Незаконнорожденная - Уэбб Кэтрин - Страница 68

Она опустила голову от стыда и заплакала, причем даже скорее от смущения, чем от горя.

Дункан Уикс протянул морщинистую руку и похлопал ее по локтю.

– Ох, бедная девочка. И мой глупый мальчуган! – проговорил он и покачал головой.

– Что мне делать? – спросила Рейчел с отчаянием.

– Что делать? – переспросил Дункан Уикс и грустно улыбнулся. – Что ж, с этим ничего нельзя поделать, моя дорогая.

– Ничего? Но… но он… он…

– Он не изменял после свадьбы?

– Насколько я знаю, нет.

– Тогда почему бы не быть ему за это благодарной? – проговорил старик тихо.

– Благодарной?

– Моя дорогая девочка, молодые люди с красивым лицом, да и с некрасивым тоже, всегда пользуются куда большей свободой, чем юные леди. Так было всегда. Мир полон простушек, которые принимают обещание жениться или даже простой комплимент как знак помолвки, после которой уже можно ложиться в чужую постель. Конечно, вам этого не понять. Вы росли в чистоте и целомудрии. Но немало молодых женщин воспитаны иначе и склонны поступать под влиянием чувств, а не здравого смысла, если вы понимаете, о чем я говорю. Ричард всегда привлекал к себе шлюх, и трудно ожидать, чтобы он, как, впрочем, и любой другой, оказавшийся на его месте молодой человек, полный сил и здоровья, не пустился бы во все тяжкие. Ожидать обратного было бы все равно что подразнить пчелу ароматным цветком, а потом попросить на него не садиться.

– Выходит, такое поведение оправдывают? Оно общепринято?

– Оправдывают? В общем-то, нет. Я лишь говорю о том, что редкий молодой человек настолько добродетелен, что идет к свадебному алтарю таким же чистым, как в день, когда он родился. Пожалуй, предосудительное поведение в таких случаях бывает… ожидаемо. Плохо то, что это вскрылось и ранило вас. Куда лучше, когда юная леди живет в браке счастливо, не ведая о прошлых прегрешениях мужа.

– Вы хотите сказать, что неведение – это благо? – спросила Рейчел с горечью в голосе.

– Да, иногда так и есть.

– Так, значит, мужская воздержанность всего лишь миф?

– Почему же миф? Она встречается и в реальности, моя дорогая. Просто теперь, когда вам стало известно о проступке мужа, ваше понятие о добродетели нужно подправить. Позвольте напомнить еще раз, что он больше не грешил после свадьбы, а это уже внушает уважение. Вы не согласны?

– Возможно, и так, – отозвалась Рейчел безучастно. Она подняла голову, и Дункан Уикс виновато улыбнулся. – Не стоило мне вам жаловаться, – сказала она. – Вы его отец. Зря я это сделала. Простите.

– Нет, не зря. Можете ко мне приходить когда захотите.

– Ни одна из моих надежд не сбылась, – пробормотала Рейчел.

– Ах, моя дорогая, они никогда не сбываются! Но постарайтесь простить моего мальчика. Что сделано, того не воротишь. Он вас любит, в этом я не сомневаюсь.

Рейчел задумалась над его словами и ничего не ответила.

Некоторое время они сидели в молчании, глядя, как тлеют и дымятся догорающие угли в камине. Бренди согревал Рейчел гораздо больше, чем жалкий огонь. Откуда-то сверху доносилась тихая нежная песня, слова которой повторялись снова и снова, и тонкий голосок плачущего ребенка. Рейчел пошарила в кармане и вынула кошелек. Там лежали деньги, предназначенные для того, чтобы купить еду к ужину, и она передала их Дункану.

– Что это? – спросил он удивленно.

– Пожалуйста, возьмите. Купите на них угля для камина.

– Вы слишком обо мне заботитесь, моя дорогая. Спасибо, но я…

– Пожалуйста, возьмите, иначе мне придется отправиться за углем самой, и я испачкаю свое платье. Возьмите. Будет неправильно, если мы с Ричардом станем обедать в тепле у счастливого домашнего очага, в то время как вам придется дрожать здесь в одиночестве. И сегодня мне уже не впервой грешить против мужа. Семь бед – один ответ.

– У вас доброе сердце, миссис Уикс.

– Пожалуйста, зовите меня просто Рейчел. Ведь мы теперь родственники, разве не так?

Лицо Дункана Уикса засветилось от удовольствия, хотя он не положил деньги в карман, а продолжал смущенно держать монеты в руке.

– Не думаю, что Ричард вас за это похвалит, Рейчел.

– Муж не должен ничего узнать. – «Если повезет, и он ничего не заметит». – Я ему скажу, что потратила деньги на ленты. Мать всегда говорила, что слово «ленты» способно одурманивать сознание мужчин. Они знают, что женщинам они нужны, но не могут понять почему.

Она улыбнулась, и Дункан усмехнулся тоже. Рейчел допила бренди и уже встала, чтобы уйти, но вдруг ее посетила еще одна мысль.

– Можно спросить вас кое о чем, сэр? Миссис Аллейн сообщила мне нечто такое, что не идет из моей головы. Она сказала, что во времена семейных неурядиц Ричард был ей исключительно предан. Насколько я понимаю, она имела в виду давние времена, когда вы с сыном находились у нее на службе. Возможно, это не мое дело, но у меня разыгралось любопытство, и я подумала… не знаете ли вы, что она имела в виду?

Рейчел поправила юбку, накинула шаль и только тут поняла, что старик ей не ответил. Она подняла глаза и была поражена выражением его лица. Челюсть у Дункана отвисла, рот приоткрылся, глаза округлились, и в них читалось беспокойство.

– В чем дело? – с изумлением спросила Рейчел.

Дункан слегка покачал головой и закрыл рот.

– Не могу сказать, – проговорил он хриплым голосом, нервно закашлялся и принялся вытирать ладони о рубашку.

Рейчел уставилась на него в удивлении.

– Мистер Уикс? – проговорила она. – Вы знаете, о чем она говорила?

– Нет, дитя мое. Не знаю. Что бы там ни было, все это уже давно поросло быльем. Я бы на вашем месте выбросил ее слова из головы, – ответил он, не глядя ей в глаза, похлопал себя по карманам, словно что-то ища, и облизнул потрескавшиеся губы.

– Возможно, вы правы… это было всего лишь праздное любопытство, – тихо проговорила Рейчел и подумала: «Интересно, что могло его так испугать в моем вопросе?»

Дункан Уикс кивнул, заметно успокоившись. Она попрощалась и вышла на пустынную улицу, в кромешную темноту. Бездонное небо над головой казалось абсолютно черным. Она шла домой, на Эббигейт-стрит, с дурным предчувствием, смешанным со страхом. Она думала о синяке на лице у Пташки, о том, как та блудила с Ричардом все время, пока тот ухаживал за ней. Рейчел понятия не имела, какие у нее появятся чувства, когда она снова увидит мужа.

Дом был погружен во мрак, и Рейчел какое-то время сидела на кухне за столом, накрытым к ужину. Время шло, Ричард не появлялся, и есть ей совсем не хотелось. Но больше всего ее беспокоило то, что отсутствие мужа вселяет в нее чувство облегчения. «Я останусь связанной с ним до конца моих дней. Что за будущее меня ждет, если я уже теперь рада, когда его нет дома?» Рейчел поднялась в спальню, намереваясь лечь спать, и какое-то время сидела на кровати, положив на колени свою шкатулку. Она осторожно отшпилила спрятанный там локон материнских волос и поднесла к губам. Волосы были гладкими и прохладными. Они не имели запаха и не порождали никаких чувств. Рейчел закрыла глаза и попыталась представить себе Анну Крофтон находящейся в одной комнате с ней. Попыталась услышать совет, который она даст дочери. «Я должна научиться его любить, у меня просто нет другого выбора». Она знала, что мать сказала бы нечто подобное, если бы смогла. Однако все в ней восставало против такой мысли, и Рейчел обратилась к небесам с совсем другими словами: «Я смогу ее найти, мама. Передай папе – я знаю, что вы вместе. Я смогу ее найти. Она станет моим якорем. Это так важно для меня теперь, когда я брошена на произвол судьбы».

На мгновение Рейчел показалось, что она ощущает присутствие матери – тихий скрип половиц под крошечными, обутыми в домашние тапочки ногами, шелест юбки и мягкий звук дыхания. Но когда она открыла глаза, комната, конечно, оказалась пустой, и она почувствовала боль отчаяния, почти физическую, как от глубокой незаживающей раны. Неожиданно в памяти всплыло давнее воспоминание. Голос матери, громко кричащей от страха. Рейчел нахмурилась и постаралась сосредоточиться, чтобы картинка стала более четкой. Ясный день, вода сверкает на солнце. Веселый смех. Отцовские руки хватают ее за талию и поднимают в воздух. И вдруг этот крик матери – громкий, панический. А потом гладь воды, и на ней только солнечные зайчики да цветные блики, отражения неба и речных берегов: синие, белые и зеленые.