В сетях любви - Бэссо (Бассо) Адриенна - Страница 45

Понимая, что его искусно обошли, Морган поднял бокал, но, подумав, поставил обратно на стол, не сделав и глотка. Решил с сожалением, что лучше сохранить трезвую голову.

– Полагаю, ты не собираешься мне объяснять, что это за важное дело, из-за которого надо срочно уезжать, – отважилась Алиса.

– Неотложное дело, – опять туманно высказался Морган. – Слив подложить?

– Нет, спасибо. Я хорошо разбираюсь в делах, Морган. Возможно, сумела бы помочь тебе.

– Только не в этом деле, дорогая, – твердо заявил он. – Хотя можешь и помочь, если ответишь на некоторые вопросы, касающиеся восстановления дома.

– Что бы ты хотел узнать?

Морган с готовностью выпрямился. Вдруг опрос Алисы даст ключ к проблеме?

– Ты нанимала всех рабочих или кого-то нанимал и мистер Уолш?

Алиса вспомнила сразу.

– Большинство нанимала я. Нескольких мастеров, в частности, лепщиков по гипсу и художника, делавшего стенную роспись в столовой и на втором этаже, привез с собою мистер Уолш.

– Где ты находила рабочих?

– В деревне и на ближайших фермах.

– Среди них были иностранцы? Которых ты не знала лично?

Алиса размышляла над вопросом несколько минут.

– Не думаю. Я проверю по платежным ведомостям, но я и так уверена, что все они – наши соотечественники.

– А как насчет мастеров, нанятых мистером Уолшем? Он всех их знал лично?

– Не могу сказать. Знаю, что с художником он работал и раньше. Они упоминали фрески на сводах часовни лорда Томасвилла, которую расписывали прошлой зимой. Совершенно уверена, что двое из лепщиков раньше, до появления у нас в усадьбе, тоже работали с мистером Уолшем. О других не знаю, – и Алиса тяжело вздохнула. – Если бы ты подробно объяснил, что тебе надо узнать, я бы, наверное, снабдила тебя более подходящими сведениями.

Тщательно взвесив решение, Морган сказал:

– Тот конверт, что я достал из старого бюро, я положил туда еще в начале весны, когда в последний раз был в Вестгейт-Мэноре. У меня есть основания думать, что за время моего отсутствия к го-то обнаружил конверт, прочитал содержимое и продал весьма секретную информацию. Не подозреваешь ли кого-нибудь, способного на это?

– Нет, – призналась она в полном изумлении. Что же могло быть в конверте такого, чтобы кто-то пожелал это купить? Алиса скромно склонила голову набок. – Тебе, конечно, ясно, что я теперь понимаю еще меньше, чем до твоего объяснения.

– Прошу прощения, – сказал он серьезно, – но я не хотел быть таким уж таинственным. Ты должна мне верить, когда я говорю, что для тебя же безопаснее не знать всю правду.

От его серьезного тона Алиса встревожилась:

– А тебе самому не грозит опасность, Морган? – спросила она голосом, выдающим испуг.

– Нет, – заверил он ее, тронутый ее участием. – Но мне бы очень помогло, если бы я смог определить, у кого был доступ к этому бюро.

– Да любой, кто был в усадьбе, мог запросто войти в библиотеку и обыскать помещение. Может быть, чтобы кого-то специально присылали сюда поискать эти документы?

– Не может, – ответил Морган, поразившись, как она быстро ухватила суть ситуации. – По-моему, кто-то случайно натолкнулся на эти бумаги, но был достаточно осведомлен о ценности содержащейся в них информации.

– А что же именно было в конверте, Морган? – шутя спросила Алиса. – Карта клада? – Но, поскольку он нахмурился, перешла на серьезный тон: – Могу заверить, что все рабочие, которых нанимала я, местные, и я их знаю лично. Издалека приехали лишь те, кого нанимал мистер Уолш. Только он может поручиться за них. А больше никого здесь и не бывало, если только ты не подозреваешь Тристана с Каролиной.

– Все может быть, – откликнулся Морган сурово.

– Только не Тристан! – прошептала в ужасе Алиса.

– Нет, конечно, не Трис, – поспешил заверить ее Морган. – Однако Каролина привозила в усадьбу бессчетное число своих друзей и родственников. Не припомнишь ли, бывали здесь граф Анри Дюпоне и Мадлен Дюпоне?

Алиса заметно напряглась от этого вопроса, сразу узнав фамилию Дюпоне.

– Никогда не встречала ни одного из них, но Каролина и Присцилла, если у них не было особых причин, редко беспокоили меня во время своих наездов. Обычно я бывала очень занята. И, как правило, с ними занимался мистер Уолш. Отчетливо помню, что мистер Уолш упоминал лишь одного – младшего брата Каролины, Гилберта. Мистер Уолш отзывался о нем как об исключительно сведущем человеке.

Морган кивнул, стараясь усвоить эту информацию.

– Прости, дорогая, но мне бы надо было посидеть над теми папками, которые ты мне дала сегодня.

– Сейчас? – зеленые глаза Алисы потемнели от удивления. Разумеется, они не представляли собою типичных молодоженов, но тем не менее это была их брачная ночь.

– Да, сейчас, – ответил он. – Иди, ложись, а я приду попозже.

Алиса обиделась, но не захотела показаться назойливой и ушла, оставив Моргана в одиночестве. Войдя в спальню и чувствуя себя немного расстроенной, присела у туалетного столика. Вынув шпильки из высокой прически, энергично тряхнула головой. Машинально потянулась за щеткой для волос, но не нащупала ее на столике. Затем внимательно осмотрела всю комнату и не нашла ничего из своих личных вещей. Тогда она вышла, чтобы поискать Мейвис.

– Вот ты где! – сказала Мейвис, внезапно появившись в коридоре. – Я и подумала, что ты по ошибке пошла в свою старую спальню.

– Не понимаю, Мейвис!

– Сегодня вы, ваша светлость, будете спать в хозяйских покоях.

– Ой! – вырвалось у Алисы, и сердце зашлось в радостном трепете. Ведь именно в хозяйских покоях и ночевал обычно Морган.

– Ну, пойдем, ваша светлость, ты же не желаешь заставлять супруга ждать тебя.

Алиса закатила глаза:

– Ради всего святого, Мейвис, прекрати называть меня «ваша светлость»! То, что я вышла замуж за герцога, вовсе не означает, что я тут же заважничаю. Я ведь и сегодня та же самая, что и вчера, – и она глянула на свой круглый живот. – Ну, может, капельку попредставительнее, чем вчера, но женщина-то, в общем, та же.

В ответ на это Мейвис обиженно пыхнула.

– Герцог просил меня помочь тебе, ваша светлость, с вечерним туалетом, – решительно сказала Мейвис.

Алиса разочарованно сдалась и покорно пошла за Мейвис по коридору, ворча, что сегодня все раскомандовались. Но ее недовольство поутихло, когда она, войдя в покои, приметила большое корыто перед ревущим камином. Алиса взвизгнула от радости и бросила благодарный взгляд на Мейвис. Пожалуй, не так уж и плохо быть герцогиней!

Алиса спокойно стояла, а Мейвис снимала с нее платье, прелестную новую, отделанную кружевами нижнюю рубашку, и невесомые нижние юбки. Затем Алиса села на низкий стул, и Мейвис расшнуровала и сняла с нее туфли и стянула шелковые чулки. Поддерживаемая Мейвис, Алиса осторожно опустилась в корыто, и усталые мышцы блаженно расслабились в теплой воде. Мейвис засуетилась, убирая одежду Алисы.

– Тебе нужна настоящая личная служанка, – проворчала Мейвис, – я уже стара для этого.

– Ха! – хохотнула Алиса. – Тебе же самой все это очень нравится делать. И когда мы приедем в Рэмзгейт-Касл, герцог наверняка приставит ко мне кого-нибудь еще, – и Алиса порывисто села, расплескав воду из корыта. – Мейвис, ведь ты поедешь со мною в Рэмзгейт-Касл, да?

– Я бы посмотрела на того, кто захотел бы не пустить меня туда, – откликнулась Мейвис. – Надо ведь присмотреть за тобою и за ребеночком тоже.

– Слава Богу! – облегченно вздохнула Алиса. Она не чувствовала себя готовой в одиночку, без неукоснительной помощи Мейвис, лицом к лицу встретить новую жизнь, не говоря уж о таинствах деторождения.

Когда Алиса закончила принимать ванну, Мейвис подала ей руку и помогла выбраться из корыта, быстро укутала ее в огромное банное полотенце, вытерла и надела на нее ночную рубашку.

– Ты уверена, что надо надеть именно эту рубашку? – спросила Алиса, застегивая рукава. – Она несколько откровенная.

Рубашка, выбранная Мейвис, из мягкого, прозрачного шелка, была почти воздушной. Сердцевидный ее вырез сильно открывал плечи и немного грудь. Длинные пышные рукава застегивались пуговками на запястьях. Алиса себя чувствовала в ней полуголой.