Простая история - Кунавина Ольга - Страница 25

— Ольга Юрьевна, а вы смотрели «Властелин колец»?

— Ольга Юрьевна, а кто вам больше нравится: Джессика Альба или Диди Пфайффер?

— Ольга Юрьевна, а вы слушаете песни Аврил Лавин?

— Ольга Юрьевна, а вы замужем?

— Ольга Юрьевна, а сколько вам лет?

— Ой, Ольга Юрьевна, у вас новая сумочка такая красивая!!!!!!!!!

В школе можно услышать все, что угодно, в школе можно не знать, как дать на вопросы нужный ответ. Хорошо, если попадешь в точку, и твои бонусы, говоря современным языком, повысятся.

— Ольга Юрьевна, вот вы окончили институт, — начал издалека Виталик Клемнев, любитель задавать каверзные вопросы, — значит, много знаете?

— Много знать никто не может, — сказала ему я. — Человек учится всю жизнь и всю жизнь узнает новое.

— И все же, — не отставал от меня Виталик, — вы знаете больше, чем я.

— Чего ты от меня хочешь? — напрямую спросила я Виталика, ожидая какого-нибудь подвоха с его стороны.

— Вот вы мне ответьте, — быстро приступил к делу Виталик, — в каком году наши хоккеисты выиграли последнее золото на Олимпиаде?

— В 1990-м, — ответила я.

На этот вопрос я еще смогла ответить, потому что, когда училась в школе, вела дневники Олимпиад.

— А за какую команду играл в последнее время Дэвид Бекхэм? — не унимался Виталик.

— За «Реал», — с чувством ненависти ответила я и стала молить Бога, чтобы Виталик не задал мне еще одного страшного вопроса.

— Правильно, — удовлетворенно сказал Виталик, и в его голосе я услышала уважение.

Больше в этот день он решил меня не мучить.

Хорошо, если пытка закончится вопросами и ответами, а не крысой.

Денис Крепицын, мой злой гений, принес в школу розовую крысу с очень длинным хвостом и сразу же посадил ее передо мной на стол, а я крыс до ужаса боюсь.

— Ольга Юрьевна, посмотрите, какая она хорошенькая!

Я сжалась в комок и согласилась с тем, что крыса выглядит очень привлекательно.

— Погладьте ее, — от души предложил Крепицын.

И я, пересилив отвращение, погладила крысу!

— Я принес ее в кабинет биологии, — поделился со мной Крепицын. — Навсегда.

— Это очень мило с твоей стороны, — сказала я и подумала, что очень хорошо, что он не принес крокодила или удава.

С розовой крысой сюсюкали и играли все перемены, а через месяц она таинственным образом исчезла.

Глава 18

Хмурым ноябрьским днем я зашла в новый, только что открывшийся книжный магазин. Он впечатлил меня огромным количеством книг. Я с наслаждением читала названия, брала и листала наиболее понравившиеся и ставила их на место — цены были сказочно велики. А мне хотелось купить книги и Сельмы Лагерлеф, и Джордж Элиот, и Юрия Лотмана, и… «Эх, выиграть бы тысяч сто, чтобы купить все эти драгоценности. А еще было бы лучше, если бы правительство издало такой указ, который позволял бы учителю бесплатно брать в книжных магазинах раз в месяц несколько книг», — глупо мечтала я, бредя по магазину и бросая завистливые взгляды на полки. Те сто рублей, которые учителю дают на покупку методической литературы, — насмешка. Ради интереса я попыталась найти в магазине хотя бы одну книгу за сто рублей, но, как ни старалась, не нашла.

На следующий день меня ожидало великое потрясение. Не успела я открыть дверь кабинета, как увидела на своем столе кипу новых книг — тех самых, которые я в благоговении созерцала вчера в книжном магазине. На одной из них лежал маленький букетик фиалок. Что Новый год еще не наступил — была первая мысль, пришедшая мне в голову. Что чудеса закончились в далеком детстве — вторая. Но это происходило наяву, это происходило со мной. Я вспомнила, что никого из знакомых и учеников в магазине не встретила, да у них и денег не хватило бы на все эти книги. С неба они свалиться не могли. Необходимо было срочно найти отгадку. Предпринятое мною расследование ни к чему не привело: ни сторож, ни технички ничего и никого не видели и ни о каких книгах не знали.

«Ну что ж, пусть загадочный инкогнито так и останется инкогнито, если он решил не раскрываться», — подумала я и прекратила следствие.

Но чудеса не прекратились.

После того как у нас в городе с наступлением зимнего сезона на стадионе открылся каток, я со своей восьмилетней племянницей стала ходить кататься на коньках по субботам. В один из субботних вечеров, когда я сидела на скамейке и завязывала ботинки, передо мной предстало потрясающее зрелище — на катке появился Олег. Я его в этом месте увидела впервые. К моему удивлению, он был не с Аленой Игоревной, а с компанией молодых людей. Среди них я узнала его родственницу, молодую девушку, которую он подвозил на машине в прошлом году. Таким я его еще не видела. Он, как и его спутники, был одет в спортивный костюм, на ногах — коньки. «Сейчас покажет высший класс», — подумала я и приготовилась смотреть, как он будет скользить, делая круг за кругом, но не тут-то было. Едва он сделал несколько шагов, как я поняла, что он совсем не умеет держаться на коньках, а тем более — кататься. Смешно взмахнув руками, Олег сделал два шага и растянулся на льду. Родственница бросилась на помощь, помогла подняться, предложила свою руку. Он, конечно, старался изо всех сил, но у него, как у всякого начинающего, получалось плохо и смешно. Как зачарованная я сидела на скамейке и наблюдала за ним. Племянница дергала меня за руку и требовала, чтобы мы с ней наконец пошли на лед. Я вняла ее мольбам, и мы покатились по кругу. Проезжая мимо Олега, я увидела, как он растерянно посмотрел на меня и, взмахнув рукой, тут же упал на спину. Родственница совсем измучилась с ним. Несколько раз я ловила на себе его беспомощные взгляды, но так ни разу к нему и не подъехала. На катке я решила больше не появляться.

Вскоре я случайно увидела Олега в магазине. Он очень внимательно рассматривал диски. «Наверное, тратит свой очередной гонорар», — подумала я и представила Олега в комнате, где все стены от пола до потолка были забиты дисками.

Зимние каникулы принесли не только очередные морозы, но и грипп. Я умудрилась проболеть все каникулы, да еще прихватила первую неделю новой четверти. Во время моего вынужденного безделья мне звонили мои ученики и учителя из школы. Было приятно болеть, сознавая, что о тебе не забывают.

Однажды зазвонил телефон, мама сказала мне:

— Может быть, все-таки ты сама с ним поговоришь?

— С кем? — удивилась я.

— С Олегом, — ответила мама.

Оказывается, он звонил нам домой каждый вечер и интересовался состоянием моего здоровья, но почему-то не решался позвать меня к телефону. По голосу мамы я поняла, что она просто очарована Олегом. И все же я проявила ужасную бестактность и непростительную грубость и не пожелала с ним разговаривать.

— У меня горло болит, — прохрипела я и бросила телефонную трубку, даже не попрощавшись.

— Ольга Юрьевна! Я по вас так соскучился! — закричал, бросаясь ко мне, Виталик Клемнев, едва я появилась в школьном вестибюле. — Вас так долго не было, что мы подумали, что вы к нам больше не вернетесь.

— И все-таки, Виталик, я решила вернуться и еще немного поучить вас, — засмеялась я.

— Вам не надоело болеть? — грозно спросил меня мой одиннадцатый класс.

— Надоело, — призналась я, немного слукавив.

— А вы знаете, что мы отказались от всех учителей, которых нам присылали вместо вас? — строго спросил Володя Краснов.

— Знаю, только зря вы это сделали. Придется теперь нестись галопом по Европам, чтобы нагнать пропущенный материал, — вздохнула я, но меня быстро утешили:

— Не переживайте! Мы же ваши уроки не прогуливали, а сидели и вслух читали. По очереди.

«Хороша изба-читальня», — подумала я, но возражать не стала.

В природе после морозов, которые стояли целый месяц, наступило резкое потепление. Снег стал рыхлым, мягким, превратился в серую наледь. Ходить по тротуарам стало опасно из-за гололеда. Я осторожно и медленно шла по улице, стараясь не упасть. Мне совсем не хотелось оказаться в больнице, на этот раз с переломанной ногой. И все же каблук предательски скользнул, и я, взмахнув рукой, собралась упасть, но меня заботливо поддержали.