Агентство «ТЧК». Война с астралом - Снежная Дарья - Страница 3

Чар молча стащил с поверженного супермена картину, плюхнул его на один из двух уцелевших стульев и грозно рявкнул в побледневшее от страха лицо:

– Ну, теперь поговорим?

Кристиан

– Послушайте, Кристиан… – Алла, воспитательница Ники, на мгновение замялась, но, собравшись с духом, все-таки старательно проговорила с легкой вопросительной интонацией: – Джеймсович?

– Можно без отчества, – поморщившись, уточнил я, избавляя ее и, главное, себя от необходимости произносить и слышать это жуткое словосочетание.

Когда Саби впервые увидела мой паспорт, она сначала долго хихикала, а потом вдруг посерьезнела и задумчиво произнесла: «Теперь я понимаю, откуда у тебя столь зловредный характер. С таким-то именем. Тебе, наверное, в детстве доставалось». Она еще тогда протянула: «Бедненьки-и-ий», – и попыталась снисходительно потрепать меня по голове, но быстро отказалась от этой идеи. И угроза добавить к ее большому проклятию парочку маленьких к этому не имела ну совершенно никакого отношения.

Кто бы говорил вообще. Сабрина Ивановна.

– Кристиан, – облегченно выдохнула девушка, приободрившись, – мне бы хотелось с вами поговорить насчет Ники. Последнее время она меня очень беспокоит.

– Грабли целы, мальчик – тоже. Она извинилась, – хмыкнул я. – О чем беспокоиться?

– Дело не в граблях. – Воспитательница сцепила руки в замок и посмотрела мне в глаза. – Вы же в курсе ее странных фантазий?

– Фантазий?

Я покосился на носящихся по комнате детей. Ника сидела в углу со своей новой подружкой и причесывала куклу. Саби на днях научила ее заплетать косички, так что теперь дочь поставила перед собой цель осчастливить этими самыми косичками всех детсадовских кукол, а когда куклы закончатся, боюсь, подопытными кроликами предстоит стать подружкам.

– Она считает сама и уверяет всех вокруг, что вы темный маг, а ваша… мм… подруга – суккуб. А на прошлой неделе она, видите ли, не болела, а ее похитил вампир, но пришел дядя Фей и всех спас.

Я усмехнулся. Ника определенно умела пересказывать суть, не размениваясь на незначительные подробности.

– Я вижу, вас это веселит, а не настораживает, – оскорбленно заметила Алла, по-своему расценив мою реакцию.

– Она ребенок. А детскому воображению можно позавидовать, – пожал плечами я.

Единственное, в чем наши с Викой взгляды на воспитание сходились, так это в том, что нет смысла запугивать дочь раньше времени всякими тайнами – то говорить нельзя, про это упоминать нельзя. Кто поверит в рассказы шестилетки про то, что ее мама вчера гуляла на шабаше? Правильно, никто. А с возрастом она и сама поймет, о чем стоит упоминать, а где лучше будет промолчать.

– Одно дело, когда ребенок верит в Деда Мороза и барабашку в шкафу! Другое – когда… откуда она вообще знает, кто такие суккубы?!

– А вы уверены, что она знает? – парировал я. – Услышала слово где-то и вставила, потому что понравилось.

Воспитательница поджала губы, сообразив, что понимания и сочувствия в этом вопросе от меня не добьется.

– Я вижу, вас это ничуточки не настораживает, – холодно уточнила она.

– Нет. – Я поднялся, решив, что разговор окончен. – Я буду беспокоиться, если вдруг моя дочь вместо грабель будет в неугодных ей мальчишек огненными шарами кидать.

Здесь я ничуть не кривил душой. Правда, переживать я буду не за мальчишек – если Ника кого-то из них стукнет, значит, есть за что. Магические способности, как правило, просыпались в пятнадцать-шестнадцать лет, в более-менее разумном возрасте, да и то с трудом поддавались контролю. Дети, у которых дар вдруг открывался раньше, до этого возраста обычно уже не доживали.

Судя по взгляду воспитательницы, я не столько убедил ее в Никиной нормальности, сколько в собственной ненормальности. На самом деле я, как и, подозреваю, большинство родителей, терпеть не мог все эти разговоры на душеспасительные темы. Задача этих людей – проследить, чтобы ребенок не покалечился, не убился и не убил и не покалечил окружающих. Все. А с воспитанием я сам как-нибудь разберусь.

Помощничков мне и дома хватает.

Я усмехнулся, припомнив вчерашнее чтение «Винни Пуха» с суккубовскими комментариями. «Глава, в которой Винни Пух пошел в гости, а попал в безвыходное положение. Пф, дорогая моя, во-первых, запомни: безвыходных положений не бывает, особенно если ты симпатичная девушка и тем более если при этом темный маг. А во-вторых, я бы лучше назвала ее главой о важности диеты. Сбалансирование питание – залог здоровья. Но вот когда папочка пытается запихать в тебя шпинат, не поддавайся. Это форменная гадость. Так, что тут у нас… Как-то днем известный своим друзьям, а значит, теперь и вам Винни Пух…»

Алла проводила меня до дверей, в них я обернулся, чтобы помахать Нике рукой…

Рефлексы сработали быстрее, чем мозг, когда один из детей вдруг бросился на другого и повалил его на пол, пытаясь впиться в шею длинными и острыми, как иглы, зубами. Сгусток черного пламени, выпущенный мною, швырнул зубастого об стену и расплескался угасающими клочками, не причинив никого вреда.

Мальчишка упал на четвереньки и издал странный звук, больше всего похожий на змеиное шипение. Лицо менялось на глазах, превращаясь в уродливую маску. Глаза покраснели, словно все сосуды в них разом лопнули, из оскаленной пасти на пол тягуче капнула слюна.

Черт побери, что это?!

Рядом раздался оглушительный визг. Следом за воспитательницей заголосили дети. Существо бросилось вперед, пытаясь ухватить одного из ребят, и снова было мною отброшено. «Черная роза» вместо того, чтобы превратить монстра во множество с трудом совместимых друг с другом кусочков, лишь замедлила его на несколько мгновений.

Магия не берет? Какая прелесть.

Проще всего было призвать «темный меч» и снести твари голову, но взгляд внезапно наткнулся на забившуюся под стол девчонку с расширившимися от ужаса глазами, и я на мгновение растерялся.

Существо прыгнуло, целясь мне в лицо длинными черными когтями, и я едва успел выставить вперед руку. Оно повисло на ней, как бульдог, впившись в кожу мелкими острыми зубами. Рука тут же онемела до самого плеча.

От удара о стену тварь выпустила мою конечность, а в следующее мгновение словила «разложение». Вообще-то это заклинание – быстродействующее проклятие, за какие-то мгновения разъедающее человека не хуже серной кислоты, но, как я и предполагал, существо просто увязло в нем, как в болоте.

Опрокинув первый попавшийся пластиковый ящик с игрушками, я схватил монстра за шкирку, швырнул его туда и припечатал сверху крышкой, защелкивая веселые ярко-желтые замки. Ящик подпрыгнул несколько раз, стукнулся о стену и затих.

Детский сад, в отличие от него, затихать не собирался. Ревели дети, раздавались какие-то вопли, кажется, кто-то уже звонил в полицию, «скорую», пожарным и спасателям одновременно. Алла сидела на полу, прижимая к себе двух малышей, и смотрела на меня взглядом человека, который только что свел близкое знакомство с самим дьяволом.

– Папочка, у тебя кровь, – едва слышно прошептала Ника, крепко сжимая мою не пострадавшую руку.

– Все хорошо, детка. – Я высвободил ладонь, чтобы потрепать ее по голове, а затем потянулся за мобильным.

Понятия не имею, что за чертовщина здесь приключилась, но Братству придется уладить немало проблем.

Теперь я, пожалуй, буду думать, что от разговоров с воспитательницами есть определенная польза. Если бы не он, я бы в садике не задержался и остановить тварь было бы некому.

Они прибыли мгновенно, три светлых мага в компании темного и вампира. Возникли, не скрываясь, прямо посреди комнаты, что само по себе для Братства нонсенс. У всех пятерых вид был усталый и задерганный, на ревущих детей и пребывающую в священном ужасе воспитательницу они не обратили совершенно никого внимания. Двое светлых сразу же вышли, полагаю, чтобы оцепить здание, третий занялся созданием «сетей беспамятства», а темный и вампир приблизились ко мне.