Незнакомка. Снег на вершинах любви - Картленд Барбара - Страница 15

— Ведь вы из Америки к нам приехали, да, мисс? — спросил он.

— Да, сегодня утром я высадилась на берег в Саутгемптоне, — ответила Вирджиния.

— А я все размышлял, какие они, американцы, — разоткровенничался слуга. — Никогда не думал, что они похожи на вас, мисс. Мне казалось, что в Америке живут одни индейцы и миллионеры.

Он весело рассмеялся собственной шутке, и Вирджиния поняла, что слуги, безусловно, в курсе, что она обычная американка, которая приехала к ним в замок изучать историю, а не какая-то важная гостья, и что поэтому с ней можно обращаться с дружеской фамильярностью. Совсем молоденькая служанка, очевидно самая низшая по ранжиру, была не менее разговорчива, чем ее продвинувшийся по службе коллега.

— Уверена, вам здесь очень понравится, мисс, — щебетала она, доставая из чемоданов новые платья Вирджинии и развешивая их на плечиках в шкафу. — Хотя вам, наверное, здесь все странно после Америки!

— Почему вы так считаете? — с любопытством спросила Вирджиния.

— О, ну, наверное, потому что вы совсем другие, чем мы, англичане! — наивно пояснила горничная. — У вас, должно быть, и дома совсем не такие… И потом я слышала, полно миллионеров…

— Почему же? У нас тоже есть большие дома, правда, не такие, как ваш, — согласилась Вирджиния.

Ей совсем не хотелось признаваться, даже себе самой, что Рилл-Кастл поразил ее своей красотой. Широкая винтовая лестница из дуба с резными перилами и позолоченными купидонами являла собой настоящее произведение искусства. Вирджиния неплохо разбиралась в живописи, чтобы понять, что картины, в изобилии украшающие стены, представляли не только английскую школу. Здесь были и работы мастеров итальянского Возрождения, и шедевры фламандских и датских живописцев. Она искренне обрадовалась, обнаружив среди них картину кисти Ван Дейка, которого до этого видела только на репродукциях в книгах по искусству. Ее комната была очень уютной, правда, небольшой, в строгом соответствии с ее положением. Ванная, как она и предполагала, находилась в самом конце длинного коридора. Все ей нравилось, все привлекало своей новизной и непохожестью на то, к чему она привыкла в Америке. Вирджиния долго стояла у открытого окна, любуясь прекрасной панорамой, открывающейся сверху на старинный парк, на могучие столетние дубы, обрамляющие подъезд к дому. В центре озера на небольшом островке стоял ажурный павильон, напоминавший греческий храм. Ей не терпелось осмотреть розовые сады, которые она видела из окна кареты, леса в окрестностях имения, конюшни, примыкающие к западному крылу замка.

Все это было так захватывающе, что на какое-то мгновение Вирджиния даже забыла о цели своего приезда в Англию. Ей хотелось скорее вступить в этот совершенно незнакомый для нее мир, мир, который был полон чудесных открытий и самых невероятных сюрпризов.

Вирджиния сменила дорожное платье на легкий наряд из цветного муслина. Модель, купленная ею в дорогом фешенебельном магазине на Пятой авеню, была проста, но очень изысканна.

Платье дополняла шифоновая косынка с кружевными рюшами, наброшенная на плечи. В таком туалете Вирджиния смотрелась почти девочкой и при этом была удивительно хороша собой. Ее волосы необыкновенного серебристого цвета выделяли ее среди других женщин и невольно останавливали на себе взгляд любого, кто ее встречал. Вирджиния не воспользовалась советом тети Эллы Мей сходить перед отъездом в Европу к дорогому и модному парикмахеру. Вместо этого девушка предпочла простую и изящную прическу: волосы гладко зачесаны назад и собраны и тяжелый узел на самой шее. Эта строгая элегантность в сочетании с классически правильными чертами лица придавала ее внешности особую выразительность и прелесть, а пушистый ореол вокруг лба, напоминающий легкий светящийся нимб, усиливал впечатление.

Она уже собралась сойти вниз, как в дверь постучали.

— Войдите! — громко сказала Вирджиния. Дверь отворилась, и на пороге показалась пожилая женщина в пенсне, в коротком жакете и юбке из белой саржи.

— Меня зовут Марджори Маршбэнкс! — объявила она хорошо поставленным голосом. — Я секретарь ее светлости. Вот зашла узнать, не нужна ли вам моя помощь.

— Вы очень любезны, — ответила девушка. — А меня зовут Вирджиния Лангхольм, как вы уже, наверное, знаете. Должна сказать, что я глубоко тронута устроенной мне встречей. С того момента, как я ступила на берег и до последней минуты меня окружают необыкновенная обходительность и величайшая предусмотрительность во всем.

— Мы делаем все от нас зависящее, чтобы наши гости чувствовали себя у нас как дома, — заявила секретарша строго официальным тоном. — Пожалуй, сейчас самое время предложить вам чашечку чаю. Пройдемте со мной вниз, я покажу вам, где находится наша маленькая гостиная, а потом представлю вас ее светлости.

Вирджиния прихватила с собой сумочку. Она была довольно увесистой и неудобной, но оставлять ее без присмотра в комнате девушка не захотела. Она еще не решила, где можно безопасно спрятать довольно значительную сумму, которую она взяла с собой в дорогу.

— Конечно, можно было бы поступить проще, — размышляла тетя перед ее отъездом, — послать деньги в какой-нибудь английский банк, и дело с концом. Но тогда возникнут неизбежные объяснения при их получении, а это уже чревато тем, что твое инкогнито может быть раскрыто. Поэтому я считаю, что разумнее всего взять с собой достаточную сумму наличных денег. А в случае необходимости ты всегда можешь телеграфировать мне, и я улажу все вопросы с твоими доверенными.

— Но я совсем не хочу, чтобы мои доверенные знали, куда я поехала, — запротестовала Вирджиния.

— Хорошо, — согласилась тетя. — Тогда я сниму деньги с собственного счета в банке.

— Тетя, а это не будет сопряжено для вас с какими-то финансовыми затруднениями?

— Конечно, нет, детка! — улыбнулась тетя. — Ведь если мне что-нибудь понадобится, то мне стоит только сказать, что это нужно для тебя, и все будет исполнено. Хотя, согласись, довольно странно, что бедная несчастная вдова, жена не очень процветавшего фермера, берется финансировать свою более чем состоятельную племянницу!

— Вот подождите, тетя! Вернусь домой, мы оповестим всех, что я жива-здорова, и тогда я куплю вам самую лучшую ферму во всей Америке.

— Еще чего не хватало! — неожиданно заартачилась тетя Элла Мей. — Я не тронусь с места, даже если мне предложат переехать во дворец к самому персидскому шаху. Странно, что мне почти никто не верит! Но я действительно счастлива здесь, и у меня есть все, что мне нужно. И ты, Вирджиния, не сумеешь дать мне ничего сверх того, разве что свою любовь!

— В этом вы можете не сомневаться, тетя! — растроганно воскликнула девушка, целуя пожилую женщину. — Вы для меня — вся моя семья! В одном лице вы олицетворяете родителей, всех теток и дядей, братьев, сестер, кузин и кузенов. Может, есть и еще какие-то родственники, не знаю. Но я о них никогда не слышала и теперь не желаю их знать. Вы — вся моя родня! И вас одну я люблю и хочу видеть рядом с собой всегда!

— Ну-ну, перестань говорить такое. А то еще, чего доброго, твоя старая тетка сейчас расплачется от избытка чувств, — нарочито рассерженно проговорила тетя Элла Мей, но глаза ее и в самом деле увлажнились.

Сейчас, беря сумку, Вирджиния подумала, что, пожалуй, стоит расходовать тетины деньги экономнее, чем свои собственные. «Есть же в комнате хоть один ящик, который запирается на ключ, — размышляла она по дороге. — Я разложу деньги по обычным конвертам так, чтобы они не бросались в глаза, и буду держать их в этом ящике. И никто из слуг не догадается, что в простом конверте можно хранить деньги».

Мисс Маршбэнкс, спускаясь по лестнице, говорила без умолку.

— Мне на самом деле очень интересно познакомиться с вами, — весело трещала она. — Дело в том, что я и сама когда-то мечтала стать библиотекарем. Мне нравится эта работа, но, к сожалению, почти не остается времени на нее. Герцогиня постоянно загружает меня делами, и я занята буквально день и ночь, особенно когда мы устраиваем здесь все эти шикарные приемы, что случалось особенно часто, когда был жив покойный герцог. Члены королевской семьи, как правило, наведывают нас в охотничий сезон, да и так они довольно часто проводят у нас уик-энды и праздники. А приезжают всегда в сопровождении такой свиты! Придворные дамы, слуги, горничные, лакеи, курьеры, кучера — всех нужно разместить, устроить, проследить, чтобы все было в полном порядке. Словом, голова идет кругом от этих забот!