Поиски - Бромов Александр - Страница 58

Повелители не стали подниматься, а отошли к борту средней палубы. Лас не любил, когда отец присутствовал на тренировках.

— Какой она стала? — Андерс кивком головы указал наверх.

— Повзрослела, — Найири бросил короткий взгляд в том же направлении.

Князь с неудовольствием посмотрел на друга и прислонился спиной к перилам, скрестив руки на груди.

— Дыру прожжешь, — усмехнулся ашурт.

Но князь продолжал сверлить его взглядом и Найири сдался:

— Похорошела, посвежела, нет той болезненной бледности. Тогда она больше походила на птичку, вся худенькая, остренькая, а сейчас настоящая леди. Красавица. Хотя он у тебя и так далеко не урод.

Андерс хмыкнул:

— То-то твой с моего глаз не сводит.

— Ночи-то они проводят по правилам, — ашурт скосил глаза на Андерса и протяжно вздохнул, — Скорей бы уже суша.

— Тоже жду не дождусь, — фраза князя заставила ашурта с удивлением повернуться к собеседнику, — А то мне как-то уже страшненько находиться в твоем обществе.

Найири расхохотался.

— Пойдешь портовых шлюх собирать? — шутливо поддел его князь.

— Портовых я тебе оставлю, а сам займусь кем-нибудь послаще, — король мечтательно поднял глаза.

— О, о, о! — с сарказмом произнес Андерс, — Не порви их, неженок, от страсти.

— Я лучше тебя сейчас порву.

— Кишка тонка, — князь размял кисти рук.

Сантилли прервал тренировку, потому что снизу тоже послышался звон металла.

— А мы их на раз сделаем, — облокотясь о перила, сказал Лас, наблюдая, как отец чуть не пропустил удар.

— Не скажи, — ответил ашурт, — Мне кажется, они только разогреваются. Поучим старичков? — и, не откладывая дело в долгий ящик, прокричал, — Скачете, как пьяные блохи.

— Кто там вякает? — Найири отбил выпад и остановился, — А ну иди сюда, сосунок!

— Угу, сейчас тебя научат ценить жизнь, — Лас весело вздернул брови.

— Это еще посмотрим, кто кого научит, — отозвался Сантилли, сбегая по лестнице, и насмешливо посмотрел на отца, — От сосунка и слышу.

— Щ-щенок, — с чувством выдохнул Найири, — Разговорчивый. Где там твои ножички?

Лас хотел посмотреть поединок, но Андерс, разгоряченный схваткой, кивнул на противоположный борт:

— Если ты не выдохся, — с легкой насмешкой произнес он.

Ах, так! Иронизируем?

— За собой смотри, — огрызнулся Лас, спускаясь.

— Ну-ну, — подначил его отец, идя следом.

Ласайента решил не тянуть время и атаковал. Князь непринужденно отразил несколько ударов, и сын начал постепенно ускорять темп.

— Не вспотей, — посоветовал Андерс и замолчал, потому что времени на разговоры не осталось.

Такой бешенной атаки он еще ни разу не встречал. За минуту его прогнали через всю палубу и прижали к перилам. Князь еле успевал парировать и только. Мечи со звоном скрестились, Лас навалился на них, отжимая отца назад. «Но это мы еще посмотрим, кто кого», — подумал Андерс, отбрасывая мальчишку назад и разрывая дистанцию.

— Запыхался? — вежливо осведомился тот.

— Зараза, — с чувством ответил князь.

Сын немного склонил голову в знак признательности за комплимент и ответил:

— От заразы и слышу.

Ашурты, так и не начавшие бой, расхохотались. Найири облокотился на плечо сына, и что-то негромко проговорил ему на ухо. Сантилли хитро улыбнулся и скрестил руки на груди. Наблюдатели, чтоб их. Князь сердито покосился на них. Можно смело палец давать на отсечение, все подстроили. Интриганы. И как теперь выходить с честью из этого дурацкого положения? «Выиграю — обидится. Проиграю — будет презирать, — в сердцах подумал Андерс, — Да пошло оно все… далеко!».

Князь перешел в наступление. А мы тоже не лыком шиты. Поскачи немного, милый! Лас пригнулся, потом подпрыгнул, пропуская меч под собой, прогнулся, уходя от удара.

— Размялся? — поинтересовался отец.

— Даже не начал, — отозвался сын, — Так это была разминка? Как-то несерь….

Докончить ему не дали. А нечего языком трепать!

— А красиво девочки танцуют, — задумчиво произнес Найири, — Легко и изящно. Андерс, даю минуту, — прокричал он, — Или уложишь мальчишку или сам ложишься. Больше тебе не выдержать.

Сам знаю. Дьявол, а эта зараза даже не вспотела.

Ровно через минуту мокрый как мышонок князь хлопнул ладонью по палубному настилу и смахнул пот с лица. Проиграл. Да и черт с ним, с проигрышем!

— Молодец, — довольно похвалил он сына, — Великолепно! Сантилли, почему тянешь с Посвящением?

Молодежь сразу замкнулась. Ласайента сжал губы и мотнул головой.

— Еще не готов, — ответил Сантилли.

— Кому ты лжешь? — возмутился Андерс, — Он прекрасно подготовлен!

— А-а, — понимающе протянул Найири, — Договор.

— И что? — Андерс сразу сообразил, что имел в виду ашурт, — Какое мне дело до их договоров? Пусть сами с ними разбираются.

— Я не вернусь к тебе, — набычился Лас.

— Тебе жить негде? — удивился Андерс, — Выгнал? — он кивнул на Сантилли.

— Да пошел ты, — выдал герцог и тут же спохватился, — Тысяча извинений за мой язык. Не сказать, чтобы я был готов к любому наказанию, но на элементарное снисхождение очень рассчитываю.

— Балаболка, — усмехнулся князь и приказал, — Ласайента, на колено.

Принц не двинулся с места.

— В чем дело? — строго спросил отец, — Так и будешь от меня всю жизнь бегать? И даже в гости не зайдешь?

Лас внимательно посмотрел на него, медленно подошел, опустился на колено и склонил голову. Люди притихли, понимая, что сейчас произойдет нечто очень важное.

На плечо лег меч, и воздух вспороли тяжелые слова:

— Я, Андерс, Повелитель дома Йёвалли, властью, данной мне ветром, посвящаю тебя в воины. Будь достоин этого звания. Клятву!

Лас облизнул пересохшие губы, достал родовой кинжал и перехватил его удобнее. Он всегда боялся боли, но после живого браслета и приступов, небольшой порез кажется такой ерундой. Лезвие прочертило кровавую полосу по ладони.

— Слово принца, — он сжал руку в кулак, но запнулся, поднял глаза на отца и уже твердо продолжил, — Слово Ласайенты из Дома Йёвалли. Я никогда не опозорю ни свой род, ни свое имя.

Капля крови упала. Люди не видели, что она не долетела до досок, растворившись в воздухе. Боги услышали Слово.

— Я рад за тебя, — произнес Андерс и протянул сыну руку, — Вставай. Най, у тебя все готово?

Ашурт кивнул на ют[7]:

— Туда.

Лас, поколебавшись, сжал крепкие пальцы отца. Тот притянул сына к себе, похлопал по спине:

— Молодец, мальчик, — принц хотел отстраниться, но отец удержал его и тихо добавил на ухо, — Надеюсь, девочка тоже не посрамит нашего имени? Скажи Сантилли, пусть еще тебя погоняет, немного задыхаешься к концу атаки.

Лас ничего не успел ответить, как Андерс легонько оттолкнул его, и он впервые за долгое время так близко увидел смеющиеся глаза отца. Князь развернул Ласайенту и подтолкнул к верхней палубе. Ничего не понимающий молодой воин вопросительно посмотрел на Сантилли. Но герцог подмигнул другу и скрылся в дверях, ведущих к каютам.

Найири приобнял растерянного принца за плечи и повел наверх, не забывая заговорчески оглядываться на довольного Андерса. Людей на корме попросили освободить площадку, а Ласайенту — снять рубаху.

— Зачем? — удивился он.

— Посвящение, мой дорогой, предполагает не только похлопывание мечом, но и знак, — посмеиваясь, ответил ашурт, — Насколько я знаю, тебе нравится рисунок Сантилли.

Дух-защитник друга был великолепен, но если ты несовершеннолетний, то выбор знака остается за отцом.

— Зная твой характер, мы предлагаем тебе самому решить, что и где тебе делать. У меня все готово для любого случая, — Найири коротко глянул на поднимающегося сына со знакомым кожаным мешком и покрывалом, перекинутым через плечо.

Принц сглотнул ставшую вязкой слюну и облизнул пересохшие губы.

— Как у Санти, — решительно сказал он и оглянулся на отца.