Поиски - Бромов Александр - Страница 21

— Маярт, — Андерс, напряженно следил за Сантилли, — Ты бы приготовился на всякий случай.

— Боюсь, шалашик останется без хозяина, — мрачно высказался Эдингер, покусывая губу.

— Тиль, а нельзя отложить? — робко предложила Эджен, — Можно же по частям, зачем все сразу?

Гости оживились и принялись уговаривать ашурта, принять условия сестры.

— В Слове ясно и четко было сказано, — усмехнулся Сантилли, глядя графу в глаза, — в случае удачного похищения граф Орси немедленно отдает нам пять литров крови. Если кто-то думает, что я рад этому, — герцог сделал паузу, — то он тысячу раз прав. Ты готов?

Шали, молча, кивнул. Нож прикоснулся к загорелой коже.

— Нет!!!

Никто сначала не понял, кому принадлежит этот сорвавшийся на хрип голос. Рози, кашляя, закрыла собой мужа.

— Милая, что с тобой, — участливо поинтересовался герцог, опуская нож, — Орси всегда держали Слово.

— Нет, — хрипло выдохнула девушка и снова закашлялась.

Гости начали ошеломленно вставать.

Сантилли дождался, пока Рози вытрет рот ладонью и поднимет на него полные отчаяния и мольбы глаза.

— Маярт, у тебя столбняк? — не сводя с нее пронзительного взгляда, спросил ашурт, — Невесту продуло сквозняком, а ты и в ус не дуешь.

Шали бережно обнял ее за плечи и в упор посмотрел на друга, явно что-то мысленно ему сказав.

— Отмени, — еле шевеля непослушными губами, с надеждой попросила Рози Сантилли.

— Ты с ума сошла! — возмутился он, — Хочешь оставить нас без выпивки? Орси, где кровь? Восемь бутылок.

— Десять, — немедленно поправил его Лас, — Две за то, что Рози заговорила.

— Да ты у нас бог финансов! — восхитился ашурт, — Шали, ты слышал?

— «Драконья кровь», — догадался Андерс и шумно выдохнул, — Оболтусы, а чуть разрыв сердца не заработал.

— Ладно, не прибедняйся, — Найири перевел дыхание и посмотрел на бледных орханцев. Вот кто поверил безоговорочно, как, впрочем, и все остальные.

Сердитый Таамир высказался более определенно:

— У демонов и шуточки соответственные.

— Тебе успокоительного? — отозвался Тоньес и поцеловал жену в висок, удерживая на месте, — Милая, потом его убьешь.

Свадьба получилась веселая. Шали и Рози постоянно заставляли целоваться и тут же давали шутливые советы, и не всегда невинные. В конце концов, невеста, привыкнув к ним, перестала краснеть при каждом тосте и беззаботно смеялась.

— Красивая пара, — улыбаясь, сказал Найири, ни к кому конкретно не обращаясь.

Рашид незамедлительно подхватил:

— И дети будут здоровые.

— Все равно не усидит долго дома, — усмехнувшись, проговорил Санти, наблюдая, как молодожены кружатся в танце.

Лас с долей зависти следил за ними. Он, вернее она, тоже могла бы вот так, положив руки на плечи любимого, скользить по мозаичному полу. Принцесса любила танцевать, не смотря на одышку, но… но он выбрал другой путь.

Глава 3 Снова в путь

Окриму демоны смогли покинуть только через месяц, все-таки уговорив султана на другого наставника для его личной стражи. Теперь Лас мог летать, а у Рашида появились новенькие пушки, которым он радовался, как ребенок. За все время пребывания в Орханской империи у принца не было приступов его болезни, не считая самого первого, но герцог не обольщался.

Перед этим Сантилли сделал для Рашида перевод книги с яркими картинками, так всех заинтересовавшей в один памятный вечер. Книгу специально заказали в земной типографии в единственном экземпляре без текста, а великолепную обложку с застежками изготовили местные мастера — ювелиры. Лас, сидя на полу и с удобством устроив подбородок на сложенных на столике руках, с ехидной улыбкой наблюдал, как друг, сосредоточенно хмуря брови, быстрым разборчивым почерком заполняет листы для переписчиков, изредка сверяясь с оригиналом.

— Санти, — начал он.

— Спать буду, как убитый, — не поднимая головы, опередил его друг, — а вот писарям оч-чень не завидую. И я представляю лицо Рашида, когда он поймет, чтомы ему подарили.

Демоны расхохотались.

Книгу вручали перед самым отъездом, как бы невзначай. Шутка и в самом деле получилась удачная — глаза у султана были с золотую монету, то есть большие, круглые и блестящие. Членораздельного спасибо дождаться так и не удалось.

Маярт, шутливо благословивший Санти и Ласа в дальнюю дорогу, снабдил их браслетами-переводчиками на тот случай, если времени на изучение местного языка будет недостаточно, а, с другой стороны, не придется забивать голову ненужным мусором. И вообще, мало ли что может случиться в пути, а такая страховка никогда не помешает.

Следующие четыре мира после Орханской империи оказались неинтересными, задержав путешественников каждый меньше, чем на месяц, но дав возможность немного отточить умение принца призывать ветер и пользоваться им, как оружием — не везде люди и звери были настроены дружелюбно по отношению к чужакам. Дальше они путешествовали уже вчетвером: Сантилли, Ласайента, Шонсаньери и Шали.

Шона, как и дэма, дома ждали дела, но Аши решила взять примирение мужа и сына в свои руки и отправила старшего принца с особой миссией: зазвать младшего на весенний бал, специально для этого затеянный. Йёвалли, памятуя о своей несдержанности и взрывном характере, прихватил с собой графа Орси, естественно, посвятив того в тонкости затеваемой интриги. Сантилли заговорщики раскрывать свои планы не стали, опасаясь, что ашурт примет сторону друга, да и тот мог что-нибудь заподозрить после такой дружной атаки со всех сторон. Впереди было несколько недель, чтобы уговорить Ласайенту и настроить его на нужный лад.

Мир был захолустный и тихий, в смысле никаких тебе монстров, магов или маньяков. Князьки и царьки воевали себе потихоньку друг с другом, вовсю пользовались правом первой ночи и драли налоги с крестьян или как там они у них назывались? Одним словом, сплошная благодать. И им было бы совсем скучно, если бы не одно небольшое приключение: после ночевки в лесу их разбудили самые настоящие разбойники. Подружиться не получилось. Взгляды на жизнь у демонов и их несостоявшихся друзей расходились радикально.

А за два дня до этого Лас впервые по-настоящему крупно поссорился с Сантилли.

Проведя весь день в седле, вечером их небольшой отряд остановился на привал. Шон и Санти занялись лошадьми, Шали разжигал костер, а Ласайенту, как самого младшего, дэм отправил по воду. Демоны как раз закончили расседлывать лошадей, и повели их к реке купать, заодно и потные рубахи постирать.

Они стояли в ряд в воде и, весело перешучиваясь, полоскали рубахи. Санти управился быстрее всех и, повесив выстиранное на ближайший куст, развалился на песке, и стал давать советы, в большинстве своем не по делу. Все хохотали, потом начали брызгаться водой, и вот тогда из рук Шона выскользнул носок и плюхнулся в воду рядом с Ласайентой.

— О, извини, — смеясь, воскликнул брат, сам не ожидавший такого, — заодно и простираешь.

— В прачки не нанимался, — ответил Лас, наблюдая, как тонет носок.

Сантилли, почувствовав надвигающуюся ссору, сразу подобрался, но вмешиваться пока не стал.

— А в чем дело? Ручки слишком нежные? — рядом с первым упал второй, обдав младшего принца брызгами.

Ласайента недовольно поморщился и хмуро посмотрел на брата.

— Что не так? — поинтересовался Шон, выходя на берег, — Или ты только и умеешь, что целоваться да обжиматься по углам, — он насмешливо посмотрел на нахмурившегося герцога, сидящего на песке, щелчком пальцев послав в него брызги.

Сантилли зло мотнул головой, но ответить не успел.

— Ты забыл, что мы еще и трахаемся, — в запале крикнул вслед брату Лас и осекся, внутренне похолодев: вот это выдал так выдал.

Ашурт побелел и вдруг без предупреждения выпустил крылья и, оттолкнувшись ими от песка, с силой ударил ногами Шона в грудь. Не готовый к такому, тот отлетел к дереву и ощутимо припечатался к нему спиной. Он тряхнул головой, приходя в себя и стряхивая мелкий мусор, насыпавшийся сверху, и тут же рванулся обратно, но что-то крепко держало его за бок, не давая отойти. Демон раздраженно глянул вниз: тонкий сучок, пропоровший кожу, робко выглядывал наружу, показывая окровавленный язык и пуская красные слюни. Шон завел руку за спину, ощупал дерево и, не морщась, резко шагнул вперед, снимая себя с природного копья. Шали придержал Ласайенту за плечо, принц попытался вырваться, но хватка у графа была железная.