Супермаркет (СИ) - Моисеев Валерий Васильевич - Страница 73

   Собственно это были даже не яйца, а скорее огромные икринки, грязно- серого цвета. Сквозь прозрачную, эластичную оболочку были видны находившиеся внутри, небольшие, размером с кулак, спруты.

   После того как все удовлетворили свое любопытство, Хурт неожиданно рассек оболочку одного из яиц острым ножом. Наружу, вместе с жидкостью, вывалился спрут.

   Новорожденный потешно перебирал щупальцами, тщетно пытаясь придать своему нежно-розовому, покрытому черными разводами, тельцу вертикальное положение. Когда ему это, наконец, удалось, он принялся кидаться на людей, словно маленький бультерьер. При этом он норовил вцепиться своим острым кривым клювом им в ноги.

   Хурт выставив древко копья, вперед позволил зверенышу укусить его. Через мгновение от весьма твердой древесины полетели щепки.

   Едва выбравшийся на свет, спрут, размером с кулак наглядно продемонстрировал что, несмотря на свои маленькие размеры, он является довольно-таки опасным созданием.

   - Я вот смотрю на все это безобразие и думаю - а не использовать ли нам это в борьбе со шримпами? - задумчиво пробормотал Михалыч, меланхолично теребя нижнюю губу.

   - Хурт! - привлек внимание предводителя дикарей Вадик. - Шримп и спрут они как, вообще, между собой?

   При этом он на пальцах наглядно изобразил нечто вроде двух недружелюбных ежей.

   Хурт с ходу уловил суть вопроса.

   Он радостно закивал и принялся азартно стучать кулаком о кулак, выкрикивая:

   - Аттак! Аттак!

   - Ну, это же просто прекрасно! - довольно ухмыльнулся экстрасенс. - И сколько этого добра там внизу, мы имеем?

   - Если не секрет, что ты собираешься делать со всей этой икрой? - поинтересовался Борис у наставника, когда троглодиты извлекли всю кладку яиц из-под земли.

   Михалыч внимательно оглядел лежащую прямо на земле гору грязно-серых, влажно блестящих яиц.

   - Здесь, на глаз, около пары тысяч с небольшим яиц. Я собираюсь напустить всю эту орду маленьких грызунов на шримпов! Думаю, что им мало не покажется!

   Для того чтобы воплотить задуманное Михалычем в жизнь пришлось отправить часть охотников обратно в супермаркет. Через несколько часов те вернулись на шримпмобиле груженом необходимым инвентарем.

   Сложив все яйца в полиэтиленовые пакеты их погрузили в транспорт и направились в сторону города шримпов, для того чтобы нанести им очередной визит вежливости.

   В соответствии с планом Михалыча, никакой нужды проникать в город не было. На этот раз все было гораздо проще, хотя риск нарваться на патрули шримпов и существовал. Приблизившись к границе джунглей, вплотную примыкающую к городским предместьям, шримпмобиль заглушили и начали разгружать. После этого, вооружившись лопатами, люди и троглодиты принялись, словно картошку, "сажать" яйца спрута в землю. На все про все ушло пара часов, не более того.

   В ближайшие дни, две с половиной тысячи маленьких подземных хищников, движимые лютым голодом двинутся сначала на предместья, а оттуда и в город. С каждым днем, стремительно набирая в весе и увеличиваясь в размерах, они в самом скором времени должны были стать для шримпов серьезной проблемой. Появление, которой никоим образом не было связано с людьми, ютящимися на окраине грандиозной помойки.

  - 42 -

   Как-то рано утром, когда Вадик с Михалычем о чем-то оживленно беседовали, к ним подошел Плетнев.

   - Привет, капитан! Есть разговор с глазу на глаз. Отойдем?

   В голосе майора звучала обычно не свойственная ему просительная интонация. Что не могло не настораживать.

   Вадик окинул его хмурым взглядом и нехотя кивнул.

   Отойдя в сторону, он спросил:

   - Ну?

   Обычным отзывом на этот пароль было - "Баранки гну"! И Вадик очень рассчитывал, что майор именно так и ответит. Но тот, молча, проглотил оскорбление.

   - Короче, капитан, я мириться пришел. Помнишь, как в детском садике? Мирись, мирись! Больше не дерись! - криво усмехнулся Плетнев.

   - Даже и не знаю что сказать! - честно признался Вадик, недоуменно пожав плечами. - С чего это вдруг?

   - Да, понимаешь какое дело, - устало вздохнул майор. - У меня было достаточно времени, чтобы хорошенько подумать. Извини, я был неправ! Все, что я говорил и делал... В общем, во всем виноваты мои неуемные амбиции. В итоге я понял, что если нам не объединить усилия, то мы просто не выживем в этом аду.

   - Аллилуйя! Наконец-то свершилось и на тебя снизошло просветление! - иронично воскликнул Вадик. - И, что теперь? Наверное, я должен крепко обнять тебя, троекратно облобызать и, от счастья размазывая слезы и сопли, назвать тебя любезным братом? Потом сложить с себя все полномочия и передать тебе командование гарнизоном супермаркета?

   - Нет, это лишнее, - усмехнулся Плетнев. - Просто, мне надоело маяться от безделья. Есть у тебя для меня хоть какое-нибудь дело?

   - Ну, допустим, я тебе поверил, - пристально глядя на него, ответил Вадик. - А как быть с твоим другом сердечным - Рыковым?

   Майор спокойно выдержал его взгляд и холодно ответил:

   - Он мне осточертел со своим эгоцентризмом и себялюбием! Можешь делать с ним все, что тебе заблагорассудится. Хоть шримпам скорми - я, и слова не скажу!

   - Однако, как тебя бросает из крайности в крайность! - Вадик удивленно покачал головой. - Ну, хорошо! Возьми на себя заделку дыр и пробоин в стенах здания. А то боюсь наш доблестный торговый центр, скоро сложится как карточный домик. На нем уже живого места нет. Для начала дам тебе десять человек. А дальше видно будет. Посмотрим, как у тебя дело пойдет! Справишься?

   - Спасибо за доверие, - ответил майор.

   Как ни странно, но в его голосе не было и тени иронии.

   Вадик лишь молча кивнул головой и проводил его долгим взглядом.

   - Представляешь, Плетнев неожиданно перековался! - сообщил он, возвращаясь к Михалычу. - Такой правильный, вдруг стал, что даже противно!

   - Не верю я ему! Дерьмо куй, не куй! Оно все одно будет расползаться и принимать привычную консистенцию! - недоверчиво проворчал экстрасенс.

   Но майор, с места в карьер, развил кипучую деятельность на порученном ему участке. И работал так, что его было не в чем упрекнуть. Разве только в том, что он вконец загонял своих подчиненных.

   Все только диву давались. Человека словно подменили. Майор пахал как заведенный, с раннего утра до позднего вечера.

   Ввиду полного отсутствия металла, Плетневу пришлось изворачиваться, и использовать подручные материалы. В дело шло все - прессованная кость, камни, дерево. Жерди и бревна, вообще, оказались самым ходовым и востребованным материалом.

   В связи с этим, Плетнев собрал бригаду лесорубов, вооружил их топорами и бензопилами и принялся валить лес. Причем делалось это достаточно далеко от супермаркета, так чтобы не демаскировать его расположение.

   Обработанные бревна привязывались веревками к шримпмобилю, который волочил их по земле до самого места назначения. Видя, что штабеля бревен вокруг супермаркета растут, а бригада плотников не успевает расходовать поступающий материал, Вадик выделил Плетневу еще людей.

   После этого дело пошло ускоренными темпами. Скоро супермаркет уже было не узнать. Острые языки утверждали, что Плетнев решил сдуру обшить все здание бревнами, чтобы превратить его в теремок.

   Но это было неправда. В свое работе майор руководствовался принципом разумной достаточности. Он умудрился плотно закрыть все выбитые витрины, не только на первом, но даже на втором этаже. А также все раскуроченные входы и выходы. От этого, внутри торгового центра стало темно, но зато появилось ощущение надежности и уверенности, что в здании, в случае чего, можно будет отсидеться.

   Однажды Батек с Борисом стали свидетелями того, как майор распекает своего бывшего лучшего друга Рыкова.

   - Ну и кто ты после этого, если не кретин? У тебя же руки растут из того самого места, которым ты обычно думаешь! - орал он в полный голос на экс-хозяина супермаркета. - Какого лешего ты изрезал столько длинномера, когда рядом лежит целый штабель коротышей?