Незнакомка. Снег на вершинах любви - Картленд Барбара - Страница 34

Едва, заметная улыбка тронула ее губы.

— Я не смогу поступить иначе.

— Любовь моя! Как я счастлив слышать это! Я хочу присутствовать в ваших мыслях с момента вашего пробуждения рано утром и до той поры, когда вы засыпаете по ночам. Знайте же, что и сам я буду думать и мечтать о вас непрерывно. Где бы вы ни были, чтобы вы ни делали, ваш образ будет со мной, в моем сердце! Я буду думать о вас, стремиться к вам, желать вас!

В голосе герцога прорвалась едва сдерживаемая страсть, и Вирджиния заторопилась домой.

— Пора возвращаться, — промолвила она тихо.

— Вы поедете завтра утром со мной на прогулку?

— Что скажут люди, если будут видеть нас каждое утро вместе?

— К черту всех! — не сдержался герцог. — Какое мне дело, что станут говорить люди? Обо мне пусть говорят что угодно. Я позабочусь о том, чтобы эти разговоры не были сопряжены ни с какими неудобствами для вас.

— Мне все равно, — ответила Вирджиния. — В отличие от вас, я не местная.

— Тогда договорились! Завтра ровно в шесть утра я жду вас на прежнем месте.

Они возвращались к замку молча. Но в их молчании не было и тени отчуждения. Напротив, Вирджиния чувствовала, что эти мгновения сблизили их как никогда. А потом она подумала, что все это глупости и что нельзя забивать себе голову подобным вздором. Да! Вполне возможно, он увлекся ею и даже не против заняться с нею любовью, но она-то… она знает ему истинную цену. Она ведь не ребенок, которому можно вскружить голову всякими красивыми словами. Бесспорно, его гипнотическое влияние на нее трудно отрицать. И когда они вместе, она почти полностью в его власти. Но разве она не знает, что ему нельзя доверять?

Они вышли из сада.

— Нам лучше вернуться в замок разными путями, — предложил герцог. — Вы возвращаетесь через террасу. Согласны?

Вирджиния молча кивнула в знак согласия.

— Вот и хорошо! — обрадовался герцог. — А я, чтобы не вызывать подозрений, пройду через другой вход. В замке и так уже, наверное, волнуются, куда я запропастился. Спокойной ночи, Вирджиния! Хотя сам я вряд ли засну. Буду лежать и считать минуты до нашей встречи утром. Сейчас мне кажется, что до нашего следующего свидания еще целая вечность!

— Спокойной ночи! — ответила Вирджиния и уже направилась к террасе, как вдруг герцог неожиданно схватил ее за руку и остановил.

— Скажите мне, что вы не сердитесь на меня, — попросил он умоляющим голосом. — Скажите мне, что вы не шокированы моим признанием, что я не напугал вас. Дайте мне хоть крохотную надежду, что где-то в глубине вашего сердца я вызываю у вас пусть небольшой, но интерес! Что я не совсем безразличен вам!

Она уже хотела заговорить, но он остановил ее.

— Нет, не надо! Прошу вас! — голос герцога прервался от волнения. — Оставьте меня в этом приятном неведении, в этом раю для дураков! Буду считать, что я вам немного нравлюсь и что я могу надеяться по крайней мере на вашу дружбу. Спокойной ночи, моя дорогая, моя прекрасная, моя необыкновенная американка!

Он поднес ее руку к своим губам и припал к ней неистовым поцелуем. Она ощутила его теплое взволнованное дыхание на своей ладони, но уже в следующую минуту он отпустил ее руку и скрылся под сенью деревьев. Он шел быстро, не оглядываясь, словно сомневаясь в своей способности устоять перед искушением.

Подавив тяжелый вздох, Вирджиния побрела домой. Стараясь держаться в тени деревьев, она тихонько приблизилась к замку. Она уже приготовилась открыть дверь на террасе и так же незаметно скользнуть в замок, как вдруг в окне рядом с тем местом, где она стояла, мелькнул свет. Окно распахнулось, и чей-то голос сказал:

— Здесь так душно! Не понимаю, зачем ты притащил меня сюда в это время! Уже ночь!

Вирджиния непроизвольно вжалась в стену дома и затаила дыхание, ибо она слишком хорошо знала этот голос. Говорила леди Шельмадина.

— Мне нужно поговорить с тобой, — раздался мужской голос, в котором Вирджиния безошибочно узнала голос Маркуса Рилла. — Согласись, явиться к тебе в комнату было бы сущим безумием. Никогда не знаешь, кого встретишь в коридорах. Тут повсюду шпионы.

— Слушаю тебя! В чем дело? — перебила его Шельмадина почти грубо. — Если кто-нибудь застанет нас здесь, то вряд ли поверит моим объяснениям, что я явилась посреди ночи в библиотеку, чтобы выбрать себе книгу для чтения на сон грядущий.

— Подожди минутку! Дай я зажгу свечи.

Вспыхнуло несколько свечей. Вирджиния повернула голову, пытаясь сообразить, где можно укрыться, чтобы остаться незамеченной. Нигде! Прямо над ней находилось второе окно, и стоит ей только пошевелиться, как ее сразу же станет видно из библиотеки.

— Что стряслось? — раздраженно повторила свой вопрос леди Шельмадина.

— Что стряслось?! Беда да и только! Вот что стряслось! Сегодня вечерней почтой я получил письмо. Прочел только сейчас, когда поднялся к себе в комнату после ужина… потому и не сказал ничего тебе за столом. Сам не хотел расстраиваться заранее, потому что прекрасно знал, что приятных новостей там нет. Так и оказалось!

— Что в нем?

— Мне дается недельный срок для погашения долгов.

— Всей суммы?

— Всей! Все сорок тысяч фунтов, будь они прокляты!

— Но это же невозможно!

— Конечно, невозможно! И немыслимо! Но на сей раз их ничто не остановит.

— Ты должен немедленно поговорить с Себастьяном!

— Думаешь, он мне даст сорок тысяч фунтов? В прошлый он раз предупредил меня, что впредь не собирается оплачивать мои долги. К тому же я сомневаюсь, что у него в наличии есть такая сумма.

— Он обязан помочь тебе! Иначе тебе грозит тюрьма!

— Да! Одно из двух: либо я отправлюсь в тюрьму, либо буду вынужден навсегда покинуть Англию.

Оба замолчали.

— Есть еще третий путь, — заговорила леди Шельмадина.

— Ты имеешь в виду таблетки?

— Да, их! Кстати, ты привез их с собой?

— Конечно! Я же не такой дурак, чтобы оставлять их без присмотра. Они ведь смертельные! Так, во всяком случае, мне говорил тот парень.

— Да, мой друг, у которого я узнавала его адрес, подтвердил, что они действуют безотказно! — прошептала леди Шельмадина. — Он опробовал их в Западной Африке, и результат был просто потрясающим.

— Знаю, Шельмадина! И все же я никак не могу решиться на этот шаг! Особенно в отношении Себастьяна!

— Он стоит на твоем пути, разве не так? Герцог — тяжелый, бессердечный человек. Лично я с ним ничего не могу сделать. Я уже перепробовала все! У меня такое впечатление, что он вообще не живой человек! Бесчувственный, словно камень! Как бы то ни было, а из тебя получится гораздо более привлекательный герцог!

— Ты дьявол, а не женщина, Шельмадина! — воскликнул капитан Рилл. — Я уже давно заметил, что в решающий момент женщины всегда действуют хладнокровнее и безжалостнее, чем любой мужчина.

— Тебе решать! — спокойно отпарировала дама. — Хочешь сидеть в тюрьме — ступай! Я не держу тебя. Насколько я знаю, с теми, кто подделывает чеки, не очень церемонятся! К таким закон особенно суров, а судьи беспристрастны!

— Хватит, Шельмадина! Прекрати! — застонал Маркус Рилл. — Пусть так! Все равно другого выхода у нас нет! Но ты абсолютно уверена, что яд невозможно обнаружить?

— Абсолютно! Все, что нам нужно сделать, — это положить ему одну таблетку в кофе или в бокал с вином. Ни в коем случае нельзя этого делать, когда вы с ним одни. Иначе ты будешь единственным свидетелем его смерти. Нужно максимально избежать всяких осложнений.

Снова последовало долгое молчание.

— Они у тебя с собой? Ты не обманываешь меня? — нарушила затянувшуюся паузу Шельмадина.

— Сейчас нет. Они наверху, в ящике комода. И все же не нравится мне это! Может быть, я и подонок, но убийцей я еще никогда не был!

— Что ж, ты волен в своих решениях! Поступай как знаешь! Но не думай, что я стану прилежно навещать тебя в твоем заточении или последую за тобой на континент, чтобы поселиться в какой-нибудь лачуге! В мире полно и других мужчин!