коридору, устланному толстым восточным ковром и освещенному золочеными канделябрами. На пути было много крутых поворотов, и Алиса пошутила:

– Чтобы выйти отсюда, мне понадобиться карта.

– Да, тут как в лабиринте, – откликнулся Морган. Наконец он остановился и отворил Алисе дверь в ее новую спальню.

– Вот и твои покои! Надеюсь, они тебе понравятся.

Спальня оказалась большой двухсветной комнатой с гостиным уголком. В убранстве преобладал зеленый цвет – от замысловатой драпировки стен из гобеленовой ткани до толстого обюссонского ковра с растительным орнаментом. Кровать – грандиозное сооружение – украшали спитлфилдские шелка и страусовые перья. Мебель, вся предназначенная только для женщины, была изящна, но чрезмерно перегружена позолотой. Алиса не представляла, чтобы такие никчемные аксессуары могли привлечь вдовствующую герцогиню, и решила, что спальню обставляла первая жена герцога.

– Комната очень уж… – Алиса замялась, подыскивая вежливое определение.

– Перегружена? – подсказал Морган, прошел вперед и потрогал шелковое покрывало. Он уж и забыл об изощренном вкусе Валери. Он вспомнил, что заходил сюда всего два раза.

Неуверенно улыбнувшись, Алиса подумала, не встретит ли она возражений намерению изменить здесь кое-что. Оценивающе посмотрев на огромные перья в изголовье кровати, засомневалась, что сможет уснуть под ними.

– Поменяй все на свой лад, Алиса! – сказал Морган и покрутил ручку двери в смежную спальню, проверяя – не заперта ли она. Дверь отворилась, и он вступил в свои личные апартаменты, а за ним по пятам – Алиса.

– А это, разумеется, мои покои, – сказал он то, что и так было ясно.

Алиса с любопытством осмотрелась и сразу же предпочла осмысленность обстановки его комнаты убранству своей спальни. По всему было видно, что это комната мужчины – тяжелая темная мебель декорирована сдержанно, шторы на окнах и у кровати – цвета мореного дуба с золотом. Выглядела она тепло и привлекательно. Морган потянул за шнурок колокольчика, и мгновенно появился его камердинер, Дикинсон.

– Миссис Кинли уже назначила кого-нибудь камеристкой герцогини? – спросил Морган своего чопорного слугу.

– Полагаю, ваша светлость, выбор миссис Кинли пал на Джанет. Будет ли на то ваше одобрение, миледи? – и оба мужчины обратили взоры к Алисе.

– По-моему, она толковая, – ответила Алиса, стараясь в памяти выделить горничную из всех представленных ей слуг.

– Хорошо, ваша светлость, я пришлю к вам Джанет. Она не замедлит явиться. – И, низко поклонившись, камердинер бесшумно вышел.

Постояв еще немного в комнате Моргана, Алиса ощутила на себе его взгляд.

– Подожду Джанет в той комнате, – выпалила она, почувствовав себя незваной гостьей.

Заметив, как меняется ее лицо, Морган про себя полюбопытствовал; «О чем она думает?» А когда она схватилась за дверь между их покоями, сказал вслух:

– Можешь запереться с той стороны. Кстати, там мощный замок, – произнес он, сам не зная зачем – чтобы сказать ей или себе напомнить.

Алиса опешила и не поняла, чего он ждет от нее.

– Обедать будем вместе? – спросила она, решив оставить без внимания его слова о замке.

– Да, – ответил он ровным тоном. – Сейчас у меня неотложное дело, но к вечеру освобожусь. Если что-нибудь изменится, сообщу тебе.

– Ладно. До вечера!

Глава 17

Алиса спала урывками и, запутавшись в сновидениях, внезапно окончательно пробудилась. Приняв сидячее положение в гигантской кровати, огляделась. Гардины на окнах были задвинуты, но слабый огонь в затухающем камине освещал часть комнаты, разбрасывая фантастические тени. Что-то прогрохотало, и, затаив дыхание, она насторожилась, ожидая, что из этих теней вот-вот появится нечто – что угодно. Но ничего не случилось, и она, вздохнув свободно, ругнула себя за выдумки.

Вновь заползла под одеяло и, уставившись в потолок, прислушалась. Вдруг из-за двери в комнату герцога раздался звук падения, а за ним – сдавленные проклятия. Подавшись вперед на огромной кровати, она скосила глаза в ту сторону и увидела полоску слабого света из-под двери. «Значит, Морган у себя. Не спит».

Он не явился к обеду, прислав извинения, и она была разочарована, но не обижена. По приезде в Рэмзгейт-Касл он сразу стал следовать правилам этикета, сделался каким-то отчужденным, и у нее создалось впечатление, что он ее обществу предпочитает одиночество.

Громкий хруст чего-то сломанного заставил ее выскочить из постели и без колебания распахнуть дверь. Пробежав взглядом по полутьме комнаты, освещенной свечой, она увидела герцога, развалившегося в кресле у камина. На полу, рядом с его сапогом, валялись обломки деревянного столика. Морган был без сюртука и галстука, в белой рубашке, черных панталонах и одном сапоге. Ворот был расстегнут, и Алисе видны были тугие черные завитки волос ниже его шеи. Она шагнула к нему, и его голова рывком поднялась. Несколько мгновений он тупо глазел на нее, а потом проворчал:

– Какого черта тебе здесь надо?

У Алисы перехватило дыхание и распахнулись глаза.

– Я услыхала шум, – объяснила она тихо, – увидала свет из-под двери и пришла узнать в чем дело. Извините, что побеспокоила, ваша светлость! – Она повернулась, чтобы уйти, но замерла, ощутив плечом нежное прикосновение его руки.