Гражданская кампания - Буджолд Лоис Макмастер - Страница 83

Майлз медленно перевел дух.

– Ладно. Передай Аллегре, что он получил своего агнца. Бе-е-е! – После небольшой паузы он добавил: – Но я отказываюсь изображать виноватого. Это была неполадка с респиратором. Точка.

Галени отмахнулся:

– Имперская безопасность жаловаться не будет.

Хорошо, что утечки по комаррскому делу нет, напомнил себе Майлз. Но это убивало слабую надежду оставить Ришара на милость СБ.

– Пока это всего лишь слухи, пусть говорят. Но можешь передать Аллегре, что если на Совете графов против меня выдвинут официальное обвинение…

То что?

– У тебя есть основания полагать, что кто-то выдвинет против тебя обвинение? – сощурился Галени. – Кто?

– Ришар Форратьер. Я получил от него… своего рода личное обещание.

– Он не может. Разве что найдет кого-то, кто сделает это за него.

– Сможет, если одержит победу над лордом Доно и будет утвержден как граф Форратьер.

А мои коллеги скорее всего подавятся лордом Доно.

– Майлз… Имперская безопасность не имеет права оглашать сведения о смерти Форсуассона. Даже Совету графов.

– Угу. Знаю, – мрачно кивнул Майлз.

– Что ты намерен делать? – Галени явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Всего лишь свою работу. Немножко политических игр. В барраярском духе.

Галени скептически на него поглядел.

– Ну, если ты действительно хочешь изображать невинность, тебе следует делать это более убедительно. Ты… виляешь.

Майлз… вилял.

– Есть вина и вина. Я невиновен в предумышленном убийстве. Я виновен в том, что допустил весь этот бардак. Не то чтобы я один – тут потрудилась целая бригада клоунов во главе с самим Форсуассоном. Если бы он только… Дьявольщина, да на Комарре каждый раз, стоит вылезти из челнока, тебя усаживают смотреть видеофильм об обращении с этими долбаными респираторами! Этот кретин прожил на Комарре почти год! Ему непрерывно об этом талдычили! – Он помолчал. – Хотя я тоже отличился – улетел из купола, не поставив в известность собственную группу поддержки.

– Как показывает практика, в небрежности тебя никто не обвиняет.

Майлз горько скривился:

– Они мне льстят, Дув. Они мне льстят.

– Тут я тебе ничем помочь не могу, – пожал плечами Галени. – У меня собственных призраков хватает.

– Шах, – вздохнул Майлз.

Галени довольно долго смотрел на него и наконец решился:

– Насчет твоего клона.

– Брата.

– Ну да, его самого. Ты знаешь… понимаешь… Какого черта он добивается, увиваясь вокруг Карин Куделки?

– Это вопрос Имперской безопасности или Дува Галени?

– Дува Галени. – Галени выдержал довольно долгую паузу. – После той… своеобразной услуги, что он оказал мне, когда мы впервые встретились на Земле, я был рад, что ему удалось уцелеть и удрать. Я не был поражен, когда он внезапно возник тут, и не удивился – поскольку к тому времени уже был знаком с твоей матерью, – что твоя семья приняла его. Я даже смирился с тем, что нам с ним придется общаться. Но я никак не рассчитывал, – Дув внезапно охрип, – что он мутирует в моего свояка!

Майлз откинулся на стуле, тщетно пытаясь изобразить сочувствие. Во всяком случае, он не расхохотался.

– Должен заметить, что в определенном – очень смутном смысле – вы с ним и так уже родственники. Он твой сводный брат, потому как сотворил его твой отец. По некоторым галактическим законам о клонах это автоматически делает твоего папеньку отцом Марка.

– У меня от этой концепции голова болит. И сильно. – Дув с внезапной тревогой уставился на Майлза. – Сам-то Марк ведь не считает меня своим сводным братом, а?

– Пока что я не привлекал его внимания к этой юридической тонкости. Но подумай сам, Дув, насколько проще тебе будет воспринять его всего лишь в качестве свояка. Да и вообще, не у тебя одного такие славные родственнички. Это уж кому как повезет. Так что сочувствие тебе обеспечено.

Галени посмотрел на Майлза не сказать чтоб дружелюбно.

– Он будет дядя Марк, – продолжил Майлз с ленивой, дьявольской улыбочкой. – Ты – дядя Дув. Полагаю, что я буду дядей Майлзом. Вот уж никогда не думал, что стану чьим-то дядей! Единственный ребенок…

Кстати о птичках… Если Катриона согласится выйти за него замуж, то он автоматически станет дядей и заодно приобретет трех шуринов, трех своячениц и готовый ворох племянников и племянниц. Не говоря уже о тесте с тещей. Интересно, со сколькими из них ему не повезет? Или (вот новая раздражающая мысль!) кому не повезет с ним самим?

– Как по-твоему, они поженятся? – серьезно спросил Дув.

– Я… не могу точно сказать, какой вид связи они в конечном счете изберут. Но в одном я уверен: тебе не оттащить Марка от Карин даже на аркане. И хотя у Карин есть все основания не слишком спешить, я сильно сомневаюсь, что кто-нибудь из семейства Куделка умеет предавать доверие.

На последнюю реплику Галени слегка смягчился, как бывало с ним всегда при любом упоминании о Делии.

– Придется тебе смириться с наличием Марка, – подвел итог Майлз.

– Хе, – изрек Галени. Трудно сказать, что это было – выражение смирения или признак желудочной колики. Но, что бы это ни было, коммодор попрощался и направился к дверям.

На выходе из коридора в вестибюль Марк столкнулся со спускавшейся по лестнице матерью.

– А, Марк, – произнесла графиня Форкосиган таким тоном, словно хотела сказать: «Тебя-то мне и надо». Он послушно остановился. Графиня оглядела его опрятный наряд – любимый черный костюм, темно-зеленая рубашка. – Ты куда-то собрался?

– Ненадолго. Хочу попросить Пима, чтобы он выделил мне водителя-оруженосца. У меня встреча с одним другом лорда Форсмита, он обещал мне объяснить, как действует на Барраяре система транспортировки товаров. Кстати, возможный будущий клиент. Я подумал, если я приеду на лимузине, весь из себя Форкосиган, это произведет хорошее впечатление.

– Скорее всего…

Дальнейшие комментарии были прерваны появлением из-за угла двух ребятишек: Пимова сынишки Артура, тащившего ароматическую палочку, и парнишки Янковского, Дениса, волокущего многообещающий здоровенный кувшин. Они понеслись вверх по лестнице, промелькнув мимо графини с торопливым:

– Здрасте, м’леди!

Корделия, улыбнувшись, проводила их взглядом.

– Новые рекруты от науки? – поинтересовалась она, когда хохочущие мальчики скрылись из виду.

– Скорее – от предприятия. Марсию осенила гениальная идея: она назначила приз за каждого сбежавшего жучка-маслячка и отправила на отлов детишек. Плата – марка за штуку. Дополнительный приз – десять марок за королеву. Энрике теперь полностью занят своими генетическими моделями, в лаборатории полный порядок, а я могу вернуться к финансовому планированию. Мы получаем отловленных жучков в среднем по два-три в час. Завтра, в крайнем случае – послезавтра все закончится. Хорошо, что пока никому из детей не пришла в голову светлая мысль проскользнуть в лабораторию и выпустить новую партию жучков, чтобы возобновить источник пополнения финансов. Надо бы поставить на всякий случай замок.

– Будет тебе, Марк! – засмеялась графиня. – Ты оскорбляешь их честь! Это ведь отпрыски наших оруженосцев.

– Уж я бы в их возрасте точно додумался.

– Не будь это жучки их сюзерена, возможно, так бы они и сделали. – Она улыбнулась – и тут же сделалась серьезной. – Кстати об оскорблениях… Хотела тебя спросить, не доходили ли до тебя мерзкие слухи о Майлзе и госпоже Форсуассон?

– Последние несколько дней я практически не вылезал из лаборатории. Майлз же там почему-то не появляется. Что за мерзкие сплетни?

Графиня сощурилась, подцепила его под руку и повела в комнату перед библиотекой.

– Вчера вечером на приеме у Форинниса Иллиан с Элис отвели меня в сторонку и все рассказали. И я очень рада, что они сделали это первыми, потому что потом до конца вечера меня просветили еще двое. Версии изложили разные. Первый доброжелатель хотел получить подтверждение. Второй надеялся, что я передам это Эйрелу, поскольку сам не осмелился, слизняк бесхребетный. Похоже, по городу пошли слухи, будто Майлз каким-то образом убрал с дороги Катриониного мужа.