Play (СИ) - Соколова Александра Витальевна - Страница 105

-Сейчас отыграемся, - пообещала Ксюша. - Иди влево и смотри на меня. Как только покажу большой палец – беги к камню, да не торопись особенно.

-Ладно.

Игра началась снова. Команда «правых» нападать не спешила – Миша, Коля и Толик бродили вдоль линии, каждый сторожил одного из противников. Ведущую роль в этом раунде снова взяла на себя Даша – она вдруг оттолкнула бродящую рядом Тамару и побежала к камню. Но удача два раза подряд не приходит – Юра в два прыжка настиг девочку и с громким воплем «осалил». В команде «правых» стало одним игроком меньше.

Напряжение нарастало. Миша то и дело выдавал ехидные шуточки, подначивая соперников идти на штурм, и, наконец, поймав момент, когда Юра остался неприкрытым, Ксюша показала большой палец.

-Давай-давай-давай-давай! – снова завопила Тамара, Коля, Миша и Толик кинулись за Юрой, а Ксюша – за их спинами – побежала к камню.

Она неслась, чувствуя шум ветра в ушах, горячую тяжесть асфальта под ногами и быстро колотящееся сердце. Все её мысли сосредоточились на камушке на другом конце двора. Скорее всего поэтому она и не заметила выросшую на её пути тень, с разбегу врезалась во что-то большое, и, отскочив, упала на землю.

Во дворе разом воцарилась тишина. Ксюша медленно осмотрела сбитые в кровь ладони, подняла глаза и замерла: над ней угрожающе возвышалась Мыжина, и её появление не предвещало ничего хорошего.

-Ах ты, негодяйка! – Старуха размахнулась пустым ведром, и Ксюша быстро отскочила назад. – Вы дети или черти? Разорались опять! Милицию вызову! Чертяки! Отдохнуть не даете старой женщине! Я на вас управу найду! Еще как найду!

-Но мы же играли, - попытался возразить подскочивший поближе Юра, за что тут же получил пустым ведром по плечу.

-Я вам поиграю! Я вам так поиграю, что на всю жизнь запомните! Что, игр других нет, что ли? Орете как сумасшедшие, отдохнуть приличным людям не даете.

-Что ж нам теперь, вообще во двор не выходить? – Мрачно спросила державшаяся на безопасном расстоянии Ксюша. Баба Нина Мыжина разошлась, и находиться с ней рядом сейчас было опасно.

-И не выходите! Дома сидите, там и орите родителям своим в уши! Вон со двора! Еще раз услышу вас – милицию вызову, и вас в тюрьму посадят, оглоедов. Сучьи дети!

С этими словами старуха Мыжина перехватила одной рукой ведро, другой взяла оставленный до поры у лавочки велосипед, и грозно прошествовала к подъезду. Следом за ней, привязанный за веревку к багажнику, жалобно потрусил Шарик.

Стайка ошарашенных детей осталась стоять на месте. Только когда деревянная подъездная дверь захлопнулась, все как будто отмерли.

-Да она офигела! – громко возмутился Юра. – Старая дура!

-Что ж вы Шарика-то не освобождали? – глядя на Колю, ехидно поинтересовалась Ксюша. – Времени недостаточно было?

Коля отвел глаза. Всем было неловко. Ребята чувствовали себя так, словно их за шкирку окунули лицами в помойное ведро. Даша намеревалась заплакать, Юра перекатывал в покрытой мозолями и царапинами руке камень, Толик и Стас рассматривали собственные шлепанцы.

-Да пошла она! – Внезапно заорал Юра, размахнулся и запустил камнем в окно на втором этаже. Все хором ахнули, увидев как в стекле образуется дырка, а от неё в разные стороны расползаются трещины.

-Так её, Юрец! – восторженно завопила Ксюха, подобрала с земли булыжник и метнула его в соседнее окно.

-Тикаем! – присоединилась к общему воплю восхищения Даша, и вся компания бросилась бежать.

Ксюха неслась как угорелая. Она перепрыгивала через все возникающие на пути препятствия, будь то скамейка или бортик песочницы, ладонью сдерживала начинающий покалывать бок и ощущала внутри удивительное чувство свободы и первобытного восторга.

Forvard

Ксюша тихонько выглянула из подъезда и с облегчением выскочила на улицу. Мыжиной нигде не было видно, зато у вишни, кажется, сидела на лавочке Дашка.

Девочка не успела дойти даже до беседки, как почувствовала, что в её плечо впиваются костлявые пальцы и тянут за собой. Сердце ухнуло в пятки и заколотилось там с противным подвывающим звуком.

-Пустите! – Заорала Ксюша, пытаясь вырваться из цепких рук старухи Мыжиной, но её вопля никто не услышал.

Мыжина молчала. Она утянула Ксюшу в третий подъезд, заставила подняться по ступенькам и втолкнула в открытую дверь своей квартиры.

Страх пропал. Осталось только любопытство и небольшое волнение. Ксюша молча рассматривала узкую прихожую, оклеенную старыми, выцветшими обоями, и заставленную какими-то коробками.

-На кухню заходи, - неожиданно спокойным голосом предложила Мыжина и как-то сгорбившись, исчезла в недрах квартиры. Ксюша опасливо и медленно пошла за ней.

Обстановка небольшой кухни очень удивила девочку: у неё дома не было ни такого страшного, сделанного из грубых досок, стола, ни приколоченных к стенам полок, да и холодильник был совсем не такой старый и страшный.

Мыжина зажгла на плите газ, плюхнула на решетку чайник и бережно достала с полки две чашки и блюдца в красный цветочек.

Заварочного чайника у неё, похоже, не было – его заменяла алюминиевая кружка, бывшая когда-то белой, а теперь потемневшая от заварки. С другой полки Мыжина вынула пакет с половинкой белого, нарезала хлеб толстыми кусками и открыла холодильник.

Съежившаяся, притихшая Ксюша смотрела, как из полупустых недр поржавевшего монстра на свет появляется пачка маргарина, аккуратно завернутая в белую бумагу.

-Намазывай, - мягко предложила старушка, выкладывая маргарин на стол. - Больше и угостить тебя нечем.

-Спасибо, - только и выдавила Ксюша. Она, не прикасаясь, к хлебу, шмыгнула носом и всей пятерней потерла щеку.

-Разговор у меня к тебе есть, - бабушка Нина бережно налила в каждую чашку немного заварки и разбавила её кипятком. Её руки – морщинистые, покрытые какими-то коричневыми пятнышками, слегка подрагивали. - Это ведь ты у наших ребят заводила. Не делайте так больше, не надо. Вы маленькие еще, вам играть хочется, я понимаю. Но и ты пойми – я после работы прихожу домой, а отдохнуть не могу – окна все во двор выходят, а там вы кричите. А вчера вот еще кто-то стекла мне побил. Теперь совсем беда.

Ксюша не поднимала глаз от стола. Она вдруг поняла, что баба Нина не допускает даже мысли о том, что это именно они швыряли камни в окна.

-А то, что орала на вас – просите уж дуру старую. Не выдержала, разозлилась, и на вас, маленьких, злость сорвала. Ты пей чай, бери хлебушек. Заварка у меня вкусная, с шиповником.

Противный комок в горле никак не хотел сглатываться. Ксюша пригубила чай, оказавшийся вдруг на удивление вкусным, и осмелилась поднять глаза на бабу Нину. Та тонким-тонким слоем намазывала желтый маргарин на хлеб и молчала.