Просто вместе - Гавальда Анна - Страница 72

- Это все? - огорчилась Матильда.

- Вообще-то, да…

- Хорошо. Очень хорошо. Это… Это великолепно…

- Ну что вы!

- Не спорь со мной, девушка, я не умею рисовать, зато умею видеть… Когда других детей водили в кукольный театр, отец таскал меня за собой по всему свету и сажал к себе на плечи, чтобы мне все было видно, так что не спорь со мной, уж пожалуйста… Оставишь их мне?

- …

- Для Пьера…

- Ладно… Но сохраните их, хорошо? Эти листочки - мой температурный график…

- Я все прекрасно поняла.

- Не подождешь его?

- Нет, мне пора…

- Он будет разочарован…

- Ему не впервой… - ответила Камилла-фаталистка.

- Ты ничего не рассказала мне о матери…

- Неужели?… - удивилась она. - Хороший знак, не так ли?

- Просто замечательный… - На пороге Матильда расцеловала ее. - Беги и не забудь вернуться… В вашем кресле с откидным верхом проехать несколько набережных - пара пустяков…

- Обещаю.

- И продолжай в том же духе. Будь легкой… Наслаждайся жизнью… Пьер наверняка скажет тебе обратное, но именно его не следует слушать ни в коем случае. Никого не слушай - ни его, ни кого другого… Кстати…

- Да?

- Деньги тебе нужны?

Камилле следовало бы ответить «нет». Двадцать семь лет она отвечала «нет» на этот вопрос. Нет, все в порядке. Нет, я ни в чем не нуждаюсь. Нет, я не хочу быть вам обязана - ничем. Нет, нет, оставьте меня в покое.

- Да.

Да. Да, возможно, я сама в это верю. Да, я больше никогда не стану ходить в подручных у придурков и жуликов. Да, я впервые в жизни хочу просто тихо и мирно работать. Да, я не хочу корчиться всякий раз, когда Франк протягивает мне свои три сотни. Да, я изменилась. Да, вы мне нужны. Да.

- Замечательно. И приоденься немного… Нет, правда… Эту джинсовую куртку ты носишь уже лет десять…

Все так.

15

Она вернулась пешком, разглядывая витрины антикваров. Мобильник зазвонил именно в тот момент (воистину, хитрость провидения безгранична!), когда она проходила мимо Школы изящных искусств. Высветился номер Пьера, и она не стала отвечать.

Она прибавила шагу. Ее сердце срывалось с тормозов.

Еще один звонок, На сей раз Матильда. Ей она тоже не ответила.

Она вернулась назад и перешла на другую сторону Сены. Эта малышка очень романтична и ко всему относится романтично, хочется ли ей прыгать от радости или прыгнуть с моста. Мост Искусств - лучшее место в Париже… Она облокотилась на парапет и набрала трехзначный номер автоответчика…

У вас три новых сообщения, сегодня, в двадцать три ча… Еще можно прервать - как бы невзначай… Бэмс! О… Какая досада…

«Камилла, перезвони мне немедленно, или я самолично притащу тебя за шкирку! - вопил он. - Немедленно! Ты меня слышишь?»

Сегодня в двадцать три тридцать восемь: «Это Матильда. Не перезванивай ему. Не приходи. Не хочу, чтобы ты это видела. Он рыдает, как бегемот, твой торговец… Честно тебе скажу - хорошего в этом зрелище мало. Нет, он-то сам хорош… Даже очень, но… Спасибо, Камилла, спасибо… Слышишь, что он говорит? Подожди, я передам ему трубку, иначе он оторвет мне ухо…» «Я выставлю тебя в сентябре, Моржонок, и не говори "нет", потому что приглашения уже ра…» Сообщение прервано.

Она выключила сотовый, скрутила сигаретку и выкурила ее, стоя где-то между Лувром, Французской академией, Собором Парижской Богоматери и площадью Согласия.

Занавес эффектно опускается…

Она укоротила ремешок сумочки и понеслась со всех ног, чтобы не опоздать к десерту.

16

В кухне припахивало горелым, но посуда была вымыта.

Полная тишина, все лампы потушены, под дверьми их комнат света тоже нет… Пфф… А она-то в кои веки раз готова была слопать еду вместе со сковородкой…

Она постучалась к Франку.

Он слушал музыку.

Она подошла к его кровати и подбоченилась:

- Ну и?! - В ее голосе прозвучало неподдельное возмущение.

- Мы тебе оставили несколько штук… Завтра я их подогрею…

- Ну и?! - повторила она. - Ты будешь меня трахать или как?

- Ха-ха! Очень смешно… Она начала раздеваться:

- Ну уж нет, папашка… Не вывернешься! Мне был обещан оргазм!

Он привстал, чтобы зажечь лампу, пока она швыряла куда попало свои вещи.

- Что, черт побери, ты вытворяешь? Эй, что за цирк ты тут устраиваешь?

- Ну… Вообще-то, я оголяюсь!

- Только не это…

- В чем дело?

- Не надо так… Подожди… Я слишком долго мечтал об этом моменте…

- Погаси свет.

- Зачем?

- Боюсь, ты расхочешь, если увидишь меня…

- Черт возьми, Камилла! Прекрати! Остановись! - заорал он.

Разочарованная гримаска.

- Ты передумал?

- …

- Погаси свет.

- Нет!

- Да!

- Не хочу, чтобы это так между нами происходило…

- Что значит «так»? Ты что, собираешься кататься со мной на лодке в Лесу [71] ?

- Не понял…

- Будем кружить по глади озера, ты станешь читать мне стихи, а я опущу ладонь в воду…

- Сядь рядом со мной…

- Погаси свет.

- Ладно…

- Выключи музыку.

- И все?

- Все.

- Это ты? - застенчиво спросил он.

- Да.

- Ты здесь?

- Нет…

- Вот, возьми одну из моих подушек… Как прошла встреча?

- Очень хорошо.

- Расскажешь?

- О чем?

- Обо всем. Сегодня вечером я хочу знать все подробности… Все. Все. Все.

- Знаешь, если уж я заведусь…Тебе тоже потом придется подставлять мне свою жилетку…

- Так… Тебя что, насиловали?

- Ни в коем случае.

- А то знаешь… Это я могу тебе устроить…

- Вот спасибо… Как это мило… Э-э-э… Так с чего же мне начать?

Франк произнес голосом Жака Мартена из «Школы Фанов»:

- Где ты родилась, деточка?

- В Медоне…

- В Медоне? - воскликнул он. - Но это же замечательно! А где твоя мамочка?

- Жрет лекарства.

- Вот как? Ну а где твой папочка?

- Он умер.

- …

- Ага! Я ведь тебя предупреждала, дружок! У тебя хоть презервативы-то имеются?

- Не наседай на меня так, Камилла, ты ведь знаешь, я слегка придурковат… Значит, твой отец умер?

- Да.

- Как?

- Упал в пустоту,

- …

- Так, повторяю еще раз по порядку… Придвинься поближе, не хочу, чтобы другие слышали…

Он натянул одеяло им на головы:

- Поехали. Никто нас тут не увидит…

17

Камилла скрестила ноги, пристроила руки на животе и пустилась в долгое плавание.

- Я была самой обычной и очень послушной маленькой девочкой… - начала она детским голоском, - ела мало, но прилежно училась в школе и все время рисовала. У меня нет ни братьев, ни сестер. Моего папу звали Жан-Луи, маму - Катрин. Думаю, поначалу они любили друг друга. Впрочем, не знаю, я никогда не решалась спросить… Но когда я рисовала лошадей или прекрасного героя Джонни Деппа из сериала «Джамп Стрит, 21», любовь уже прошла. В этом я совершенно уверена, потому что папа больше с нами не жил. Он возвращался только на субботу и воскресенье, чтобы увидеться со мной. Он правильно сделал, что ушел, на его месте я бы сделала то же самое. Кстати, каждое воскресенье, вечером, я мечтала уйти с ним вместе, но никогда бы на это не осмелилась, ведь тогда мама снова бы себя убила. Когда я была маленькой, моя мама убивала себя чертову прорву раз… К счастью, чаще всего в мое отсутствие, а потом… Я подросла, и она перестала сдерживаться, вот… Помню, однажды меня пригласили на день рождения к подружке. Вечером мама за мной не пришла, и чья-то другая мама отвезла меня домой, а когда я вошла в гостиную, она лежала мертвая на ковре. Приехала скорая помощь, и я десять дней жила у соседки. Потом папа сказал ей, что, если она еще хоть раз убьет себя, он отберет у нее опеку надо мной, и она прекратила. Но таблетки глотать не перестала. Папа говорил мне, что вынужден уезжать из-за работы, но мама запрещала мне в это верить. Каждый день она талдычила, что он лжец и негодяй, что у него есть другая жена и другая маленькая дочка, с которой он каждый вечер играет…