Тайна за семью печатями - Арчер Джеффри - Страница 77

– Забудь про нее, – сказал дон Педро. – Нам она бесполезна, если только где-то не замарается. Займись его бывшей женой и, если майор может организовать встречу, выясни, что ее интересует: деньги или месть. Едва ли не каждая бывшая жена желает первого либо второго, а в большинстве случаев – того и другого. – Он улыбнулся Луису. – Хорошая работа, мой мальчик.

Затем он повернулся к Диего:

– Что у тебя?

– Я еще не закончил. – В голосе Луиса прозвучали нотки обиды. – Случайно нашел человека, знающего о семье Баррингтон больше, чем они сами.

– Что за человек?

– Частный детектив по имени Дерек Митчелл. В прошлом работал на обоих Баррингтонов и Клифтонов, но я чую, что за определенную сумму мне удастся уговорить его…

– Не подходи к нему ближе, чем на пушечный выстрел, – твердо сказал дон Педро. – Если ему вздумается надуть своих бывших работодателей, почему ты считаешь, что при удобном случае он не сделает то же самое с нами? Однако не спускай с него глаз.

Луис кивнул, хотя выглядел разочарованным.

– Диего?

– Пилот БТВА по имени Питер Мэй останавливался в отеле «Милонга» на две ночи в то же самое время, когда Себастьян Клифтон находился в Буэнос-Айресе.

– И что же?

– Этого же человека видели выходящим из задней двери посольства Британии в день приема в саду.

– Совпадение.

– И консьерж «Милонги» случайно услышал, как некто, знакомый что ли, обращался к этому человеку, называя его Гарри Клифтон, а именно так зовут отца Себастьяна Клифтона.

– А вот это уже меньше похоже на совпадение.

– Причем, как только его разоблачили, человек первым же самолетом вылетает в Лондон.

– Совсем не совпадение.

– Больше того, мистер Клифтон уехал, не оплатив в отеле счет, который позже забрало британское посольство, доказав, что отец и сын не только находились в Буэнос-Айресе в одно и то же время, но и наверняка работали вместе.

– Тогда почему они не остановились в одном отеле? – спросил Луис.

– Не хотели, чтобы их видели вместе, так я полагаю, – сказал дон Педро. Чуть помедлив, он добавил: – Отлично сработано, Диего. Случаем, не Гарри Клифтон пытался купить мою статую на аукционе?

– Не думаю. Когда я спросил председателя «Сотби», кто это был, он заверил меня, что не имеет ни малейшего понятия. Хоть я и намекнул, но мистер Уилсон явно не тот человек, которого можно искусить взяткой, и я подозреваю, что, если попытаться его припугнуть, его следующий звонок будет в Скотленд-Ярд. – (Дон Педро нахмурился.) – Однако я, похоже, учуял одну слабость мистера Уилсона, – продолжил Диего. – Когда я дал понять, что ты подумываешь вновь выставить «Мыслителя» на продажу, он проговорился, что в его приобретении может быть заинтересовано британское правительство.

Дон Педро взорвался фонтаном ругательств, способным шокировать тюремного надзирателя. Успокоился он не сразу, и, когда это ему наконец удалось, он проговорил почти шепотом:

– Ну, теперь я знаю, кто украл мои деньги. И наверняка они уже уничтожили банкноты или передали их Банку Англии. В любом случае, – ожесточенно прошипел он, – больше из тех денег мы не увидим ни пенни.

– Но даже британское правительство не смогло бы провести такую операцию без сотрудничества с Клифтонами и Баррингтонами, – предположил Диего. – Так что наша цель не меняется.

– Согласен. Как у тебя идет формирование команды? – спросил Мартинес, быстро меняя тему.

– Я сколотил небольшую группу тех, кому не нравится идея платить налоги. – (Остальные трое рассмеялись впервые за это утро.) – Пока держу их на гонораре и готов к действиям, как только дашь команду.

– Они догадываются, на кого им предстоит работать?

– Нет. Считают меня иностранцем с мешком денег и, честно говоря, не задают вопросов, поскольку я плачу им наличными и вовремя.

– Отлично. – Дон Педро повернулся к Карлу. – Тебе удалось узнать, кто проинформировал Баррингтона о том, что его племянник едет в Саутгемптон, а не в Лондон?

– Доказательства у меня нет. Но к сожалению, все сходится на Бруно. Он единственный, кто мог это сделать.

– Этот мальчишка всегда был не в меру честным. Это его мать виновата. Ни в коем случае мы не должны говорить о моих планах в его присутствии.

– Но ведь ни один из нас толком и не знал о твоих планах, – сказал Диего.

Дон Педро улыбнулся:

– Не забывай: чтобы поставить империю на колени, надо устранить ближайшего претендента на трон.

45

Без минуты десять брякнул звонок входной двери. Карл открыл.

– Доброе утро, сэр, – проговорил он. – Чем могу служить?

– Мистер Мартинес назначил мне встречу на десять часов.

Карл слегка поклонился и ступил в сторону, давая гостю войти. Он провел его через прихожую, легонько постучал в дверь кабинета и объявил:

– Ваш гость прибыл, сэр.

Мартинес поднялся из-за стола и протянул руку:

– Доброе утро. С нетерпением ждал встречи с вами.

Закрыв дверь кабинета и направляясь на кухню, Карл миновал Бруно, болтавшего по телефону.

– Отец дал мне два билета на завтрашний мужской полуфинал на Уимблдоне и предложил пригласить тебя.

– Очень любезно с его стороны, – отвечал Себ. – Но в пятницу у меня встреча в Кембридже со старшим преподавателем, так что, думаю, не получится.

– Да не глупи, – уговаривал Бруно. – Что тебе помешает поехать в Лондон завтра утром? Начало матча в два, и, если приедешь сюда к одиннадцати, времени у тебя будет навалом.

– Так все равно на следующий день надо к полудню быть в Кембридже.

– Тогда оставайся на ночь, а в пятницу утром Карл отвезет тебя на Ливерпуль-стрит.

– А кто играет?

– Фрейзер с Купером, гарантирую классную битву. А будешь себя хорошо вести, отвезу тебя в Уимблдон на своей шикарной новенькой машине.

– У тебя машина? – поразился Себастьян.

– Оранжевый «МГ» с откидным верхом. Папа подарил мне его на девятнадцатилетие.

– Вот же везет! Мне папа подарил полное собрание сочинений Пруста.

Бруно рассмеялся:

– А будешь очень хорошо себя вести, расскажу по пути о своей последней подруге.

– Последней? – хмыкнул Себастьян. – Ты бы сначала обзавелся первой, прежде чем заиметь «последнюю».

– Да ты, никак, завидуешь?

– Отвечу, когда познакомлюсь с ней.

– Шансов у тебя ноль, поскольку я не увижу ее до пятницы, а к тому времени ты будешь трястись в поезде в Кембридж. Ладно, увидимся завтра часов в одиннадцать.

Бруно опустил трубку и направился было в свою комнату, когда дверь кабинета открылась и появился его отец, приобнимая за плечо джентльмена с военной выправкой. Бруно и в голову бы не пришло подслушивать, не прозвучи вдруг имя Баррингтона.

– Мы в два счета вернем вас в состав правления, – говорил его отец, провожая гостя к входной двери.

– Об этом я могу только мечтать.

– И все же, майор, я хотел бы, чтобы вы знали: мне не интересен единичный «налет» на Баррингтонов лишь ради того, чтобы причинить беспокойство их семье. Мой долгосрочный план – принять на себя руководство компанией, а вас назначить председателем. Неплохо звучит?

– Если это еще и свалит Баррингтона, ничто не порадует меня больше.

– Не одного только Баррингтона, – сказал Мартинес. – Я намереваюсь уничтожить каждого члена этой семьи одного за другим.

– Еще лучше.

– Итак, первое, что вы должны сделать, – начать скупать акции Баррингтона, если и когда они появятся на рынке. В тот момент, когда у вас будут семь с половиной процентов, я верну вас в правление в качестве моего представителя.

– Благодарю, сэр.

– Не называйте меня так. Для друзей я Педро.

– В таком случае я – Алекс.

– Просто помни, Алекс, с этого момента ты и я партнеры, а цель у нас одна.

– Лучше не придумаешь, Педро.

Они пожали на прощание руки. Дон Педро готов был поклясться, что слышал, как майор насвистывал, уходя.

Когда дон Педро вернулся в дом, в прихожей его дожидался Карл: