Всё было совсем не так - Кицунэ Миято - Страница 139

Гаара позволил себе побыть нашим другом ещё немного, а затем вернулся к обязанностям главы своей деревни, попрощавшись с нами и сказав, что сегодня возвращается в Суну.

Следующее дни Саске почти не выходил из своей комнаты, марая бумагу. Впрочем, что он там пишет он скрывал, на все вопросы отвечая односложными «потом», «узнаешь» и «не мешай пока». Итачи иногда приходилось отбирать у него кисточку и отводить в столовую, чтобы он поел. Единственное, чего Саске не забывал, это ходить на тренировку с Ли и вторым Зелёным Зверем.

Потихоньку моя жизнь вставала в колею, я получал задания от бабульки, уходил на день два из дома, а в выходные между миссиями встречался с Хинатой.

Моя девушка была довольно забавной, и, к своему удивлению, я даже обнаружил у неё чувство юмора. Она могла иронизировать над собой или своим кланом, давая меткие характеристики, а почти любая история из её уст превращалась в тонко завуалированный анекдот.

Да и по сравнению с тем, что я помнил о её силе, когда уходил из Конохи с Джирайей, она заметно «выросла». По крайней мере, меня на тренировках спасала только «животная» быстрота реакции, свойственная джинчуурики и непрошибаемость для большинства техник, да и Хината не билась со мной в полную силу.

Примерно через неделю после визита Гаары, вернувшись с очередного «познавательного свидания», на котором мы вместе с Хинатой выполнили простую миссию по доставке одного свитка, я удивился звенящей тишине царящей в доме.

Хотя ощущения мои говорили, что как минимум Итачи находится в особняке. Саске до сих пор трудно «отслеживать» из–за его, так называемого, недуга, совершенно его чакра не чувствуется. Зато вот в режиме отшельника или золотого покрова Саске выглядит в моих глазах, как бомба хвостатого в момент её сжатия. Но это только я его так чувствую, остальные сенсоры типа Хинаты или Карин не чувствовали его вовсе, словно его и нет. От этого становилось немного не по себе.

Поднявшись в комнату Саске я обнаружил Итачи читающего листы, заполненные убористым почерком. Ага, значит, всё–таки решил поделиться своим творчеством!

— Что это вы тут делаете? — как можно невозмутимей спросил я, стараясь не показывать своего нетерпения и садясь рядом с читающим Итачи. Он протянул мне уже прочитанные им листы.

— Уу, опять куча букв, — искоса поглядывая на поджавшего губы Саске сказал я. — Извращенец вечно меня заставлял свои книги читать, а я этого терпеть не мог.

Левая бровь Итачи насмешливо изогнулась, а Саске выхватил из моих рук листы.

— Не хочешь, не читай, тебя никто не заставляет! — буркнул он недовольно.

Эх, ценю настоящие эмоции своего лучшего друга.

— Нет, я прочту, — я забрал листы обратно.

Пробегая по строчкам глазами я ощутил даже не ужас, а ужасное чувство дежавю. Причём, дежавю своей жизни. Как будто кто–то следил за мной и моими действиями, которые были заранее прописаны. Те самые. Словно это был сценарий «кукловода». История Саске начиналась с моих двенадцати лет, когда я заваливал разные экзамены и размалевал лица на горе Хокаге.

— Всё не так было! Вообще не так! — усилием воли я старался не смять листки на которых была написан сценарий предыдущих тридцати семи моих жизней. Мне было страшно посмотреть в глаза моего друга, который знал. И я даже не представляю откуда.

— Ну, это же ведь приключенческая книга, а не учебник истории, — не заметив моего состояния, парировал Саске. — Я сначала думал взять другие имена, чтобы получилась книга как бы не про нас, но потом вместо этого решил изменить события.

Изменить события… Саске действительно смог изменить события.

Я затаил дыхание, наблюдая за лучшим другом, который забрал у брата прочитанный листок и передал мне.

— А почему тут только про меня? — почти шёпотом спросил я, потому что голос срывался. — Твоё имя даже не упоминается.

— Не бойся, — хмыкнул Саске. — Я скоро тоже появлюсь.

Он сдерживал ухмылку и я понял почему, дойдя до момента, когда мы с Саске «поцеловались», на распределении в команды, когда Сакура меня пихнула. Пришлось подыграть этим алчным, жаждущему моей реакции «случайным» взглядам Саске.

— Ааа! — я отбросил лист, повествующий о моём «первом поцелуе». — Мы с тобой поцеловались! Бее!

Этот жук не остался в долгу и разыграл целое представление, скорчив несчастную рожу.

— Неужели целоваться со мной настолько отвратительно? — с трагическим пафосом изрёк он.

Сложный вопрос, конечно… Тридцать семь первых поцелуев с человекам твоего пола кого угодно доканают. Я даже во время своего первого «первого поцелуя» с девушкой думал о Саске, а это уже не совсем нормально как–то, психика моя точно пострадала, но друга я поспешил утешить.

— Не–не–не. Дело не в тебе. Просто если бы это была… Сакура, ну, то есть Хината… Короче, ты не виноват, — закончил я, потеряв мысль, но Саске, кажется, остался доволен произведённым эффектом. Впрочем «дожать» меня не преминул, с наглой улыбочкой, заявив:

— Ладно, не парься. Я и так знаю, что потрясающе целуюсь, особо впечатлительные девушки даже сознание от удовольствия теряли. Я настолько хорош, что мог бы мастер–классы проводить. Кстати, — сменил он тон с пафосного на хитрый, — если тебе надо улучшить свою поцелуйную технику, обращайся. Помогу, чем смогу.

И этот жук ещё удивляется с чего это Ева такая! Типа в кого это она, ага. Вот, кто рассадник зла и главный учитель плохому!

— Нет, не надо, я уже умею, — сухо сказал я, возвращаясь к его повести.

Саске похихикал, подкалывая меня, но я уже углубился в чтение. Прочитал про команду номер семь, о том, что мы занимались всякой ерундой и как вышли на ту самую первую серьёзную миссию в Страну Волн вместе со стариком Тадзуной.

Наше путешествие, нападение братьев–демонов скованных цепью, которую в этой жизни, как трофей забрал себе Саске. Моё замешательство, та не прозвучавшая в этой жизни фраза Саске про «пугливого котёнка» и даже ранение самого себя кунаем. Причём, герой «Наруто» там давал сам себе обещание никогда не пугаться и не сдаваться. Я такого не припомню, хотя, может быть, в самый первый раз что–то подобное было, не зря же я себя резал…

Нападение Забузы, его ранение и «подстава» Хаку с этими сенбонами. Отключка Какаши–сенсея. Потом встреча внука Тазуны, Инари, это депрессивного мальчика, наш спор. Обо всех событиях нашей не существующей жизни, причём я был основным персонажем. Немного более глупым, чем на самом деле, наверное я так выгляжу со стороны, а может из–за того, что мне тут двенадцать лет, не знаю.

Описание тренировок. Захват матери Инари. Драка Саске с Хаку в ледяном куполе. Битва Какаши с Забузой. Моё появление и мнимая смерть Саске от которой «Наруто» разозлился и произошёл выпуск чакры девятихвостого.

Хаку, который подставился под удар Какаши, предназначенный Забузе, его смерть. Написанное Саске заканчивалось появлением Гато, последней дракой Забузы с наёмниками на том мосту и его смертью рядом с Хаку. Мне снова стало страшно. Они выжили… в этой жизни.

— Тут они и вправду умерли? — спросил я Саске. Ведь может быть на самом деле я просто узнал о том что они живы только в этой жизни, была такая надежда. Правда, Саске быстро её развеял, пожав плечами и ответив.

— Читателям нравятся драмы…

Да, вся моя жизнь — боль потому что кому–то нравятся драмы… Меня передёрнуло. Итачи тоже.

А Саске, не замечая, продолжил.

— Ты подожди, пока я про четвёртую мировую писать начну, там вообще можно обрыдаться.

— А может не надо? — с надеждой спросил я. Эта жизнь мне куда как больше нравится…

— Надо Фе… кхм, надо, — Саске поучительно поднял палец вверх. — И это ещё что. Вот сцена, где Саске убивает Итачи, а потом обещает уничтожить Коноху — вообще моя любимая.

Я посмотрел на Итачи, тот отвёл глаза и я понял, что ему что–то известно, возможно что Саске рассказывал о тех событиях, которые происходили в моей прошлой жизни и раньше, вот только откуда и как он о них узнал…