Принцессы Романовы: царские племянницы - Соротокина Нина Матвеевна - Страница 41

Но супруг теперь не вправе распоряжаться собой, как раньше – ему нужно управлять государством, а их частые отлучки и так вызывают недовольство среди подданных герцога. Однако все же удается найти выход, который примирит обе стороны – герцогиню, желающую проводить в Шверине как можно меньше времени, и герцогство, нуждающееся в правителе. Поскольку из-за проблем со здоровьем Фридрих Франц III в любом случае должен проводить определенное время вне страны, было решено, что герцогская чета будет находиться дома только пять месяцев в году, в самое теплое время.

Теперь Анастасия может жить там, где ей хочется. Она как раз становится матерью в третий раз – в сентябре 1886 года на свет появляется третий ребенок, названный в честь матери Анастасии Цецилией Августой. И теперь они все вместе переезжают на юг Франции. Канны! Вот место, в котором Анастасия захочет провести – и проведет – долгие годы. Строительство небольшого, но роскошного дворца займет почти два года, но, право же, оно того стоило. Единственное место, которое будет соперничать в сердце Анастасии с виллой Венден, – это их дом в Гельбензанде у Балтийского моря. Так, между двумя морями, Средиземным и Балтийским, Анастасия и ее семья будут делить свое время. Зима и весна – в Каннах, лето – в Шверинском замке и Гельбензанде.

С одной стороны, Анастасия живет так, как этого требует ее высокое положение – в частности, навещая и принимая у себя представителей различных царствующих семей, постоянно приезжавших на Лазурный берег. С другой – она старается брать от жизни все, что хочется. А хочется ей многого.

С детства влюбленная в музыку, Анастасия Михайловна часто посещает театры. Особенно ее восхищают оперы Пуччини – их она готова слушать постоянно.

Ей нравится теннис – и на вилле Венден специально для нее строят теннисный корт. Годы спустя она даже будет принимать участие в международных теннисных турнирах, регулярно проводившихся в Гамбурге, – конечно, не как герцогиня или великая княгиня, а просто как «мадам Венден».

Когда начнется мода на первые автомобили, Анастасия одной из первых сядет за руль – ведь это куда увлекательнее велосипедов, на которых она всегда каталась с удовольствием.

Как почти всякая женщина, притом красивая женщина, Анастасия увлечена нарядами – и ее парижские туалеты порой вызывают своей экстравагантностью не только восхищение, но и удивление.

Анастасия – увлеченный игрок, она становится завсегдатаем казино Монте-Карло. Частенько муж оставался дома с очередным приступом болезни, а она, не в силах устоять перед соблазном, уезжала играть, порой проигрывая огромные суммы…

Со стороны может показаться, что Анастасия, посвящая себя всем этим развлечениям, слишком мало уделяла внимания своей семье, детям и мужу. Но это не так.

Несмотря на все ее упрямство, темперамент, азартность, Франц Фридрих любил ее – на протяжении всего их брака. Любил пылко – а она отвечала ему нежной привязанностью. Да, в свое время она использовала здоровье мужа как предлог, чтобы ускользнуть из Шверина – но это вовсе не означает, что на самом деле его здоровье ее не волновало. Просто Анастасия… смирилась. И старалась сделать жизнь семьи настолько комфортной и счастливой, насколько это возможно.

Дети очень ее любили и сохранили привязанность к матери на долгие годы. В отличие от своих кузенов и кузин в России, Германии и Англии, они росли не обремененными строгим этикетом. Можно сказать, что в этом плане им повезло даже больше, чем матери – та, хоть и провела детство и юность на Кавказе, а не в пышном строгом Петербурге, тем не менее, росла под строгим присмотром своей матери великой княгини Ольги Федоровны, неукоснительно соблюдавшей этикет. И, к примеру, за столом, при гостях, ни Анастасия, ни ее братья не имели права разговаривать.

А теперь Александрина и Цецилия, несмотря на наличие гувернанток, жили относительно привольно. Это было поистине золотое детство… Единственное, их брат, Фридрих Франц Младший, должен был проводить большую часть времени в Германии – как будущий герцог.

В 1891 году семейное счастье было омрачено смертью Ольги Федоровны – она скончалась в Харькове от внезапного удара. Говорят, причиной послужило известие о неравном браке Михаила, брата Анастасии.

Его супругой стала София фон Меренберг, родная внучка Пушкина. Скандал был неслыханным, и, естественно, брак мог быть только морганатическим. Молодоженам запретили появляться в России, родственники от них отвернулись – и едва ли не единственным членом императорской семьи, который сочувствовал Михаилу, была Анастасия. Когда год спустя у опальной пары появится дочь, именно Анастасия станет ее крестной матерью, и малышку тоже нарекут Анастасией – в честь тетки.

Но смерть матери была только первым ударом, поджидавшим Анастасию. Здоровье герцога Фридриха Франца продолжало ухудшаться – с астмой трудно бороться и сейчас, а более века назад… Может быть, он и истаял бы понемногу в борьбе с изнуряющей болезнью, но конец оказался совсем иным, вызвавшим скандал, слухи и сплетни.

Однажды весенним днем в «Нью-Йорк Таймс» вышла статья под броским заголовком: «Великий герцог Мекленбург-Шверинский покончил жизнь самоубийством. Он спрыгнул с парапета!»

«Канны, Франция, 12 апреля. – Сегодня здесь начали ходить слухи, что Великий герцог Мекленбург-Шверинский, о чьей кончине объявили в девять вечера в субботу, покончил жизнь самоубийством. Было сказано, что причиной смерти послужила аневризма сердца. Герцог Иоанн Альбрехт, брат покойного, стал регентом в Великом герцогстве Мекленбург-Шверин.

Сообщение о том, что Великий герцог покончил с собой, получило подтверждение. Как выяснилось, он очень страдал, и вечером в субботу попросил доктора оставить его одного, чтобы попытаться уснуть. Когда доктор ушел, то Великий герцог – полагают, что у него начался бред от высокой температуры – покинул виллу и бросился вниз с парапета близлежащего моста. Его нашли несколько минут спустя, еще живого, но настолько израненного, что он скончался полчаса спустя».

Это случилось 10 апреля 1897 года, падал герцог с высоты 25 футов (около восьми метров).

Спустя несколько дней в «Нью-Йорк Таймс» появилась еще одна статья, на сей раз заголовок гласил: «Великий герцог Мекленбург-Шверинский не покончил с собой. Это несчастный случай!»

«Шверин, 14 апреля. – Официальный отчет об обстоятельствах смерти в Каннах Фридриха Франца III, Великого герцога Мекленбург-Шверинского, гласит, что во время отсутствия своего доктора он, как обычно, вышел в сад, когда внезапно почувствовал, что ему тяжело дышать. У него началось головокружение, говорится далее, он зашатался, упал со стены, с довольно большой высоты, и повредил позвоночник. Его отнесли в дом, где он мирно скончался час спустя, попрощавшись с семьей и нежно обняв сына».

Что это было – несчастный случай или самоубийство? Этого нам уже не узнать. Кое-кто в Шверине вообще полагал, что это было убийство, и винил в смерти герцога не кого-нибудь, а его супругу. Но Анастасию на родине мужа никогда не любили, и неудивительно, что злые языки дали себе волю, получив такой замечательный повод. А тем временем семья страдала вдвойне. Жена и дети не просто потеряли мужа, отца и родственника – ведь если бы выяснилось, что Фридрих Франц действительно покончил с собой, то его как самоубийцу нельзя было бы похоронить по канонам церкви. Это явилось бы клеймом, поставленным на всю семью – а ведь предстояло еще устроить жизнь Александрины, Цецилии и Фридриха Франца Младшего… Так что пришлось объявить о несчастном случае. Анастасия же убивалась так, что появились опасения за ее здоровье. Она потеряла не только мужа, но и «самого близкого друга», как признавалась впоследствии. До конца дней она, некогда любительница роскошных ярких нарядов, будет носить только два цвета, черный и белый. Восемнадцать лет счастливого брака подошли к концу.