Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 286

Тифус тоже слышал это. Одинокий голос, шепчущий Имперские литании по вокс-каналу. Благословения имени Императора причиняли боль слуху Вестника, и он отключил канал, щелкнув по значку на внутреннем дисплее шлема.

— Найти его, — приказал Тифус своим боевым братьям. Воины Гвардии Смерти подошли ближе к «Химерам» — и начали умирать.

Девять башен «Химер» мгновенно повернулись, и сервиторы Осирона — подключенные к системам вооружения «Химер» по приказу Тэйда — открыли огонь по предателям. Многоствольные башенные лазеры, издавая высокий вой, пробивали броню Астартес, тяжелые болтеры в лобовой броне БМП загрохотали злобным хором.

Бессмертные воины, хотя их бессмертие было даром Губительных Сил, обладали и слабостями. Космодесантники Гвардии Смерти выживали тысячелетиями, будучи зараженными сверхъестественной чумой, но их невероятная стойкость к страданиям плоти делала их громоздкими и неуклюжими — по крайней мере, по сравнению с тем временем, когда они были истинными Астартес. Они искали укрытия с тяжелой медлительностью, некоторые были убиты, их жизни, длившиеся десять тысяч лет непрерывной боли, прервались навсегда под градом огня.

«Рука Мертвеца» ждала, пока Гвардия Смерти войдет в монастырский парк и окружит «Химеры». Вертэйн облизал губы, наблюдая, как предатели в серо-зеленой броне ищут укрытия за небольшими постройками в парке. Он распределил цели, послав сигналы серией вокс-щелчков трем остальным пилотам, чтобы они не тратили зря боеприпасы, стреляя по одним и тем же целям, и приказал атаковать.

Услышав, что Зейлен еще читает Литанию, Вертэйн улыбнулся.

ЯРОСТЬ ТИФУСА не знала пределов. Он приказал своим воинам уничтожить «Химеры» и разорвать шагоходы на куски. Половина этого приказа была исполнена. Сервиторы в «Химерах» мало что могли сделать, когда космодесантники Хаоса разрезали броню и атаковали их ревущими цепными клинками.

«Стражи», однако, сумели отступить, скрывшись среди безлюдных, окутанных ночной тьмой улиц города. Лишь презрительный смех их пилотов эхом звучал в воксе.

В этой недолгой кампании силы Вестника понесли страшный урон, но, во имя Великого Отца, наконец-то он был здесь.

И сейчас он… сейчас…

— Нет… — выдохнул Тифус, чувствуя, как рой в его внутренностях испуганно сжался.

— Лорд? — спросил стоявший рядом воин Гвардии Смерти.

Бесконечный вопль из подземелий монастыря внезапно смолк в глубинах разума Вестника. Тифус стиснул зубы, расколов два из них, и проглотил волну трупных мух, которые были готовы вырваться из его рта.

— Нет! — взревел он, и звук эхом отразился от стенок его рогатого шлема.

«НЕТ!» в тысячу раз громче кричал голос в его разуме.

ИЗ ТЫСЯЧИ ОСТАЛОСЬ не больше сотни.

Избитые, израненные, покрытые кровью, последние сто бойцов 88-го полка вошли на мостик «Удрученного».

Сломанная рука Джевриана была вправлена, но он хромал из-за глубокой раны в бедре, которую нанесли ему когти одной из варп-тварей. Рана была смазана дезинфицирующим гелем, но болела, по словам Джевриана, как сволочь. Дыхание Осирона с хрипом вырывалось из респиратора, усталые руки техножреца сжимали силовой топор. Рядом с ним шел Рекс, челюсти раскрыты в готовности к бою. Бронированное тело кибер-мастифа было покрыто запекшейся вражеской кровью.

Тэйд и Деррик не были ранены, но очень устали, цепной меч Тэйда заклинило от попавших в механизм кусков плоти врага. Кай истратил на варп-тварей все освященные боеприпасы пси-пушки, и просто сбросил ставшее бесполезным оружие на пол.

Солдаты 88-го, войдя в круглый зал, развернулись веером, глазами к центру, где на огромной ступенчатой платформе возвышался командный трон. С потолка зала свисали цепи, украшенные старыми шлемами «Тип III» давно мертвых космодесантников-лоялистов. Банки когитаторов и консоли были разбиты, рядом с многими из них лежали кости — все, что осталось от их операторов, погибших на своих постах.

Сотня лазганов поднялась в готовности открыть огонь, когда Тэйд указал мечом на фигуру на троне. Существо возродилось. Хотя резервы его силы были истощены созданием чумы и незримыми ранами, причиненными последней атакой Сета, но оно чувствовало близость Тифуса, и это придавало ему смелости. Несомненно, когда-то оно было космодесантником. Время и дары его ужасного бога неузнаваемо изменили его. То, что сидело сейчас на троне, было искажено и изуродовано, с конечностями, похожими на дубины, словно чудовище из кошмаров псайкера, облаченное в броню космодесантника. Местами его плоть превратилась в жидкость, плавилась и текла, словно горячий воск. Кожу его покрывали волдыри, бубоны и кровоточащая сыпь.

— Привет, — сказало оно.

— Во имя Бога-Императора, — произнес Кай, и демон понял, что инквизитор — единственная настоящая угроза для него здесь. От Кая исходила психическая энергия. В ту секунду, когда демон ощутил это, он испытал страх.

— Умри, — сказал он инквизитору.

Кай умер. Не сразу, но через несколько недолгих секунд. Вены вздулись на его темном изуродованном шрамами лице, когда он собрал всю свою ментальную силу, чтобы отразить телепатическую атаку невероятной мощи. Она была более страшной и болезненной, чем любое физическое насилие. Бастиан Кай, проделавший весь этот путь ради службы Трону, вытащил силовой меч и включил его, чувствуя, как чужая мощь пожирает его разум. Он мог бы, по крайней мере, немного утешиться тем, какое огромное усилие приложил демон, чтобы использовать этот ментальный приказ. Он мог бы гордиться, узнав, что демон боялся его настолько, что рискнул еще больше истощить свои силы — только для того, чтобы уничтожить Кая.

Кадианцы не видели смерти инквизитора. Когда Кай исполнил ужасный приказ и всадил клинок себе в живот, гвардейцы уже стреляли по демону.

— Вы пришли, чтобы привести меня обратно, к свету ложного Императора? — демон говорил голосом Сета, хотя в чудовищном теле, покрытом измененной силовой броней, не осталось ничего от кадианского псайкера. — Чтобы указать мне на мои грехи в свете вашего мертвого бога?

«Что-то вроде того», подумал Тэйд, нанося удар своим сломанным мечом, сотня лазганов в ярости изрыгала огонь.

В ОБЩЕЙ СЛОЖНОСТИ, последний бой между выжившими солдатами Кадианского 88-го полка и демоном, призвавшим чуму на Катур, длился менее минуты и стоил жизни сорока шести верным слугам Трона.

Залпы лазерного огня почти не причиняли вреда чудовищу, и оно неистовствовало на мостике, разрывая солдат когтями, останавливаясь только для того, чтобы изблевать поток кислоты на тех, кто был слишком медлителен или слишком горд, чтобы отступить.

Тэйд и Хорларн, оба со сломанными цепными мечами, бросились в атаку на демона. К ним присоединился раненый Бен Джевриан с обломком силовой сабли, и два десятка солдат с пистолетами и штыками. За Тэйдом в бой бросился и Рекс.

Эта атака привела лишь к новым потерям. Хорларн был обезглавлен когтями демона. Тэйда спас от такой же участи Осирон, в последний момент блокировав металлической рукой удар когтей. От аккумуляторов и серво-руки на спине Осирона посыпались искры, ее суставы гнулись под страшным давлением, но технопровидец сдерживал тварь достаточно долго, чтобы Тэйд успел снова встать на ноги.

Последним действием технопровидца в бою был удар двуручного топора, нанесенный со всей силой аугметических рук и глубоко вонзившийся в тело демона. Это уже имело какой-то эффект. Топор разрубил хребет чудовища, демон рухнул на колени. Ответный удар отбросил Осирона к стене зала, где техножрец и умер спустя несколько минут от сильной потери крови и внутренних кровотечений.

Лазерный огонь с новой силой обрушился на упавшего демона, теперь каждый луч выжигал глубокие следы в гниющей плоти на лице твари. Тэйд атаковал демона с другой стороны, оба болт-пистолета стреляли, пока не кончились боеприпасы. Рекс прыгнул на монстра, челюсти кибер-мастифа срывали с костей демона куски гнилого мяса размером с человеческую голову.