Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 258

Мечи встречались снова и снова, отражая лунный свет каждый раз, когда они по-змеиному быстро сталкивались. Лейтенант-разведчик Вертэйн поставил своего «Стража» в толпе недалеко от Таана Деррика. Вертэйн высунулся из бортового люка своей машины, немигающими глазами наблюдая за схваткой.

— Не могу сказать, кто из них побеждает, — сказал он.

— Кажется, они оба побеждают.

Вертэйн оторвал взгляд от сражавшихся, чтобы найти в толпе Бена Джевриана. Сержант касркинов считался лучшим фехтовальщиком полка, но если пилот «Стража» надеялся увидеть в выражении лица Джевриана какой-то намек на исход дуэли, сдержанный взгляд командира касркинов не давал никаких ответов. Вертэйн продолжил смотреть на бой.

Бойцы увертывались и маневрировали, их выключенные мечи мелькали в воздухе, с металлическим лязгом встречаясь один, два, три раза в секунду. Оба тяжело дышали уже меньше чем через минуту после начала дуэли, ни один из них не привык сражаться с фехтовальщиком равного мастерства.

В один из моментов, когда их мечи снова скрестились, бойцы сошлись, каждый из них старался оттолкнуть своим клинком меч противника. Тионенджи улыбнулся, глядя в глаза Тэйда.

— Вы… хорошо фехтуете, — его зубы были сжаты от усилий, как и у капитана.

— Я еще лучше, когда мой клинок включен, — ухмыльнулся Тэйд.

— Как и мы все.

Они разошлись, никто не получил преимущества в этом противостоянии. Снова начался обмен ударами, каждый из них заканчивался отбивом или блоком, останавливавшим оружие. Когда бойцы снова сошлись лицом к лицу, Тионенджи невесело улыбался, тяжело дыша.

— Вы… выглядите усталым… мой фиолетовоглазый друг.

— Вовсе нет, — Тэйд улыбнулся в ответ, пот щипал ему глаза. За пять минут этого боя он устал так же, как за всю ночь в монастыре. — Но если вы желаете отдохнуть… я буду джентльменом и позволю вам сделать перерыв.

Как и в начале боя, последние удары были нанесены с такой скоростью, что зрители поняли, что случилось, лишь спустя несколько секунд после того, как все закончилось.

Тионенджи отскочил назад, в последний момент избежав удара меча Тэйда в горло, которого он не имел возможности блокировать. Кадианец после этого удара на секунду потерял равновесие, и эта единственная ошибка возвестила конец схватки. Тонкий клинок-полумесяц выбил меч Тэйда из его руки на грязную землю.

Все это произошло за один удар сердца.

Тионенджи намеревался направить острие меча в грудь Тэйда. Он намеревался спросить своим прекрасным голосом оратора «Вы сдаетесь?» и произнести короткую речь на тему того, каким превосходным бойцом был капитан.

Предположительно, это было бы хорошо воспринято полком. Солдаты были уже впечатлены боевым искусством комиссара, и Тэйд был прав — продемонстрировав храбрость и мастерство, комиссар встретил бы более теплый прием у солдат с мира воинской культуры, чем если бы он просто присутствовал на брифингах.

Однако его планы проявить милосердие победителя не осуществились. Считая, что он уже победил, комиссар на мгновение ослабил защиту. Понадобилась доля секунды, чтобы осознать, что Тэйд еще не закончил бой. Тогда Тионенджи вспомнил слова капитана.

До первой крови.

Не успел он поднять клинок, чтобы блокировать угрозу, как Тэйд нанес круговой удар ногой с сокрушительной силой. Голова Тионенджи откинулась назад, он пошатнулся, ослепленный слезами в глазах и раскаленной болью, вспыхнувшей в щеке.

Он сплюнул густую слюну с медным вкусом, чувствуя, что это кровь. Тысяча человек победно взревели. Когда в глазах комиссара прояснилось, он увидел, что Тэйд протягивает ему руку — и снова это была левая рука. Его настоящая рука.

— Первая кровь за Кадией! — сказал капитан, все еще пытаясь перевести дыхание.

Тионенджи пожал его руку и усмехнулся, показав окровавленные зубы.

— Первая кровь за Кадией, — повторил он, чувствуя традицию за этими словами.

Солдаты снова одобрительно закричали.

Глава VII

ВОЕННЫЙ СОВЕТ

Штаб Отвоевания, за пределами Солтана

ОНИ СОБРАЛИСЬ в командирском бункере лорда-генерала — сборном строении неподалеку от его палатки. Вдоль стен помещения сервиторы и адепты работали с вокс-сканнерами и тактическими когитаторами, необходимыми для разработки планов Отвоевания, и поддерживали связь с кораблями на орбите. Несколько офицеров 40-го полка «Хадрис Рифт» сопровождали Куратора, собравшись у круглого стола с множеством карт в центре помещения. Каждый из них был одет так же, как сам лорд-генерал: парадная нефритово-зеленая форма с золотой отделкой. Куратор Маггриг сиял в отраженном свете экранов. Для встречи с инквизитором он надел свою лучшую парадную форму с золотыми знаками различия полка «Хадрис Рифт». И приказал своим офицерам одеться так же.

Инквизитор Кай прибыл рано. Он стоял отдельно, опираясь руками на стол и сосредоточенно изучая карты. Когда он вошел в бункер, он вежливо отсалютовал, но полностью проигнорировал великолепие парадной формы. Единственные слова, которые он произнес за последние пять минут — спросил, где капитан Тэйд.

Полковник Локвуд присутствовал здесь как командир Тэйда. Старший офицер Кадианского 88-го невозмутимо стоял в своей полевой форме, рассматривая регионы на карте, которые привлекли внимание инквизитора. Он был здесь, чтобы узнать, где будет действовать значительная часть его полка, и спланировать дальнейшие действия, пока силы Тэйда находятся в распоряжении Инквизиции. Локвуд никак не выражал неудовольствия сложившимся положением. Лицо полковника было ничего не выражающей маской.

Тэйд прибыл точно вовремя, войдя в бункер в своей боевой броне и с оружием. Отсалютовав всем присутствующим, он занял место напротив полковника Локвуда. За Тэйдом вошли несколько человек. Справа от него встали четыре младших офицера, в такой же полевой форме, что и капитан.

— Инквизитор, — сказал Тэйд, — Это мои офицеры: лейтенант-разведчик Адар Вертэйн, старший лейтенант Корим Хорларн, младший лейтенант Таан Деррик. А это мастер-сержант Бен Джевриан, командир касркинов.

Каждый офицер, когда произносилось его имя, делал знак аквилы. Громоздкая панцирная броня Джевриана лязгнула, когда он отсалютовал.

— А это, — Тэйд указал на людей слева от себя, — технопровидец Билам Осирон, санкционированный псайкер-советник Сет Роскрейн и комиссар Аджатай Тионенджи.

Снова все представленные ответили имперским приветствием, кроме Осирона. Никто не был этим удивлен. Техножрецы были известны своей преданностью культу Бога-Машины, Омниссии, и почитали Императора по-своему, тайно.

Осирон просто поклонился. Это движение вызвало механическое жужжание его аугметических суставов.

— Господа, благодарю вас всех за то, что изволили явиться, — инквизитор Кай указал на карту столицы. — Лорд-генерал, не будете ли вы так любезны кратко изложить нам текущую тактическую обстановку? Как продвигается Отвоевание в столице Солтане?

Маггриг подошел ближе к столу. Он привлекал внимание всех собравшихся, хотя по разным причинам. Его напыщенное чванство надоело Каю, который неохотно обращал на него внимание, хотя для офицеров полка «Хадрис Рифт» Маггриг был безупречным гением тактики. Кадианцы же в основном считали, что он до смешного роскошно нарядился.

Полковник Локвуд был особенно не впечатлен отделкой и богатством, украшавшими парадную форму Маггрига. Он видел меньше золота на изображениях Трона Бога-Императора.

Куратор подождал секунду, убедившись, что привлек внимание всех присутствующих. Он прочистил горло и хладнокровно посмотрел в глаза инквизитору, скрывая улыбку от того, что полностью владел ситуацией. Смелый, уверенный, хладнокровный, сосредоточенный — он был воплощением всего благородного в том, как солдаты полка «Хадрис Рифт» вели войну. Он чувствовал на себе взгляды своих офицеров. Он чувствовал, как он вдохновляет их, и…

— Это промедление начинает мне надоедать, — сказал Кай. — Полковник Локвуд, пожалуйста, доложите о ходе боевых действий в городе. Особенно в главном храмовом районе.